Истинная на одну ночь - Эванс Алисия - Страница 3

– Изумительно! – ахнул распорядитель праздника. – Прекрасно! Шедеврально! Впервые вижу, чтобы это платье так шло женщине! – сжав руками мои плечи, Орес поставил меня напротив напольного зеркала. Я смогла увидеть, что же так его восхитило. А посмотреть есть, на что.

Открытый корсет без рукавов и ворота, едва прикрывающий грудь. Сверху – шелковая оторочка из крупных складок блестящей ткани, придающая образу нежность и хрупкость. Белоснежная ткань корсета, который Орес утянул так, что я теперь с трудом дышу. Зато моя талия стала настолько тонкой, что мужчина легко мог бы обхватить ее руками, соединив указательные пальцы.

Чуть ниже талии начинается полупрозрачная шелковая юбка, на которую пришиты сотни, а может, и тысячи мелких бриллиантов. Боюсь представить, сколько труда и времени вложено в эту юбку, но выглядит она по-настоящему сказочно. Длиной доходит мне до щиколоток, но чужому взору открыты ноги по всей длине и даже ягодицы. Юбка абсолютно ничего не скрывает, а скорее даже наоборот.

– Идеально! – констатировал Орес, любуясь мной. – Но еще есть, с чем поработать, – с этими словами он встал за моей спиной и распустил мои волосы, вынув из пучка заколку. Золотистые волосы водопадом упали мне на спину. – Прекрасные локоны! – искренне восхитился распорядитель. – Зачем ты прятала такую красоту в невзрачном пучке? – в его голосе послышался упрек. Я не нашлась, что ответить, но не думаю, что ему вообще требуется от меня какой-то ответ.

Орес расчесал мою шевелюру по всей длине и принялся закалывать волосы маленькими шпильками, постепенно создавая нежную прическу из распущенных локонов. В довершение, Орес украсил мои локоны маленькими заколками со стеклянными цветами.

– Богиня, – довольно улыбнулся он.

Я смотрю на свое отражение в зеркале и не знаю, что думать. Во-первых, я и вправду красива, даже слишком. Нет больше приличной во всех отношениях Аннализы. Передо мной воздушная нимфа, легкая и прекрасная. А во-вторых, есть во всем этом что-то глубоко неправильное и тревожное. Я все пытаюсь вспомнить, что именно, но мысли убегают, как испуганные мотыльки.

– Ты будешь прекрасно выглядеть в танце, – заявил Орес, и вот тут-то я и вспомнила!

– Нет, я не хочу танцевать! – заявила я, отчаянно хватаясь за эту мысль и изо всех сил пытаясь удержать ее в голове. Я не хочу танцевать. Больше всего на свете не хочу никому показываться на глаза в этом прекрасном платье. – Не хочу… Не буду… – я замотала головой из стороны в сторону и отшатнулась от зеркала, но неожиданно мое плечо сильно сдавила мужская рука.

– Будешь, Аннализа! – прошипел Орес мне в ухо, и я сразу осознала – буду. Обязательно буду. – Ты выйдешь в зал и станцуешь так хорошо, как только умеешь. Ты знаешь, что такое танец хейсе, Аннализа?

– Я… Я слышала о нем, но никогда не видела, – запинаясь, призналась я, глядя на свое отражение в зеркале.

– Это очень красивый танец, – произнес Орес, и я почувствовала, как он прикасается к моему лицу чем-то влажным. Дернулась, но меня осадили: – Не двигайся! Я наношу тебе макияж, – не принялся что-то втирать в мои веки, а я застыла, словно статуя, не в силах пошевелиться и прекратить это. – Этот танец танцуют женщины, чтобы разжечь в мужчине страсть. Поверь моему опыту, Аннализа, ты создана для этого танца, – несколько минут Орес порхал вокруг меня, рисуя что-то на моем лице. Когда мне наконец-то разрешили открыть глаза, я не узнала в отражении себя.

На меня смотрит невероятно красивая незнакомка. Бело-голубые тени на веках визуально расширяют их, делая лицо более беззащитным и нежным. Аккуратный румянец на щеках подчеркивает правильные черты. Нежный блеск на губах придает всему образу эстетичность.

И все-таки, это не мое лицо.

– Ты прекрасна, Аннализа, – произнес Орес, любуясь своим творением. – А теперь разучим основные движения танца. Не бойся, в нем нет ничего сложного. От тебя требуется лишь грациозность и плавность движений. Повторяй за мной. Правую руку вот сюда, ноги в четвертой позиции. Начинай двигаться…

Глава 3

Леонард

– Зря я сюда пришел, – вздохнул Леонард, со скучающим видом наблюдая за праздником.

