Жена-беглянка. Ребенок для попаданки (СИ) - Фрес Константин - Страница 30

По его губам скользнула неприятная усмешка.

Он поклонился, скрывая то меня взгляд полный горечи, стыда и боли.

— Ну, разумеется, — почтительно произнес он, снова нацепив маску сдержанного уважения. — Вы герцогиня. Хоть и в бегах. А я всего лишь слуга. Хоть и богатый. Конечно, я не имею права даже рядом с вами находиться.

Глава 30

Спали мы по отдельности. Я в постели, а Робер устроился в кресле, у камина.

Мы не обменялись больше ни словом.

И я, настороженно прислушиваясь к каждому звуку, заснула только под утро.

А проснувшись, обнаружила, что в комнате одна. В халате казначея.

И камни при мне, не тронуты.

Впрочем, думаю, как бы ни был зол на меня Робер, он не посмел бы их взять.

При всех его амбициях в нем не было жадной мелочности воришки.

Нет, он был намного выше этого.

Гордый, высокомерный…

Я наскоро позавтракала — ужин-то мы вчера с казначеем не съели, разругавшись, — оделась в свое просохшее платье, увязала в узел его халат и пошла к его дому.

То-то, наверное, он разозлится, увидев меня снова!

И почему судьба нас сводит снова и снова, раз за разом?

«Это в последний раз, — обещала я себе. — Утрясу наши дела, и все. Больше не побеспокою его!»

Там, под его дверями, меня уже поджидала Марта и Стир.

— Ну, — выкрикнула Марта тревожно, — удалось тебе поговорить с казначеем?

— Удалось, — кратко ответила я, хотя сердце мое трепетало, как овечий хвост. — Он должен нас ждать.

«Ага, ждать! А ну, как велит спустить нас с лестницы?!» — про себя подумала я.

Но казначей оказался незлопамятным.

По крайней мере, он и бровью не повел, когда мы постучали в его дверь, и его слуга нас впустил.

Да казначея пригласил.

— Чего угодно? — произнес Робер очень ровным, очень спокойным голосом.

Таким, будто не знал меня и никогда не видел.

И глаза у него были мертвые.

Безразличные и пустые.

И даже при взгляде на узелок, что я аккуратно положила в углу, Робер не выказал никаких эмоций.

Словно этой ночью ничего между нами не было…

— Мне нужно разрешение на добычу рубинов, Ваша Точность, — произнесла Марта, вытаскивая из-за пазухи заветную бумагу. — На моей земле. Земля ведь мне принадлежит, не так ли? Старый герцог мне ее подарил.

— Рубинов? — удивленно уточнил Робер.

Как будто не понял, о чем идет речь!

Я не выдержала и ступила вперед:

— Вы же все знаете!.. — выпалила я.

Но он не позволил мне устаивать сцены в его доме.

— Я ничего не должен знать, — отрезал он. Мстительный какой! Это он нарочно, мне назло? — Добыча этих дорогих камней дело очень непростое.

— Я знаю! — огрызнулась я.

— Нет, не знаете, — так же резко возразил Робер.

Теперь он глядел мне прямо в глаза, и я чувствовала, как его взгляд пронзает меня.

— Так вы запрашиваете подтверждения на право владения землей, или право добычи камней? — так же резко продолжил он. — Это две вещи разные.

— И то, и другое, — гордо ответила я. — Разве это имеет значение?

— Имеет, — неприятным тоном ответил Робер.

Меня так и передернуло от ядовитой сладости в его голосе!

— Право на землю ваше, — сказал он Марте, посмотрев наскоро старую бумагу. — Я могу сейчас же поставить печать, и вас никто не посмеет согнать с вашей земли. Но дать разрешения на добычу камней я не могу.

— Это еще почему?! — вскипела я. — Ох, не думала я, что вы окажетесь настолько мелочны и мстительны!..

И на этот мой выпад Робер и бровью не повел.

— О какой мести вы толкуете, — безразличным тоном произнес он. — Я действую в ваших же интересах.

— В моих интересах?!

— Открыть добычу сейчас, — произнес он очень ровным и бесстрастным тоном, — это чистое самоубийство. Три человека, двое из которых женщины, и один мальчик — как вы собираетесь справляться с добытчиками?

— Управимся, — грубо ответил Стир, исподлобья разглядывая казначея.

