Непокорная жена - Кук Кристина - Страница 39

– На самом деле, ваша светлость, он не такой уж плохой человек, – сказала Элинор, испугавшись своего стремления защитить его.

Герцогиня посмотрела на Элинор, потом на Селину:

– Так он все-таки развратник или нет?

– Нет, – сказала Элинор.

– Да, – подтвердила Селина одновременно с ней.

– Нет, – повторила Элинор более твердо на этот раз. – Леди Хенли сильно преувеличивает. Мистер Стоунем, возможно, имеет много недостатков, но его решительно нельзя назвать развратником.

– Стоунем? – переспросила герцогиня и слегка нахмурилась. – Вы, конечно, не имеете в виду, мистера Фредерика Стоунема, сына барона Уортингтона?

О Господи! Зачем только Элинор назвала его имя вслух?

Селина кивнула и подалась вперед на своем сиденье.

– Это именно он. Мистер Фредерик Стоунем из Эссекса, хотя баронство его отца находится в Оксфорде.

– Неужели?! Вы серьезно говорите? По-моему, он действительно прожигатель жизни, как говорят о нем. Кто-то должен предупредить лорда Мэндвилла, пока не поздно. Вы говорите, брачный контракт уже подписан?

– Да, ваша светлость, – тихо сказала Элинор. – Но я разговаривала с мистером Стоунемом, и мы пришли к общему пониманию, что этот контракт не отвечает нашим интересам. – О, как тяжело было произнести эти слова вслух. Ее сердце сжалось от острого чувства сожаления, дыхание замерло, и голова слегка закружилась.

– Я тоже отказалась бы, – согласилась герцогиня, кивнув.

– Правда, мы не окончательно решили этот вопрос, – добавила Элинор раздраженно. В конце концов, какое дело этой женщине, за кого она выйдет замуж?

– Тогда что вы делаете здесь, в Уитби-Холле, тратя по пустякам свое время в Девоншире, вместо того чтобы покончить с этим неприятным делом?

– Кстати, мистер Стоунем тоже здесь, в Девоншире, – вставила Селина, – и является гостем мистера Уитби. Мы все вместе приехали сюда две недели назад.

– Не может быть! – задыхаясь, воскликнула герцогиня, схватившись своей тонкой ручкой за горло. – Он действительно здесь? В таком случае я хотела бы познакомиться с ним и посмотреть, о ком ходит столько слухов. Он действительно так красив, как говорят? – спросила она заметно изменившимся тоном, похожим теперь на мурлыканье, и Элинор не понравился блеск в глазах герцогини, сопровождавший ее вопрос.

– Сейчас он в Плимуте вместе с Хенли, – сообщила Селина. – Должна сказать, слухи не преувеличивают – он действительно обладает исключительно привлекательной внешностью.

– Хм-м, однако интересно. Его репутация продолжает оставаться легендарной, хотя он отсутствовал в Лондоне последние шесть месяцев. Если то, что говорят о нем, правда, леди Элинор, вам лучше освободиться от обязательств брачного контракта и сделать это как можно скорее. Такого, как Фредерик Стоунем, лучше оставить женщинам… как бы поделикатнее выразиться… имеющим больше опыта в общении с мужчинами. Кроме того, кажется, ему всего двадцать три года?

Элинор поняла, что герцогине известно достаточно много о Фредерике, и ей стало не по себе. Правда, мнение герцогини основывалось главным образом на слухах и предположениях. Однако она правильно назвала его возраст.

– Да, ему действительно двадцать три года, – подтвердила Элинор, с подозрением глядя на герцогиню поверх чашки.

– Он слишком молод, чтобы жениться. Почему бы мне самой не послать письмо лорду Мэндвиллу, поскольку мы хорошо знакомы, и не посоветовать ему расторгнуть ваш брачный контракт?

«Я уверена, вы готовы сделать это, – подумала Элинор. – Чтобы потом самой заняться Фредериком». Мысль о том, что Фредерик привык иметь дело именно с такими красивыми, опытными женщинами, как герцогиня, заставила ее еще больше покраснеть. Разве не он однажды упомянул о вдовушке из Шропшира? Сможет ли Фредерик устоять перед натиском герцогини Дандридж, когда она вцепится в него своими когтями?

Нет, он не поддастся ей. Элинор хотелось верить в это. Однако все же в ее душу закрались сомнения.

