Кто ты, Такидзиро Решетников? Том 10 (СИ) - Афанасьев Семён - Страница 43

— Давай перенесём и эту беседу на четверть часа? — дипломатично предложил хафу и кивнул в сторону несущегося к ним от надземного перехода парного полицейского патруля.

— Без проблем, монстр сообразительности. — Первый шок прошёл, нужное амплуа и правильный настрой пришли сами. — Спасибо, — поблагодарила она, переступая через извивающегося на асфальте червяком папашу обратно, чтобы взять Решетникова под руку и, полностью отдаваясь женской слабости, добросовестно повиснуть на крепком мужском плече. — С полицией сама разрулю, — прошептала она, оценив лица омивари-сан. — Не встревай без команды.

— Хорошо, — покладисто согласился спутник. — Как скажешь. Да, согласен, здесь лучше ты.

— Эй. Чего такой покладистый? — пока полицейские не добежали.

— А ты уже пришла в себя. А что делать в таких ситуациях, тебя учить не надо — доминируешь ты отлично и профессионально. Как раз тот случай, вижу по их лицам.

— Тоже⁈ Ты ж сам мужик!

— Да. Потом.

— Мррр-хррр, — вероятно, наружу рвался неожиданный стресс, поскольку Ута не стала заморачиваться приличиями несмотря на момент.

Облапив с наслаждением жопу хафу всей пятернёй, она и не подумала убирать ладонь, даже когда запыхавшиеся полицейские попросили документы.

— Держите, — свободной рукой Уэки протянула смартфон экраном вперёд, большим пальцем активируя электронный кабинет и qr-код цифрового удостоверения личности.

Глава 18

Один полицейский полез в планшет — считывать qr-ы и смотреть документы по базам.

— Что случилось? — второй задумчиво глядел на ворочающееся под ногами тело.

Видимо, lexus последней модели и его нетривиальная хозяйка произвели необходимое впечатление.

— Это мой родной отец, звать Уэки Юо, — твёрдо ответила Ута. — Семейная размолвка.

В первую секунду было, конечно, желание надуть пузырь жвачки, громко его хлопнуть и поболтать указательным пальцем в правом ухе, как та героиня аниме. Но хватило сил сдержаться (приколоться можно потом, сейчас правоохранителям мозги есть смысл не засирать).

— Что случилось? — второй патрульный. — Это вы сама своего отца или?..

— Мой жених. Быстро вы прибежали, — кивнула она. — Думала, будет дольше. Я — начальник департамента IT корпорации Йокогама. Возможно, вы слышали о компании. — Ирония, переходящая в сарказм.

— Они даже тебя лично на видео видели, — хмыкнул хафу, обычно со служителями закона ведущий себя скромнее. — Тот знаменательный Совет Директоров, когда ты у него, — кивок в сторону родителя, — интересовалась, на что он тебя сменял. А пиарщики добросовестно транслировали видео на сайте корпорации.

— После того, как нас с Хонокой мудак Танигути чуть не… расцеловал навязчиво? — Ута припомнила эпизод, когда на расширенное совещание пришла, не до конца протрезвев после весёлой ночки.

На папашу она в данный момент уже не обижалась (долгие рефлексии — для слабых), просто выводы сделала ещё тогда. Если женщина не может положиться на мужчину, ей следует рассчитывать только на себя — аксиома; и не важно, тот мужчина тебе отец, брат либо муж.

— На ваш вопрос, что случилось, — топ-менеджер обняла себя двумя руками, перестраиваясь во взрослый образ. — Приехала в Надзор снимать со своего сотрудника браслет, надетый юстицией незаконно, — кивок на здание.

— Вижу, — парень с планшетом уже определенно нравился ей как специалисту — операции исполнял хоть и несложные, но скорость его работы с базами внушала. — Решение суда… адвокат… решение исполнено семь минут назад.

Омивари-сан многозначительно переглянулись. Видимо, из-за фамилии Миёси.

— Что дальше? — другой патрульный.

Топ-менеджер исполнила приставной шаг, подхватывая логиста под локоть:

— Выходим из здания, собираемся возвращаться на работу. С визгом тормозит машина отца…

— В неположенном месте, — демоном-искусителем подсказал Такидзиро. — Вон, стоит на проезжей части, блокирует проезд по полосе до сих пор.

