Жена-беглянка. Ребенок для попаданки (СИ) - Фрес Константин - Страница 59

— Пусть оценивает камни на сколько хочет, — злым, не своим голосом произнесла я. — Хоть по грошу за горсть. Я ему устрою…

— Что ж вы собираетесь с ними делать? — спросил Лисий Хвост.

— Каждый дешевый камень я оставлю себе, — ответила я с ухмылкой. — И велю изготовить украшение. И стану носить их так же непринужденно и каждый день, как иные носят обручальные кольца.

Лисий Хвост присвистнул.

— Такие украшения, каких больше ни у кого нет, — продолжила я. — Наличие прекрасных камней позволит блистать в них при дворе. О да, я найду, чем удивить короля!

— Понимаю, — потянул Хвост. — Много кто захочет заиметь такие же украшения, как у вас. Тем более, что ничего подобного нигде больше приобрести будет нельзя.

— Да, — я сощурила глаза. — Продавать я буду не камни, а изделия. Нужно только отыскать ювелира, не входящего в заговор с этими мерзавцами. Вероятно, уговорю королевского?..

— Просите помощи у господина Ивара, — вдруг твердо потребовал Лисий Хвост. — Вы намаетесь, отыскивая того, кто вам сделает эту работу. И денег он запросто огромное количество. А господин Ивар будет рад вам помочь. Он заслужил частичку вашего внимания. Это поручение его порадует. Ну же! Не упрямьтесь. Глупое упрямство вас может погубить. Велите, и я прямо сейчас отправлюсь к нему!

— Хорошо, — с трудом выговорила я.

Но внутри меня все дрожало от радости и от предвкушения от того, как я сейчас надаю по рукам вора, что уже рассчитывает меня обобрать!

— Велите пересчитать деньги? — по-деловому спросил Хвост.

— Считайте. Одетта, помоги. А я пойду «обрадую» нашего жадного друга! — усмехнулась я.

Разумеется, за столь короткое время оценщик не успел выписать все документы на камни, на каждый из них.

Но на самые прекрасные, те, что он отложил для себя, рассчитывая их сегодня унести — успел.

Когда я вошла в комнату, он брезгливо колупался в кучке камней, выбирая самые лучшие из оставшихся.

Стир, потрясенный дешевизной наших камней, стоял и просто хлопал глазами, ничего не понимая.

— Что такое? — произнес мошенник-оценщик, поднимая на меня глаза. — Я еще не закончил работу. Можете выйти, чтоб не мешать мне.

— В ней более нет смысла, — усмехнулась я. — Остальные-то камни просто бросовые?

— Да, — важно надув щеки, согласился оценщик. — Они мелкие, с изъянами… Можете их просто выбросить. Ввиду невероятной дешевизны, их не возьмет никто. А вот эти, — он наложил лапу на сверкающую груду, — я готов забрать прямо сейчас. Даю сто пятьдесят золотых.

— Я тебе сейчас кулаком в глаз двину! — рыкнул Стир, багровея. — Ты что, на рынке картошку покупаешь?!

Сто пятьдесят золотых вместо тысячи пятьсот! А то и более!

— Потише, юноша! — рыкнул мерзавец. — Мы с госпожой графиней все обсудили. Сударыня, извольте получить деньги.

— Нет, — ответила я, сладенько улыбаясь.

Что есть сил я ударила по его ладони, лежащей на моих камнях.

И мои ногти, вдруг ставшие крепче и острее стали, пробили его руку насквозь.

— Что вы творите?! — завизжал он, в испуге тряся окровавленной кистью. — Вы отрубили мне руку!

— Нечего было протягивать ее к моим сокровищам, — ответила я, загребая к себе и все камни, и бумаги, закапанные кровью оценщика.

Тот даже дышать перестал.

— Вы с ума сошли?! — выкрикнул он, испугавшись. Вероятно, подумал, что его сейчас будут убивать. — Что вы делаете?!

— Оставляю эти стекляшки себе, — ответила я.

Тот позеленел от злости.

Верно, уже представлял, как озолотится.

Наверное, присмотрел себе парочку особо дорогих камешков…

— Вы издохнете в голоде и холоде! — проорал он. — Будете грызть эти стекляшки, и выть от безысходности!

Я усмехнулась, кинув ему на стол пару монет.

— Это вам за работу.

— Моя работа стоит больше этой жалкой подачки! — заверещал он.

