Академ-RPG. Титан II ранга (СИ) - Вяч Павел - Страница 35

Всё, что у неё осталось — роскошный трёхэтажный дом, который подарил ей староста.

Но дом не мог принести ей красивые платья и украшения, не говоря уж о банальной еде.

И тут появился торговец Армен.

Ему сразу же приглянулась симпатичная и ладная девушка, и теперь он начал заниматься с ней интересными вещами. Взамен Дорен получала подарки и внимание.

Но, как оказалось, предпочтения южанина Армена сильно отличались от консервативных вкусов старосты. Армен заставлял Дорен делать такие вещи, что поначалу девушка всерьёз раздумывала — а не наложить ли на себя руки.

Но она слишком сильно любила подарки и внимание, поэтому… смирилась. И даже больше, делала всё, чтобы Армен оставался довольным.

Торговец оценил её целеустремлённость и в награду подарил ей Брошку.

И вот тогда-то жизнь Дорен стремительно наладилась. Сначала она сменила имя, потом поменялась со старостой домами, а затем и открыла таверну в ближайшем к главному тракту месте.

И новая работа поначалу пришлась ей по душе.

Она принимала проезжающих мимо путников, занималась с ними интересными вещами и получала взамен богатые подарки. И помимо подарков, разомлевшие путники рассказывали ей много чего любопытного.

Все рассказы Жасмин старательно записывала в тетрадочку и передавала торговцу Армену.

Больше всего Армена интересовали имперские чиновники, гонцы, торговцы и дворяне.

Жасмин не сказала об этом вслух, но было ясно и так: торговец — это лишь прикрытие. А сам Армен — самый настоящий шпион.

Более того, именно он привёз Даниелю волшебную колбу, благодаря которой агроном-неудачник начал создавать удивительные зелья и экспериментировать с удобрениями.

И, как я с удивлением узнал, помимо работы над удобрением, Даниэль варил… волшебные зелья, дарующие счастье.

И Жасмин, из-за специфики своей работы, плотно сидела на этом зелье счастья. Ей уже давным-давно опостылело то, чем она занимается. Более того, она ненавидела людей и в особенности мужчин, и только волшебное зелье Даниэля дарило ей умиротворение.

Но больше всего Жасмин ненавидела свою Брошку. Ненавидела, но ничего не могла с ней поделать. Стоило ей снять артефакт, как её красота начинала стремительно увядать, а сама она буквально сходила с ума.

Жизнь Жасмин превратилась в перманентный ад с редкими вкраплениями беззаботного отупения волшебным зельем.

Что до зелья, то Даниэль, как оказалось, и сам его употреблял. Но не так часто, как Жасмин. Раз в месяц, изредка раз в неделю.

Оно, по словам Жасмин, служило Даниэлю источником вдохновения. И если девушка могла сделать за склянку с волшебной микстурой всё, что угодно, то Даниэль спокойно мог обходиться без него довольно длительное время.

И чем больше рассказывала Жасмин, тем лучше я понимал, почему она попыталась сбежать.

Что до взаимоотношений между Арменом и старостой, то, по словам Жасмин, староста начал что-то подозревать и вызвал Армена на разговор.

Жасмин была уверена, что именно торговец убил Коула, но, к сожалению, не видела самого момента убийства.

Под конец своей исповеди, она расплакалась, вытащила из-под юбки пухлую тетрадь, которую должна была передать торговцу в конце месяца и… попыталась меня очаровать.

Но я был настороже и, поняв, к чему идёт дело, закончил допрос.

Час пролетел, словно минута, и я чувствовал, что вплотную подобрался к разгадке. Но, прежде чем бежать к Армену и выбивать из него чистосердечное признание, я спустился в гостиную и, сев на свой любимый стул, начал раскладывать информацию по полочкам.

Управляющая таверны, мадам Жасмин — обаятельная, соблазнительная, постоянно трогает висящую на груди брошку. Имела договорённость со старостой насчёт трёхэтажного дома. Во время убийства старосты была с мельником.

Плотно сидит на волшебном зелье и работает на Армена, который и снабжает её ежедневными порциями зелья.

