Два в одном: Близнецы и древняя вражда (СИ) - "SecretKeeper" - Страница 111

Парень непонимающе уставился на отца, который поднялся со своего места, а на его лице блуждал торжествующий оскал.

— Пришло время, нам встретиться снова…

Глава 47/

Девушки — вообще странные создания. Особенно те, кто вырос в обществе с устоями и стереотипами, отличными от привычных тебе самому. А если к тому же они еще и мифические существа, образ мышления которых подвержен влиянию врожденных инстинктов, которые в силу юности и горячности не всегда получается подавить?

Именно об этом я подумал в тот короткий момент, когда со мной коротко и сухо попрощались — и в очередной раз оставили одного.

Как оказалось — не смотря на совместное участие в агрессивных переговорах с представителем СИБ, подчеркнуто открытую заботу и демонстративное переживание за меня и мою дальнейшую судьбу — обиду на меня самого никто не отменял.

Мы быстро миновали внутренний пропускной пункт, разделявший публичную и традиционную секции, приблизились к основному трехэтажному зданию в традиционном стиле, где находились покои как самого Исао так и членов его семьи. Перед ступеньками парадной лестницы Китсу так резко остановилась, словно побоялась вписаться в невидимую преграду. Мне пришлось так же резко затормозить, и я едва не сбил девушку с ног.

— Что случилось? — попробовал спросить я, но лисичка не ответила.Даже головы не повернула. Мне очень хотелось протянуть руку и как-то обозначить свое присутствие или поддержку, но каким-то внутренним чувством я понимал: сейчас лучше не стоит.

— День был тяжелый. Тебе стоит передохнуть, Ярю-мир. И нам тоже. До завтра.

И не говоря больше ни слова, не поворачивая головы, Китсу устремилась по лестнице наверх. Аки бросила на меня мимолетный взгляд, полный какой-то внутренней решимости, и явно хотела что-то сказать, но вместо этого легонько кивнула — и направилась следом. Я не успел опомниться, как остался один посреди дворика, тишину которого едва нарушал легенький ветерок, колышущий листву.

Несмотря на такой насыщенный событиями день — спать усталости не было и спать почему-то не хотелось. Вместо того, чтобы пойти к себе, я проследил взглядом уходящую наверх крутую узкую лестницу, ведущую на смотровую вышку. Осторожно поднялся к посту охраны. На смотровой вышке на высоте примерно этажа четвертого дежурил незнакомый японец. При моем появлении он лишь бросил на меня короткий взгляд, но поймав в поле зрения значок слуги рода — вежливо кивнул и устремил взгляд в прежнем направлении.

— Добрый вечер, — поздоровался я. — Вы понимаете по-русски?

Охранник коротко кивнул, не отводя взгляда от панорамного пейзажа, расстилавшегося перед глазами.

— Не подскажете, вот эти два высоких здания, с несколькими крышами одна на другой… это же называется пагода, правильно?

— Верно.

Охранник отвечал односложно, не сводя взгляда с вверенного ему участка. Ну и дисциплина.

— А вы не подскажете что в этих зданиях расположено? Они красивые, интересная архитектура, но бывать там еще не доводилось…

— Храмы, — коротко ответил тот, но помедлив добавил: — Буддийский и Синтоистский. Наша культура очень сильно переплетена с религией.

Да уж, многословием он явно не страдал. Я поблагодарил за пояснения и хотел было уже спускаться обратно, но мое внимание привлек небольшой огонек немного дальше храма, в огороженной части сада.

— А что вон там, не подскажете? — указал я на подозрительный огонек.

Японец бросил быстрый взгляд в указанном направлении и так же лаконично ответил:

— Там святилище стихий. Оно подготовлено для медитаций на природе. Летом по вечерам там можно увидеть много таких огоньков. Сейчас же уже прохладно и редко кто решается на ночную медитацию. Наверное, кто-то из старших учеников надеется пробудить ё-дзюцу.

Я кивком поблагодарил охранника и спустился вниз, а затем подумав двинулся в сторону, где наблюдал огонек. А по прибытии — увидел только расстеленный коврик, палочки с благовониями, бумажный фонарик и… никого. Видимо, кто-то помедитировал и отправился, забыв фонарик или оставив догорать.