Робер покачал головой.

— А герцог? — спросил он. — Вы думаете, он не узнает?..

— Что вам за дело до этого герцога?! — вскричала я. — Вы говорите о нем больше, чем я! Вы к нему неравнодушны?!

Лицо Робера покраснело, глаза вспыхнули черным огнем.

— Он найдет вас, выследит по этим камням, и прикончит, — яростно выдохнул он. — Не нужно делать вид, что вы глупее, чем есть! Он вас всех убьет! Этого вы хотите?

Впервые Робер сказал вслух эту страшную правду. И я знала — он прав.

Под его яростным взглядом я обмякла.

Злые слова о мести и прочие глупости застряли у меня в горле.

— Но попытаться-то стоит? Если вы не дадите это разрешение, — с трудом вымолвила я, — вы убьете меня вернее, чем герцог. Я умру от голода. Этого вы хотите?

Робер промолчал. Крыть ему было нечем.

— Или же вы полагаете, — усмехнулась я, — что я удовольствуюсь теми деньгами, что вы мне заплатили за доставленные неудобства? Думаете, что мне полагается жить скромнее?

— Вы можете выйти замуж, — тихо ответил Робер. — И положиться на мужа…

— Марте тоже можно выйти замуж? — язвительно спросила я его, указав на старушку. — И моему брату тоже? Мне нужно их кормить. Давайте ваше разрешение!

— Вы не понимаете! — воскликнул Робер. — Вам потребуется охрана, возможно, круглосуточная! Черт! Не могу же я ездить и охранять вас лично!

— Значит, наймем охрану, — неумолимо ответила я. — Вам не придется утруждаться, не беспокойтесь!

И достала узелок с камнями.

Робер посмотрел на рубины, играющие огненными бликами на моей ладони.

Долгое время молчал, но я видела — внутри него шла нешуточная борьба.

— Хорошо, — хрипло промолвил он, наконец. — Пожалуй, вы правы. Деньги в этом мире решают все. Я помогу вам сделать первый шаг. Затем… затем вам придется справляться самостоятельно.

— Премного благодарна, господин казначей, — я кротко опустила голову и присела в скромном реверансе.

Робер, не глядя больше на меня, уселся за стол тут же, прямо в холле.

Расторопный слуга притащил письменный набор большую печать.

Документы Марты аккуратно разложили на столе, казначей их внимательно перечитал и так же аккуратно, тщательно проштамповал их печатью.

Затем он взял чистый лист, выписал разрешение на добычу рубинов, и вписал все наши три имени — Марты, Стира и мое. Имя герцогини Ла Форс.

Некоторое время колебался, но все же тоже поставил печать под этим разрешением.

И, не глядя, протянул бумагу мне.

— Сегодня на площади состоится аукцион, — безразличным тоном произнес он. — Ювелиры будут продавать свои изделия, покупать золото и серебро. Сами знаете, большая ярмарка. С этой бумагой вы можете продать ваши камни законно и дорого. Я вас порекомендую кое-кому. Вас примут. Ну, и нанять охрану на вырученные деньги сможете. Рекомендую обратиться к капитану городской стражи. Он честный и порядочный человек. Он вам поможет.

Робер опустил голову и замолк, словно ему стало нестерпимо стыдно.

На душе у меня потеплело.

— Спасибо, — с чувством произнесла я. — Так бы сразу.

Он снова вскинул на меня свой обжигающий взгляд.

— Вы не понимаете, — произнес он, снова заводясь. — Вы не понимаете! Я действительно боюсь за вас. Боюсь!

Я грустно усмехнулась.

— Жизнь опасная штука, — заметила я. — Спасибо за беспокойство, но, кажется, я вам никто. Вы не обязаны переживать за мою безопасность, Ваша Точность. Вы и так много сделали для меня. Благодарю!

Глава 31

Ярмарка гудела тысячью голосами.

Товаров привезено было видимо-невидимо.

Крестьяне торговали с возов и с прилавков под парусиновыми полосатыми тентами.

Квохтали куры, орали гуси.

Звенела глиняная посуда, горшки. Пахло нагретыми на солнце овощами.

Здесь продавались сотни вещей, которые нам в хозяйстве очень пригодились бы.

Но Робер уверенно вел нас дальше, мимо дощатых прилавков, к нарядным разноцветным шатрам.