Агроном Даниэль — лаборатория в ангаре по соседству со свиньями. Имел какие-то дела с торговцем Арменом. Постоянно что-то ищет пальцами рук, якобы старая привычка.

Производит волшебное зелье. БОльшая часть партии идёт на продажу через Армена, меньшая — расходуется на Жасмин и, возможно, не только на неё. Своим успехам обязан проклятой колбе.

Торговец Армен — то и дело непроизвольно дёргается, постоянно щурит правый глаз. Отдавал десять процентов прибыли старосте.

Шпион. Владеет могущественным артефактом, который позволяет видеть сущность предметов и одарённых. Курирует распространение и логистику зелья. Все свои сделки записывает в журнал, который дала мне Жасмин.

— Вот тебе и улики… — пробормотал я себе под нос, — теперь Армен точно не отвертится.

Полистав пухлую тетрадку, я пришёл к выводу, что Жасмин не врёт — судя по всему, Армен в одиночку контролировал масштабную контрабандистскую сеть в этой части Империи.

Староста или узнал о производстве и торговле зельем, или захотел свою долю, и Армен его убил. И пусть тетрадка — это косвенная улика, но что-то мне подсказывало, что этого хватит.

Можно было, конечно, подстраховаться и опросить сначала агронома, но я прям чувствовал — я могу закрыть это дело прямо сейчас. И, как знать, возможно, получу бонус за досрочное завершение дела!

— Ну что, дорогой торговец Армен, — пробормотал я, поднимаясь со стула и направляясь на второй этаж. — Готовься к очной ставке!

Глава 16

Заходя в комнату к Армену, я уже готовился принимать награду. Более того, я уже мысленно готовился закрыть задание, вернуться в Разлом и отправиться на поиски тайников со спрятанными артефактами.

— Здравствуй, дорогой, — поприветствовал меня торговец. — Проходи, присаживайся!

— Некогда, — усмехнулся я, — в городе ещё дела ждут.

— Уже уезжаешь, дорогой? — удивился Армен.

— Уезжаем, — поправил я торговца. — Кстати, если подпишешь чистосердечное, похлопочу о том, чтобы повешение заменили отсечением головы.

— Я не убивал старосту Коула, — побледнел Армен. — Клянусь!

— А это тогда что? — я достал из-за пазухи пухлую тетрадку.

— Дрянь… — едва слышно прошептал торговец. — За зелье отдала, да?

— Неважно, — отрезал я, мысленно сделав заметку, что журнал можно было получить разными способами. — Ну что, Армен, зачем ты убил старосту? Он потребовал долю в твоём бизнесе или узнал, что с Даниэлем варишь… волшебное зелье?

— Я никого не убивал, — покачал головой Армен. — Что до тетрадки — это не моё. А про зелья я ничего не знаю.

— Ну раз не хочешь по-хорошему, — я пожал плечами, — будет по-плохому. Контрразведка разберётся, куда ты отправлял зелье и кому передавал получаемые через Жасмин сведения.

— Ты думаешь, самый умный? — прищурился Армен, дёргая плечом. — Думаешь, я не предусмотрел подобного развития событий?

Я смерил южанина внимательным взглядом и положил руку на служебный кортик.

— Стоит мне один раз не выйти на связь, и все связные залягут на дно. Хоть всю Империю обыщи!

— Все так говорят, — холодно улыбнулся я, не сводя с торговца внимательного взгляда.

Что-то в его поведении мне не нравилось. Но что именно я никак не мог понять.

Щека Армена дёрнулась, и до меня дошло — его тело как будто начало жить своей жизнью!

— Зря ты его принёс с собой, — проклокотал Армен, чья кожа пошла волнами. — И зря приехал в эту деревушку!

Я рванул из ножен кортик и даже успел выставить его перед собой, но то, во что превратился Армен, оказалось быстрее и сильнее.

Преодолев прыжком сразу полкомнаты, он вцепился в меня и, проигнорировав вонзившийся в горло кортик, принялся драть меня выросшими когтями.

Его тело менялось на глазах, превращаясь… в демона.

Я чувствовал, что ещё немного, и он меня прикончит и, наплевав на защиту, вцепился одной рукой в свисающие с гротескной собачей морды человеческие волосы, а второй ударил по кортику, загоняя его ещё глубже в рану.