— Оценивать дешевые стекляшки невелик труд, — усмехнулась я. — Стир, выкини его на улицу, да не забудь наподдать пинка под его толстую задницу.

— Но куда, — орал, упираясь, оценщик, — куда вам столько камней! Что за глупость, зачем они вам?!

— Бусики сделаю, — усмехнулась я.

И Стир пинком выколотил этого неприятного человека из моей комнаты.

Глава 55

Как давно я не видела Ивара?

На припомню.

Все мои воспоминания, связанные с ним, заключались в одном: он больно хватает меня и шипит в ухо: «Беги!» с каким-то животным ужасом.

От чего он велел бежать мне?

От людей, которые — он знал, он не сомневался! — причинят мне боль, или от себя, которому боль причиняла я?..

Однако на встрече нашей Лисий Хвост выглядел куда взволнованнее господина. Он маячил за спиной Ивара, поблескивая глазами.

Ивар же выглядел уставшим и каким-то погасшим.

«Он очень хорошо вписался бы в интерьер моего холла», — подумала я, когда он церемонно мне поклонился.

— Поздравляю с прекрасным приобретением, графиня Рубин, — таким же безразличным, бесцветным голосом произнес Ивар. И я не поняла, к чему относятся эти поздравления, к дому или же к новому пышному имени, полученному из рук короля.

— Благодарю, — я скромно опустила глаза.

Уши мои так и пылали.

Никогда б не подумала, что буду просить помощи у Ивара!..

У Ивара, которого считала самым опасным в семье и практически безумным!

— Удобно вы тут устроились?

А, так его поздравления касались дома!

— Да, благодарю. Это замечательный дом. Лучшего и желать невозможно. Я чувствую себя здесь… невероятно защищенной. Кто-то скажет, что он мрачен, а я чувствую в нем только надежность.

— Рад это слышать, — сдержанно ответил Ивар и склонил голову.

За его спиной Лисий Хвост возился с детьми.

Кажется, Ивар привез им подарки. Каждому по какому-то небольшому дару.

Но эти вещицы, которые сейчас раздавал Хвост, были приняты детьми с радостью.

— Итак, что вы хотели, графиня?

Ивар продолжал держаться подчеркнуто отстраненно и уважительно.

— Ты же знаешь, — ответила я растерянно. Эта строгая отстраненность была частью его игры. Я же не знала, как вести себя в этой ситуации. Не знала, чего Ивар ждет в ответ на свою холодность.

— Лишь в общих чертах, — уже немного мягче ответил он. — Только о том, что гильдия ювелиров хочет обесценить твои рубины.

— Да, именно так, — подтвердила я, протягивая ему одну из выписанных оценщиком бумаг.

Ивар глянул — кажется, на этой бумаге крови пораненного оценщика было более всего.

Он криво усмехнулся. Его разноцветные глаза вспыхнули недобрым блеском, словно одобряя мой поступок.

Даже не сомневаюсь, что Ивар поступил так же.

Только вместо ногтей в руку, пытающуюся его обворовать, он воткнул бы нож.

— Так чего ты хочешь? — с нажимом произнес он.

— Нет-нет, никакой поножовщины! — воскликнула я слишком поспешно.

Ивар снова усмехнулся.

Его веселило, что в нем, в герцогском сыне, я вижу только головореза.

— Я хочу огранить эти камни и носить их сама, — выдохнула я. — Мне нужен честный ювелир. Независимый от… Блестящих. Который выполнил бы эту работу.

— Ты хочешь что-то конкретное? — уточнил Ивар. — Брошь? Колье? Любая вещь из рубинов будет уникальна и внимание, конечно, привлечет. Но зачем тебе это?

— Я хочу привлечь внимание самого короля, — ответила я. — Поэтому мне нужно носить все камни разом.

Ивар удивленно вскинул брови.

— Зачем тебе это?

В его голосе проскользнула лютая ревность. Неужто подумал, что я решила охмурить самого короля?

— Чтобы бороться с Блестящими, разумеется, — ответила я. — И носить камни на оценку королю, а не проходимцам, которые решили на мне нагреть руки. Камни прекрасны; я уже начинаю понимать в них толк, и вижу — они прекрасного качества, они достойны самого короля! Но король не будет носить дешевку. Даже если это будут самые прекрасные камни в мире. Поэтому кое-кому придется поднять цену на сырье.