Помедлив несколько мгновений — поддаваясь внезапному порыву опускаюсь на коврик, скрестив ноги в позе как это делали ученики во время медитаций в додзё. Закрыл глаза, сосредоточившись и застыв в ожидании… чего-то. Просидел так около трех минут, пока не понял, что ноги начали банально затекать. И как блин они сидят в этой позе часами?

— Хорошая ночь, Яромир-кун, — послышался сзади смутно знакомый женский голос, заставивший меня вздрогнуть и обернуться. — Не спится?

— Просто… наверное я не устал, а сегодняшний день перенасыщен событиями, Хисока-сан, — выдохнул я, опуская руку, уже сложенную в жест оглушения.

Неброская, буквально сливающаяся с ночным садом тонкая форма, похожая на те костюмя, что так любит носить Аки — обтягивала стройную фигурку, подчеркивая и выделяя все прелести пышущего грацией и гибкостью женского тела. От нее словно веяло эманациями опасности и… притягательности. Волосы были осторожно убраны в хвост, темные, пытливые и понимающие глаза девушки пристально меня изучали, а на губах словно индикатор понимания играла хитрая ухмылка.

— Зачастую — чрезмерная бодрость духа — это скрытая и до поры незаметная усталость тела, — как-то путано ответила она, с хищной грацией опускаясь рядом. Поджала под себя левую ногу, усевшись на нее, а правую — слегка выставила вперед, оперевшись на свою коленку локтем. — Не возражаешь, если я посижу тут немного?

— Нет, что вы, Хисока-сан…

Брюнетка легонько кивнула, словно в ответ своим мыслям и слегка наклонила голову набок, пытливо меня разглядывая.

— Расскажи, что гложет тебя? — она вдруг подмигнула и качнувшись вперед толкнула меня своим плечом, заставив покачнуться и потерять равновесие.

— А… почему вы думаете, что меня что-то гложет? — ответил я вопросом на вопрос, удивившись такой странной манере общения.

— Давай на ты, хорошо? — промурлыкала Хисока, подперев подбородок запястьем. — Уверена, вскоре мы станем очень хорошими друзьями, поэтому в излишней вежливости нет никакой необходимости…

Я слегка удивился и даже смутился подобной манере общения, а улыбка девушки стала еще более откровенной.

— Так что тебя гложет? — снова спросила она.

— Да в общем-то ничего, — пожимаю плечами. — Сегодня просто чересчур насыщенный день, и пара моментов, которые нуждаются в правильной оценке…

— Понимаю… не хочешь выпить со мной чаю? — вдруг спросила она, и в уголках ее глаз заплясали чертики. — Мне как раз прислали с родины великолепный улун «Те Гуань Инь». Его аромат — подобен песне духа горного ручья, а вкус — как поцелуй украденный у небесной девы. Было бы грустно наслаждаться такой драгоценностью в одиночестве, в особенности такой безоблачной и тихой ночью… Составишь мне компанию?

Глава 48

Чай оказался странным. Горячий, мягкий на вкус, с неуловимым ароматом экзотических цветов. Но это ничто перед тем, какой эффект произвели даже пара глотков. Казалось, что в каждой капле спрятан источник бодрости, второе дыхание. Я сделал глоток, и в голове раздался тоненький перелив, словно кто-то легонько коснулся деревянной палочкой хрустальной вазы. С моим зрением тоже творилось что-то странное: темнота ночи стала глубже, но свет звезд ярче. Предметы, скрытые полумраком вдруг стало отчетливо видно, словно вечером при хорошем освещении, объекты, расположенные вдали, стоило только о них подумать — словно приближались позволяя рассмотреть себя в деталях а окружающие звуки — стали чище и… я понял, что могу выделить каждый шорох, скрип двери, дуновение ветра, или чей-то голос вдали.

— Что это?.. — выдохнул я, чуть покачнувшись, едва не выронив пиалу.

— Чай, — спокойно ответила Хисока. — Мой любимый… чай. Эффект немного неожиданный для первого раза, но если привыкнуть… Он немного меняет восприятие. Позволяет увидеть и ощутить истинную природу вещей. Примирить свое сознательное, бессознательное и внутреннюю сущность. Глаза начинают видеть истину, уши слышать шепот мира, а твое внутреннее я — сможет принять и осознать то, что ты и без того знаешь, но боишься признать даже наедине с собой… занятный опыт, поверь, — прошептала она вкрадчиво.