Жена-беглянка. Ребенок для попаданки (СИ) - Фрес Константин - Страница 36

Ивар сидел за столом и задумчиво обирал виноград с кисти.

Вокруг него, по каменному холодному полу, залитому водой, ползало странное чудовище, покрытое черной острой чешуей. Недодракон, варан, или изуродованный человек — не разобрать.

— Доброго утречка, братец, — спокойно поздоровался Ивар, увидев в полумраке белое то ужаса лицо Натана. — Поздоровайся с отцом! Если хочешь, можешь обнять его. Думаю, он будет рад. Раньше ведь такой возможности у него не было.

— Что, — просипел Натан, отшатываясь. — Ты… с этим мерзким чудовищем…

— Когда-то он был так же хорош, как ты, — заметил Ивар. — И так же горд собой.

Он демонстративно взял со стола уцелевший кусок мяса и кинул монстру.

При всей своей неповоротливости монстр легко его поймал и жадно, быстро пожрал, работая острозубыми челюстями.

— Что ты делаешь в этом вонючем аду?

— Провожу время с дорогим батюшкой, разумеется, — ответил Ивар. — Иногда говорю с ним. Рассказываю новости. Чтобы он не лишился остатков разума.

— Но… зачем? Почему?!

— Может, потому, что люблю его? — задумчиво произнес Ивар. — И помню его человеком, полным сил, амбиций и гордости?

Гадкий монстр обернул уродливую морду в сторону семейства и долго смотрел, не мигая, словно узнавая знакомые черты.

— Ваше здоровье! — Ивар отсалютовал бокалом, полным вина, семейству и подал его монстру.

Тот ухватил бокал лапами, отдаленно напоминающими руки, и принялся пить.

Натан отшатнулся.

Было видно, что ему дурно. Тошнота подкатывала к горлу.

— Как это возможно? — бормотал он.

— За все надо платить, — прошелестела герцогиня еле слышно.

— За что заплатил он?! — в ужасе проорал Натан.

— За любовь ко мне, разумеется, — ответила герцогиня. — Чтобы проклятие магии не настигло его, он должен был взять в жены человека. Простую женщину. Близость к человеческому теплу убаюкивает монстра внутри. Дети, рожденные от человеческой женщины, могу и вовсе родиться без этого проклятья. Но он предпочел меня.

Она вдруг улыбнулась, глядя на ползающего у ее ног варана.

— Твой отец был прекрасным, очаровательным ребенком. Таким светлокожим, с черными волнистыми волосами и чудными кроткими синими глазами. Ах, когда он родился и когда я его увидела, я сразу поняла, что мы будем вместе. Он должен был принадлежать мне! Его дивные глаза, его шелковые волосы, его милая мягкая улыбка… он показался мне самой красивой куклой в мире, и я захотела его в тот же миг, как только коснулась его младенческой ручки. Он не мог быть ничьим, кроме меня. Только мой!

— Так он твой брат? — давясь рвотными позывами, произнес Натан.

— Да. Младший.

— Это ты!.. Ты погубила его!

— Это был и его выбор. Он знал о противоядии, но продолжал жить со мной. Тебя я зачала, когда он уже был во власти проклятья, превращался в монстра и жил тут. Я спускалась к нему, чтобы провести время с ним.

— Каково это было, — пробормотал Ивар с ухмылкой, пряча глаза. — Каково это — спать с монстром?

— Тяжело, — ответила мать. — Он был тяжел и ненасытен. Точно крокодил. Сломал мне ногу, не контролируя свою страсть… Но я все равно любила его.

Ида слушала это, разинув рот.

Натан же выглядел жалко. Он беззвучно плакал, в ужасе глядя на чудовище.

— А теперь пришло твое время заплатить, Натан. Ты коснулся магии отца и принял ее. Оттолкнул защиту. Кто же тебе виноват?

— Платить? — проорал с хохотом Натан. — За что же?!

— За свои эгоистичные желания, например, за свое неуемное «хочу». За любовь к Иде. Ты же знаешь, к чему это может привести? К рождению уродливых детей. Но все равно идешь на поводу своих желаний. Я же нашла тебе подходящее лекарство, чтоб ты избежал участи отца. Никаниэль. Ты мог греться об нее ночами и жить долго, не отмеченный проклятьем. Но тебе ведь захотелось Иду?

Старуха пожала плечами.

— И Ида, — она глянула на рыжую красотку недобро, — не отстает от тебя. Ты ведь не кинешь этого красавчика, даже зная, что он скоро обернется монстром?

