Красный корпус (СИ) - Романов Илья Николаевич - Страница 19

Я выпрямился, тяжело дыша и продолжая придерживать Толика. Тот едва стоял на дрожащих ногах, глаза остекленели, парень всё никак не мог отдышаться.

Кивнув бойцу, под ошарашенными взглядами ребят, доковылял до скамейки и усадил на неё соседа. Правда пришлось поддержать его, чтобы не свалился в грязь, а следом принялся ходить рядом, восстанавливая дыхание.

— Ну ты дал, Костя, — покачала головой с улыбкой Альбина, подойдя к нам с Авророй. — Дольше всех продержался!

— Угу, — кивнула её подруга, пытаясь прикрыть ладошкой голову от дождя. — Вы с Толиком молодцы.

Я молча пожал плечами и увидел Николаева, шествующего к нам с ещё одной группой бойцов. Дождь штабс-ротмистру не мешал, капли банально до него не долетали, превращаясь в пар ещё в воздухе.

— Неплохо, цыплята, очень неплохо, — покивал он, оглядев нас. — Часть из вас, конечно, жалкие хлюпики и слабаки, но остальные меня порадовали, — задержал штабс-ротмистр на мне взгляд. — Что ж, будем работать! И начнём, пожалуй, с подтягиваний, а дождь нам в этом поможет, чтобы вам жизнь мёдом не казалась! Кто первый⁈ Вы не стесняйтесь, цыплята, инициатива полезна для здоровья! Ага, вижу, Милюхин хочет!

— Я-я не могу! — с ужасом ответил толстяк, делая шаг назад.

— Хочешь, Милюхин, хочешь! — довольно закивал Николаев. — Давай к снаряду! Это приказ!

Парочка бойцов подтолкнули парня к перекладине, не дав сбежать. И у Милюхина больше не осталось выбора, кроме как исполнить приказ нашего учителя.

— Я уже скучаю по тёплой постели… — тихо прошептала Альбина. — Как думаете, ребят, мы ещё успеем поспать?

Это был хороший вопрос, но ответа, к сожалению, девушка не услышала… А затем раздался сиплый вскрик, падение тела в грязь и яростный крик Николаева:

— Поднимайся, Милюхин, и подтягивайся! Сдохни, но пятнадцать повторений сделать ты обязан!

В конечном итоге Николаев гонял нас два часа и только убедившись, что большего из нас не выжать, отпустил. Опять пришлось тащить Толика, сам он стоял с трудом, а второй рукой иногда помогать Альбине, которая взяла на буксир свою подругу. Так мы вчетвером и возвращались в казарму, под звуки дождя и слабый шепот остальных новобранцев. Ни о каком строе речи не шло, каждый едва переставлял ноги.

— Всё, пришли, — выдохнул я, дав соседу опереться на моё плечо, чтобы снять грязные берцы у двери.

— Кровать… — промямлил Толик, увидев своё спальное место. У него из глаз чуть ли слёзы от счастья не побежали. — Мы дошли…

Сосед с трудом разделся, побросав мокрые вещи на пол, и завалился спать. Отрубился он, кажется, ещё в полёте. Я же чувствовал себя лучше, как после изнуряющей тренировки, и добрёл до ванной комнаты. Там было несколько стиральных машин и порошок, загрузив всё и выставив таймер на экспресс-стирку, ополоснулся в душе. Благодаря усилению тела ледяная вода воспринималась просто холодной, но далекой от комфортной.

Казарма будто вымерла, в коридоре стояла мёртвая тишина, за исключением громкого храпа в одной из комнат. Постиранные вещи я развесил в сушилке и только после этого завалился спать, поставив будильник на шесть утра.

Вроде бы только закрыл глаза, но вот заиграла тихая мелодия, и я сразу же их открыл. За окном занимался рассвет, тело ломило, но мышцы охотно отозвались на пробуждение организма и не болели. Всё же путь Тела был правильным выбором.

Быстро одевшись во второй комплект униформы, тихо вышел из комнаты, чтобы не разбудить соседа, и отправился на крышу. Я проверил выход ещё до ужина, на замок тот не запирался.

— Не спится, Костя? — услышал я голос коменданта, как только открыл дверь и вышел на свежий воздух.

Старик сидел под небольшим навесом, где находился маленький круглый столик и пара плетённых стульев. В руке комендант держал сигарету, рядом лежала пепельница. Автомат покоился на коленях старика.

— Утренняя зарядка, Альберт Викторович, — поприветствовал я его кивком. — Вы не против?

