Два в одном: Близнецы и древняя вражда (СИ) - "SecretKeeper" - Страница 101

Она вдруг как-то неуловимо плавно приблизилась и потянула носом. Ну замечательно, теперь меня нюхают не только сторожевые собаки на военной базе, но и подозрительные незнакомые стервы…

— Эй! — возмутился я. — Я после тюрьмы и долгой дороги, так что запах, конечно, может быть, но…

А эта Хисока осторожно скользнула за мою спину, обходя по кругу, касаясь меня кончиками пальцев. И что-то мне это разительно напомнило. Совсем недавно… или наоборот — уже очень давно, вот так вот, в парковой зоне университета, одна ехидная и вредная рыжая заноза при первой встрече вела себя также… прежде чем впечатать меня лицом в колонну ротонды.

Украдкой бросаю взгляд на свою рыжую лисичку. Аки была настороженной, глазки прищурены а верхняя губа подавала признаки того, что девушка вот-вот оскалится в любимой ею манере. Аки очень хороший индикатор неприятностей, а значит эта Хисока, очевидно, задумала какую-то каверзу. Явно стоит быть настороже поэтому я резко отклоняюсь, с целью прервать несанкционированное мной прикосновение.

— Госпожа Хисока, насколько помню, я не давал вам дозволения на вторжение в мое личное пространство, — уведомил, стараясь придать голосу оттенок легкой укоризны.

— Ой-ей, какой серьезный, — хихикнула та. — Думаешь, мне нужно чье-то дозволение? Прости, малыш, но ты очень заблуждаешься. Даже госпожа Китсу не может мне приказать или запретить, только попросить…

— А я вам не госпожа Китсу, — прервал я ее, все больше убеждаясь: этой стерве спуску давать нельзя, и лучше сразу расставить точки над «ё». — И моего дозволения вы будете спрашивать, по крайней мере перед тем, как нарушить мое личное пространство.

Хисока нахмурилась, ее глазки стали злыми. Остальные девушки тоже отреагировали — каждая по-своему. Две, стоявшие подальше — прикрыли ротики и тихо зашептались, взгляд Ю Лан приобрел некую обеспокоенность, Китсу посерьезнела, и на ее лице проступила какая-то решимость, а вот Аки наоборот ухмыльнулась и одобрительно подмигнула за спиной стервы, мол так ее.

— Какой дерзкий и самоуверенный парнишка, — протянула Хисока, плотоядно облизываясь. — Значит вот какой у вас вкус, госпожа? — брюнетка подергала бровью, и Китсу еще больше нахмурилась. Интересно, почему она и правда ей позволяет… — Очень похоже, что ни наша принцесса, ни ее не в меру самоуверенная хранительница не соизволили затратить немого времени и научить этого юношу хорошим манерам, разъяснить пределы дозволенного. Ну ничего, сейчас я исправлю эту оплошность…

Наши взгляды встретились. Я почувствовал себя неловко, но лишь слегка задрал подбородок показывая, что она не заставит меня опустить или отвести взгляд. А мое сердце словно предательски забилось чаще. Ее необычные глаза слегка потемнели, налились золотом. Хисока осторожно сделала шаг на сближение, не отводя взгляда.

А ведь реально красивая, стерва, подумалось мне. Глаза непроизвольно пробежали по соблазнительным изгибам тела девушки, тонким запястьям аккуратным пальчикам. Скользнул глазами по белоснежной шее, нежной коже, глубокому вырезу декольте. Я поймал себя на мысли, что охотно познакомился бы с ней поближе, и с удовольствием бы ее… даже не смотря на ее стервозность… стоп! Это еще что такое… Я вдруг понял, что хотя женщина и весьма в моем вкусе, но возникшее во мне желание, которое с каждым мгновением усиливается — не совсем мое. Точнее — совсем не мое.

— Прекрати! ты перегибаешь, — зашипела было Китсу, но Хисока легко отмахнулась и сделала еще шажок на сближение.

— Расслабься, принцесса. А тебе мой совет, малыш, — проворковала она в мою сторону, томно прикрыв глазки. — Перед тем как дерзить, сначала убедись в том, что понимаешь, кому можно дерзить, а кому не стоит… — ее пальцы осторожно взяли отворот моей рубашки, немного подправили, и словно невзначай коснулись моей кожи груди и шеи, вызывая сладостное чувство предвкушения… я словно наяву себе представил, что именно я буду вытворять с этой чертовкой, когда мне представится возможность.