– О, мистер Уитби! – внезапно воскликнула герцогиня, заставив Элинор вздрогнуть, а Селина при этом едва не пролила чай себе на платье, – Оставьте этот чертов лук и присоединяйтесь к нам здесь, в тени. – Вы почти не разговаривали со мной с момента нашего прибытия, – добавила она недовольно. – Отпусти его наконец, Трелони. Ты намерен завладеть его вниманием на весь день? Разве я не учила тебя, что надо любезно делиться с другими?

Раздался громкий мужской смех, и вскоре мистер Уитби оказался около герцогини, склонившись, чтобы поцеловать ее руку в перчатке.

– Дорогая герцогиня, – сказал он затем. – Меня удивляет, почему вы не присоединились к нам на поляне. Я знаю, что вы гордитесь своим мастерством в стрельбе из лука.

– Да, но я была занята знакомством с этими двумя милыми дамами. Я решила устроить домашний прием и пригласить леди Хенли и леди Элинор.

– Прекрашная идея, – поддержал ее лорд Трелони, присоединяясь к компании под тентом. – Она мне очень нравится.

– О, Трелони, дорогой, неужели ты никак не можешь избавиться от своей шепелявости? Он нарочно говорит так, считая, что это модно, – добавила она. – Дандридж, проснись. – Герцогиня ткнула храпящего мужа веером; тот сразу поднял голову и зевнул. – Я только что говорила, что мы собираемся устроить домашний прием, – сообщила она ему, – и пригласить гостящих здесь молодых людей.

– Превосходно, – сказал герцог, сопя. – Прекрасная идея. И мы организуем охоту?

– Да, конечно. – Герцогиня махнула своей изящной рукой. – И я надеюсь познакомиться с мистером Фредериком Стоунемом, который сейчас здесь, в Девоншире. Мы пригласим его тоже. – При этом она рассеянно погладила руку стоявшего рядом мистера Уитби, и этот удивительно интимный жест привел в замешательство Элинор.

И она была готова поклясться, что на помрачневшем лице Селины отразилось такое же подозрение, какое испытала она сама. Перед ее мысленным взором возник коттедж на утесе, напомнив ей завуалированный намек Фредерика, что мистер Уитби встречается там со своей любовницей. Она посмотрела на герцогиню, которая тихо беседовала с мистером Уитби, голова которого склонилась совсем близко к ее светловолосой голове.

Была ли герцогиня его тайной любовницей? Элинор прокляла Фредерика за то, что тот породил в ее голове такие мысли, потому что теперь ее богатое воображение рисовало картины, как эти двое занимаются любовью на широкой кровати, задыхаясь от страсти. Боже, какой ужас!

Стараясь избавиться от этих неприятных мыслей, Элинор с мольбой посмотрела на Селину, которая наконец подала свой голос:

– Ваша светлость, хотя идея пригласить нас на домашний прием звучит очень мило, боюсь, мы будем вынуждены вернуться в Эссекс, как только мистер Стоунем и Хенли завершат свое дело здесь. Думаю, это произойдет через пару дней.

– А вы не можете продлить ваше пребывание здесь еще на несколько дней? – спросила герцогиня, прервав разговор с мистером Уитби. – Это доставило бы мне большое удовольствие. Скажи им, Уитби, что они должны остаться.

– Конечно, должны, – согласился тот, стряхивая травинки со своих брюк. – Уверяю вас, вы нигде не встретите такого гостеприимства, как у ее светлости.

– Я не сомневаюсь в этом, – сказала Элинор. – Но мы действительно должны сразу вернуться в Эссекс. Боюсь, мы не сможем задержаться здесь ни на один день. Может быть, мы нанесем вам визит в другой раз, если вы будете столь любезны пригласить нас позже?

– Ну хорошо. С вами все ясно. В таком случае тебе одному придется развлекать меня, Уитби. – Она удостоила его соблазнительной улыбкой, чем еще больше укрепила Элинор в ее подозрениях.

При этом муж и сын герцогини улыбались, не придавая ее словам никакого значения. Странно. Очень странно. По крайней мере, Элинор не одну мучили сомнения; она заметила замешательство Селины, которая, несомненно, подумала о том же самом.

– И все-таки мне бы очень хотелось познакомиться с мистером Стоунемом, – добавила герцогиня.

Хорошее настроение Элинор улетучилось, и она вдруг почувствовала усталость, холод, тяжесть на душе и смутную тревогу.