— Что ты! — махнул он на меня рукой с улыбкой, затушил сигарету и поднялся. — Занимайся, конечно, но осторожно. Не сорвись. Тут хоть всего два этажа лететь, но хорошего все равно мало.

Комендант прикрыл за собой дверь, оставив меня одного, а я подошёл к парапету и вдохнул полной грудью влажный после дождя воздух. Солнце только-только появилось, отбрасывая первые лучи.

Лужи мне не мешали и я приступил к разминочному комплексу, но не тому, какой принят в гвардии Демидовых или где-то ещё. Чем-то это было схоже с ката, которые практиковали бойцы в Китайской и Японской Империях, дабы прочувствовать собственное тело и его пределы. Мышцы постепенно расслаблялись и наливались кровью, дыхание было ровным.

После перехода на путь Тела и той встряски, что нам устроил Николаев, сейчас был лучший момент, чтобы заняться энергетическими каналами. Взрывного роста, конечно, это не даст, но благодаря разминке и уставшему телу, легче всего задействовать потоки энергии.

Мелкие крупицы, которыми щедро поделилось ядро, побежали по каналам, а я продолжил выполнять движения, словно танец, то замедляя, то ускоряя ток энергии.

— Хм, неплохо, но хуже, чем могло бы быть, — остановился я под конец, сжав и разжав кулак. Никакого недомогания после ночной побудки не было, в теле ощущалась лёгкость, а энергия насытила организм. Каналы стали чуть шире, чем до этого, но результат мог быть получше.

Я посмотрел на часы и увидел, что до подъёма осталось пять минут. Комендант был в коридоре на втором этаже, стоял на табуретке и что-то колдовал отвёрткой в устройстве-сирене.

— А, Костя, уже закончил? — заметил он меня, улыбнувшись. — Вовремя ты! Сейчас начнётся самое интересное!

— Что же, Альберт Викторович? — приподнял я бровь.

— Утренний подъём! Самое веселое событие в первый день КМБ! — хохотнул старик, закончил шаманить с сигналкой и посмотрел на часы. — Так… Так… и-и-и, сейчас!

Яростный рёв, словно в казарме открылся очередной Разрыв, огласил коридоры здания. Из комнат послышались сдавленные крики, грохот падающих тел и всё это под смех коменданта.

— Ох, как же я обожаю свою работу! Ладно, ты давай, Костя, иди к себе и собирайся! — улыбнулся он мне. — Через двадцать минут пойдём на завтрак, а затем у вас начнутся первые занятия! Попомни мои слова, тебе определённо понравится!

После ночного забега я в этом уже не сомневался и с некоторым азартом, присущим мне в прошлой жизни, ожидал, чем сегодня ещё меня удивит Красный Корпус.

Расслабленные после хорошей разминки мысли прервал противный крик из-за ближайшей двери. Я точно знал, что там живёт Урусов и его ближайшая свита.

— Какого лешего опять тревога? — услышал я голос рыжего, а потом дверь распахнулась и с грохотом ударилась о стену. — Сейчас как врежу первому попавшемуся придурку!

— Давай, Олегыч! — долетел до меня подхалимский голос кого-то из новобранцев. — А то совсем ошалели уже! Третья тревога за сутки!

Заводила и новоявленный лидер новобранцев вылетел в коридор и мы замерли друг напротив друга.

Глава 9

Урусов скривил лицо при виде меня, но сразу улыбнулся и шутливо спросил:

— Демидов, а что за тревога-то? Не знаешь?

Он сделал вид, что не бросался только что фразами и вообще оказался в коридоре практически случайно, а трое парней за его спиной притихли.

— Это был сигнал подъёма, — сухо ответил я, заметив в коридоре пару любопытных лиц, наблюдавших за нами. — Через двадцать минут завтрак.

— А, ну понял, — дружелюбно покивал головой Олег и махнул мне рукой. — Спасибо, что сказал.

Встрепенувшись, будто что-то забыл, Урусов скомкано попрощался и закрыл дверь, за которой на несколько секунд возникла тишина. Я пожал плечами и пошёл к себе, кивнув сонной Альбине, шлёпающей в сторону женской душевой.

— Доброе утро, Кость, уау… — широко зевнула она, кулаком потерев глаз. — Если нас так будут будить каждый раз, то я сдохну…

— И тебе доброе, Альбина, — ответил я своей улыбкой. Чем-то девушка мне сейчас сестру напомнила, Варя тоже трудно вставала с утра пораньше. — Привыкнем рано или поздно. Человек вообще ко всему привыкает.