Многолетняя война на севере завершилась победой Империи драконов. Лео присутствовал на ней долгих четыре года. Командовал войсками, лично участвовал в крупных сражениях. Генерал северной армии, опытный стратег, отважный воин. Его войско торжественно вернулось в столицу, но членам правящей семьи показалось мало устроить городские гуляния и наградить всех офицеров. Они устроили закрытое празднество с музыкой, выпивкой и десятками прекрасных женщины, согласных на всё. Большинство приглашенных в восторге от такого подарка, но Леонард не любитель подобных развлечений.

– Прекрати, дружище, – ответил ему друг и полковник северной армии. – Чем ты недоволен? Посмотри, какие красавицы для нас танцуют, – Ардан смотрит в центр комнаты, где под музыку извиваются молоденькие девчонки. На лице друга написан такой восторг, словно к ребенку в гости пришли сказочные герои.

– Красавицы, но разве это достойное занятие? – протянул Леонард. – Я не люблю доступных женщин, ты же знаешь.

Лео заставил себя прикусить язык и не озвучивать свои мысли. Куда смотрят отцы и братья этих девушек? Как они допустили, чтобы дочери выставляли свои прелести на всеобщее обозрение? Полупрозрачные платья, непозволительно короткие юбки, декольте, которые практически ничего не скрывают. И все это – на глазах у десятков мужчин.

– Знаю, но я твой друг. Те, кто совсем тебя не знают, всерьез предполагают, что генерал Бельмонт не интересуется женщинами, предпочитая… кхм… мужское общество.

– Языки бы им укоротить, – лениво бросил Леонард. Его никогда не интересовали сплетни, а отказывать императорской семье – невежливо. Поэтому он здесь, скучает и ждет, когда все это закончится. – Еда здесь вполне достойная, – сменил тему дракон, уплетая мясное рагу.

– Тебе лишь бы пожрать, – рассмеялся Ардан. – Женщины, вино – все меркнет перед тарелкой хорошо прожаренного мяса.

– Женщин я люблю, но не тех, на ком пробу ставить негде, – усмехнулся Леонард, мазнув взглядом по танцовщице, стреляющей глазками в его сторону. – Бросаться на объедки – не моё, – скривился он.

– Ты слишком привередлив, – Ардан даже не отрывает взгляда от красоток. – Лучше один раз надкусить и насладиться вкусом, зато каждый день пробовать новое блюдо. Так интереснее, – он проводил взглядом красоток. Отплясав свое, те ушли со сцены, но Рейв заметил, как вслед за ними направились и гости. Девушки здесь отнюдь не для любования. Любую понравившуюся можно снять на час или два и уединиться в уютной спальне этажом выше.

– Смотри, как бы потом не пришлось лечить свои столовые приборы, – полушутливо предостерег друга Леонард.

– Я же не побираюсь по помойкам! – нервно отозвался Ардан.

– Распутные женщины рано или поздно наградят тебя чем-нибудь, и это будут отнюдь не медали и звания, – рассмеялся Лео.

Леонард смотрит на все это со странным чувством. Он никогда не понимал, как можно платить женщине за близость? Знать, что она готова лечь с тобой в постели только после того, как видит горсть монет? Это же унизительно для мужчины, в конце концов.

Тем не менее, местные барышни пользуются популярностью. Гости периодически встают с мягких диванов и с горящими глазами удаляются вслед за красавицами, чтобы через некоторое время вернуться обратно и продолжить. Многие готовы платить за то, чтобы удовлетворить свою страсть, но не Леонард.

– А теперь гвоздь программы! Специально для наших гостей – прекрасная нимфа Лиззи с танцем хейсе!

Нимфа? Леонард напрягся. Настоящая?.. Он застыл и вытянул шею, вглядываясь в происходящее. Кто-то притушил свет, образовался полумрак. Лишь один софит освещает импровизированную сцену в центре комнаты.

А в следующую секунду появилась она – нимфа. Выпорхнула из ниоткуда, словно видение. Белоснежное платье, хоть и достает почти до пола, не скрывает ничего. Будто в насмешку, волосы украшает легкая фата – символ невинности. Леонард сразу отметил ее стройные ноги и широкие бедра, которые совсем не прикрывает длинная юбка. Нежные тонкие руки застыли в изящной танцевальной позе. Лицо – прекрасно, но нещадно размалевано краской.