— … да. Выскакивает из этой машины мой папа родный и без лишних разговоров бьёт меня по лицу, — порывисто вздохнула Ута. — На улице, вот на этом самом месте. Решетников-сан перехватил его руку в миллиметрах от моей физиономии, если бы не это, я б сейчас тоже кровью умывалась. — Она немного помолчала. — Я, конечно, понимаю, что батя где-то по морде получил, а сюда примчался на нервах. Но он мог бы хотя бы попытаться объяснить для начала, в чём де…

— СТОП. Так это не вы его так⁈

— Категорически нет, — хафу незаметно сжал пальцы на женском запястье и убедительно выпучил глаза, в принципе, нисколько не лукавя. — Что на нём уже было, когда он приехал: рассечение — лоб, средняя часть, — все в очередной раз дружно посмотрели под ноги на поверженное старшее поколение. — Сделано каким-то твёрдым предметом, керамика либо стекло. В месте рассечения предсказуемо образовалась гематома, оно ещё будет опухать дальше. Повторюсь, произошло до встречи с нами, всё это на нём уже было и мы понятия не имеем, откуда взялось.

— Хм.

— Ему какую-то посудину либо бутылку разбили об голову — бросили в лицо скорее всего. — Решетников, не стесняясь, наклонился, заглянул папеньке в физиономию и добавил. — Ориентировочно от сорока до шестидесяти пяти минут назад. А что случилось то однозначно не здесь, очень легко доказывается.

— Как вы это определили? — вспыхнул энтузиазмом сержант, которого она бы и к себе взяла, как минимум — на прогрузку массивов.

— ВЫ можете сделать экспертизу, — вежливо поклонился метис, не отвечая прямо на вопрос. — На случай, если будут претензии с его стороны (не хочу говорить «клевета»): в ране, в волосах, на коже остались микрочастицы этой керамики либо стекла. После инцидента он не умывался, всё на месте. В Токио отличные криминалисты, определят с полпинка, особенно если знать, что искать. Заявление делаю с учётом вашей работающей видеофиксации.

— Хм.

— Кстати! Кроме рассечения на лбу та бутылка ему сломала нос плюс по неврологии логичные нюансы! Сотрясение мозга, если по-простому.

— Откуда вы знаете, если случилось до вас?

— Стандартный протокол в любой травматологии же, — удивился логист. — При переломах носа отоларинголог-хирург делает редресацию, потом направляет пациента к невропатологу — сотрясение мозга подтверждается девять раз из десяти. Вам что, нос никогда не ломали, эй?

— Не случалось, — ровно ответил патрульный.

— Везёт… Этот человек, если что, в своём нынешнем клиническом состоянии за руль садиться не имел права: нарушения реакции, координации движений, ориентации в пространстве. Другое дело что в состоянии аффекта, конечно, точность решений не всег…

— Вау. Какой ты умный, Такидзиро-кун, — Ута наплевала на имидж и нетихо так присвистнула. — Так прикольно перенести акценты, аха-х.

Слуг закона она уже не опасалась — было видно, что против их пары патруль ничего не имеет. Опять же, что-то в персональном файле Решетникова у них прогрузилось (отсюда не видать деталей на экране) — видимо, его безукоризненное законопослушание в дополнительных доказательствах больше не нуждается.

— Что было дальше. — Такидзиро технично перехватил слово. — Уэки-сан который старший, не достав до дочери пощёчиной, попытался ударить меня ногой. Вон висят камеры ведомства, из которого вышли мы. А вон — ваше видеонаблюдение, уличная система дорожной полиции, получается, всё даже задублировано. Мои слова легко проверить.

— О, а вторых-то я и не заметила. Омивари-сан! — Ута отлепилась от спутника, одёрнула «резиновую» юбку и требовательно схватила ближайшего патрульного за пуговицу. — Вон на столбе висит самый лучший свидетель!

Все поддались женской харизме и проследили за маникюром на указательном пальце, задрав головы.

— Ваша родная полицейская уличная камера.

Все дружно и не в первый раз покосились вниз на Уэки-старшего.

— У меня нет претензий, — неожиданно прорезался с асфальта папаша, не сразу перетекая из положения лёжа в положение сидя.