Мое воображение живо дорисовало картинку, что эти прикосновения — не просто мимолетные случайности, а своего рода… приглашение уединиться. Обещание и предвкушение одновременно.

Словно подтверждая мои самые смелые фантазии Хисока слегка подалась вперед, открывая обзор на вырез декольте с улучшенным ракурсом, словно намекая, — будешь хорошим мальчиком, и дам тебе тоже поправить мне воротничок…

— Юноше стоит всегда быть более учтивым и вежливым, и тогда… его жизнь будет намного интереснее, и… разнообразнее, — она улыбнулась краешком губ и осторожно подмигнула.

Но я уже ее не слушал, потому что мысленно размахнулся и залепил себе оплеуху. Прямо попытался максимально представить себе, как получаю пощечину, леща, плюху по морде. По телу пробежали мурашки, словно кто-то злобный подключил провода к моим нервным окончаниям и пустил ток.

Тело вздрогнуло и странная пелена спала. Да, в моих штанах по прежнему тесновато, но теперь я мыслил куда рациональнее. Мои рассуждения не сводились только лишь к позыву извиниться перед этой холодной стервой, попытаться расположить ее, добиться знака внимания ради шанса… Ха! Похоже, она применила на мне какой-то аналог тенебриса! И сейчас льстит себе, что сработало…

В моей голове щелкнуло переключателем. Всплыло воспоминание моего пикантного приключения в университете. Того самого, с участием вероломной Моник, любительницы снимать компромат… и вкрадчивый шепот демонессы, ее очередной урок в самый волнующий момент. А что если…

Я быстно нащупал тот позыв похоти, желания, жажды обладания этой стервой здесь и сейчас. Стой, не угасай, вот тебе искра… На несколько мгновений снова пережил это сладостное чувство возбуждения, предвкушения, обещания… позволил ему завладеть мной. Открыл глаза, окинул оценивающим взглядом предлагаемое шикарное, дышащее здоровьем, женской жизненной силой и сексом тело. Податливое и готовое… даже жаждущее меня принять.

Мысленно протянулся в женщине и попытался нащупать ту самую незримую нить, о которой рассказывала Малисса. И когда ее коснулся, вдруг понял, что Хисока хоть и играет со мной, но при этом сама испытывает томящее, сладостное и возбуждающее чувство, буквально дразнящее и подталкивающее к немедленным действиям. Ах ты ж развратная…

— А если я и правда буду более учтивым и вежливым? — нежно прошептал я тихим голосом, вообразив, заставив себя поверить, что кроме нас двоих вокруг больше никого нет, что мы в укромном уголочке, где-нибудь на берегу озера или на склоне гор, наблюдаем закат, вокруг цветочки, птички, покой, умиротворение и романтика… И с усилием воли транслировал весь испытываемый мной вайб, сжал, свернул в тугую горячую и яркую искру.

— … если стану очень вежливым и деликатным, особенно перед такой прелестной госпожой, юной феей, источающей аромат далеких горных цветов…

Она буквально расцвела, заулыбалась еще шире, а моя рука в этот самый миг словно нащупала тоненькую, едва различимую нить, ведущую на ту сторону чувственной связи… Коснувшись ее, я сделал выдох и отправил искру вперед.

И ощутил отклик. Сердце бьется быстрее, снизу живота становится тяжело и тепло, разливается предвкушение и нетерпеливое ожидание… Я понимал, что все эти чувства — не мои. Это сейчас испытывала сама Хисока. И кроме этого — ее согревало чувство собственного превосходства, победы, собственной неотразимости, буквально распирало от желания похвастаться, показать этим двум наивным дурочкам, что этот мальчишка — пусть и столь притягательный своей все еще юношеской невинностью — далеко не «Голос Солнца и Луны», как уверены эти две малолетние дуры…

Волевым усилием отстранился, аккуратно вырвав отворот рубашки из ее загребущих пальцев, и отправил по нити еще один поток чувств. Мокрый липкий холод, лед, осень и противный дождик в лицо… и сделал шаг назад, разумно опасаясь что она сейчас взбесится.

Потому что я понял, что она из себя представляет. Кицунэ, взрослая и опытная, как говорил Исао — вошедшая в полную силу. Абсолютно уверенная в себе, своей красоте и притягательности. Наверное, для простого человека, особенно не обременённого избыточным женским вниманием — это было бы адски тяжело, когда такая испытывает на нем свои чары, магию, или хрен его знает, как оно у них называется.