Ида отрицательно мотнула головой.

— Наша кровь, — протянула старуха, отчего-то гордо.

— Но почему Ивар не получил проклятье?! — завизжал Натан. — Почему?! Он ведь долго кормит тут эту жабу!

— Побольше уважения, — огрызнулся Ивар и стащил с руки перчатку.

Ту самую, что не снимал никогда. Даже за столом, предпочитая брать еду одетыми руками.

Вид чешуйчатой ладони брата поверг Натана в шок.

Он чуть не упал, привалился к дверям и беспомощно заскреб ногами по полу.

— Но он все равно похож на человека, — бормотал он беспомощно. — Он ведь тут давно! Он каждый день касается отца! Магия должна была перемолоть его всего, насквозь!

— Магия пощадила его, — ответила мать. — Вероятно, поражена будет только рука.

— А мой ребенок? — вдруг вспомнил Натан. — Что с ним станет?

— От родится от женщины, — ответила мать. — Вероятно, эта магия никогда его не коснется.

Глава 37

Натан был потрясен настолько, что некоторое время не мог выговорить ни слова.

А когда смог, первыми его словами были обвинения в адрес матери.

— Ты погубила нас всех! Погубила! — проорал он.

Ивар философски пожал плечами и отвернулся к столу.

Там еще оставались остатки пищи, которую он должен был скормить отцу.

— Натан, я никогда тебя не брошу! — воскликнула Ида, пытаясь его успокоить. —

Даже если с тобой случится такое — я не оставлю тебя.

Но Натан ее оттолкнул, словно отбиваясь от наступающего магического проклятья.

— Прочь! — выкрикнул он, отстраняя цепляющиеся за него руки. — Она погубила отца, а ты так же хочешь погубить меня?! Превратить в безмозглое уродливое животное?! Ты такая же эгоистка! Отойди!

— Что, взгрустнул по своей жене? — усмехнулась мать, глядя на мечущегося сына. — Как скоро ты прозрел и раскаялся.

Услышав это, рыжеволосая Ида покраснела так, что щеки ее стали алее ее волос.

— Ты действительно хочешь ее вернуть?! — выкрикнула она. — Да ты с ума сошел? Она тебе не ровня! Она никто!

— Она моя жена! — прорычал Натан. — И носит моего ребенка! Так что закрой свой рот!

— Мог бы, кстати, дождаться, когда родится ребенок, — проворчала герцогиня. — Близость человеческого дитя тоже помогла бы тебе не стать уродом еще долго. Но ты потерял все! И еще хуже — потерял дар златоведа. Потерял столько денег из-за своей похоти!

— Как потерял, так и верну! — огрызнулся Натан.

Услышав это, Ида взревела не хуже Натана.

Их рык носился по маленькой комнате, многократно отражаясь от стен.

И казалось, здесь бьются насмерть, кусаются страшные дикие звери.

— Я не отпущу тебя просто так! — вопила она. — Ты мой! И только мне должен принадлежать!

— Какие знакомые слова! — расхохотался Натан. — Посмотри, даже этот безмозглый урод их узнал! Ему их однажды сказали, и он подчинился! Гляди, как смотрит! Ему будто заклятье прочли!

— Натан, все мы станем однажды монстрами! Я стану старой, седой и морщинистой! Но это же не повод отказываться от любви?! До этого еще далеко! А у нас есть так много лет, которые мы проживем в блаженстве!

— Так сильно хочешь обзавестись ручным экзотическим зверьком? — расхохотался Натан. — Ну, уж нет. Поищи кого другого!

И он выскочил из этого страшного места так стремительно, будто за ним гнались демоны. А Ида побежала за ним.

Ивар некоторое время сидел неподвижно, слушая удаляющийся скандал.

— Зачем ты сказала ему? — произнес он, наконец. — Да еще так безжалостно скоро? Не смягчив удар, не подготовив его?

Старая герцогиня пожала плечами.

— Но пришло его время знать, — безразлично ответила она. — У него прорезалась чешуя. Он начал задавать вопросы. Что мне оставалось делать?

Ивар искоса глянул на мать.

— Ты действительно никого не любишь, кроме себя?

Старуха едко, желчно усмехнулась.

— Снова эта мерзкая, сопливая песенка, — презрительно произнесла она. — Ты ныл ее все детство, притом с завидным упорством. Давненько я ее не слышала. Думала, ты ее позабыл.