Неудержимый. Книга XL (СИ) - Боярский Андрей - Страница 45

А я всё ещё держал Анну, чувствуя, как дрожат её пальцы у меня на шее, будто она боялась, что если отпустит, то я исчезну. Её волосы слегка касались моей щеки, а запах дорогих духов, приятно щекотал нос. Анна подготовилась к празднику по высшему разряду. Хорошо, что я оделся подобающе, но если бы не мой дар «крови», то видок у меня был бы ещё тот.

Впервые за долгое время мы оба позволили себе столь дерзкое поведение, забыв о взглядах, о званиях, о людях вокруг. Всё смешалось — шум, крики, приятные ароматы готовящейся пищи и, конечно же, вкус её губ.

Некоторые жители, собравшиеся на площади в ожидании начала праздника, явно не выдержали такого зрелища. Кто-то засвистел, кто-то засмеялся, а самые смелые начали выкрикивать шутки, предлагая разные варианты того, чем может закончиться столь бурное воссоединение. Смех и одобрительные возгласы лишь усилили ощущение реальности происходящего. Я был рядом с ней, и всё остальное вдруг потеряло значение.

— Я скучал, — тихо прошептал я, прижимая Анну к себе крепче, вдыхая её запах, словно он был первым глотком воздуха после долгого погружения.

— Я думала, ты забыл про меня, — с едва заметной обидой пробурчала она, не переставая целовать.

— Забыть о собственной жене? — я отстранился, глядя ей в глаза, — Не бывать этому никогда.

Я подхватил её за талию и, не удержавшись, несколько раз закружил на месте. Её лёгкий смех слился с гулом толпы.

— Но-но, губернатор, — она опомнилась и, касаясь ладонями моей груди, чуть оттолкнула меня, — До свадьбы дело так и не дошло, не забывайтесь…

— Каюсь, графиня, — я склонил голову, будто признавая поражение, — Обязательно исправлюсь…

— Смотрите, — она пригрозила мне пальчиком, — Сами знаете, как называют людей, которые кидаются пустыми обещаниями.

Анна улыбнулась краем губ, а вокруг уже начало сгущаться то неловкое молчание, когда люди не знают, смеяться им или притвориться, что ничего не видели.

Павел Аркадьевич, наблюдавший за всем с видом человека, которому и смешно, и стыдно одновременно, всё же решил вмешаться. Подойдя ближе, он кашлянул в кулак и бросил выразительный взгляд сначала на меня, потом на Анну.

— Ваше сиятельство, — произнёс он сухим, но спокойным тоном, — не сочтите за дерзость, но толпа уже слишком оживилась. Предлагаю переместиться в покои мэра, — он сделал лёгкий жест рукой в сторону нескольких шатров с флагами рода Карамазовых над входом.

Анна бросила на него недовольный взгляд, но, видимо, поняла, что тот прав. Толпа и правда шумела всё сильнее, кто-то уже пытался подойти ближе, и в воздухе чувствовалось нарастающее волнение.

Я протянул ей руку.

— Что ж, госпожа мэр, разрешите проводить вас на место службы, — сказал я с лёгкой усмешкой.

Она ответила взглядом, в котором смешались гордость, нежность и то самое коварство, за которое я её и любил.

— Только если пообещаете вести себя прилично, — тихо произнесла она, опуская ладонь в мою.

— Постараюсь, — ответил я, хотя оба знали — что обещания подобного рода я нарушал, как только была возможность.

Мы направились к палаткам, а за спиной всё ещё раздавались смех, свист и аплодисменты.

— Могу я узнать у нашего замечательного мэра план мероприятий на сегодня? — как только мы вошли в её покои, спросил я с нарочитой вежливостью, снимая перчатки и осматриваясь.

Комната оказалась неожиданно уютной. В отличие от официальных залов, здесь пахло не бумагой и свечами, а жасмином и другими едва уловимыми ароматами. Тяжёлые портьеры приглушали свет, а, напротив, у стены стояла небольшая кровать, на которой можно было прилечь и немного отдохнуть.

— Здесь очень даже мило, — оценив шатёр, поспешил ответить я, повернувшись к Анне.

Анна ничего не ответила, лишь загадочно улыбнулась, слегка прикусив нижнюю губу. Она сделала шаг ко мне, и вместо слов я получил сильный толчок в грудь. Не ожидав подобного, я отлетел назад и рухнул спиной на кровать. Я даже не успел опомниться, как следом за толчком, она ловко, почти хищно, запрыгнула на меня сверху, прижимая к кровати мою грудь руками. На лице у девушки заиграла дерзкая, победная улыбка, она приблизилась к моему лицу и страстно поцеловала…

— Это было весьма неожиданно… — хрипло выдохнул я, успев улыбнуться, прежде чем обхватил её за талию и прижал ближе, чувствуя, как быстро бьётся её сердце.

— Я слишком долго тебя ждала, — прошептала она, склоняясь к моему уху, — даже больше, чем прилично женщине на моём месте. — Её смех прозвучал мягко, почти по-детски, но в нём сквозила усталость.

— Мои приключения в другом мире слишком сильно затянулись… — я попытался оправдаться, но сам понимал, что всё это звучало не убедительно.

Мы продолжили лежать, наслаждаясь друг другом и тишиной, которую иногда разбавляли чьи-то крики.

— Дим, это ведь ты прикончил императора?

Я уставился на неё, вопросительно приподняв бровь.

— Какой странный вопрос… — произнёс я, не скрывая удивления. — А что?

Вопрос графини меня насторожил. Во-первых, с такими вопросами не шутят. Всем известно, что прикончил Лю Бана Романов. Если я буду трепать языком направо и налево, то это может плохо кончиться. А во-вторых, зачем ей поднимать эту тему именно сейчас? Да и какая, собственно, разница?

— Да так, — Анна отмахнулась, словно ничего не произошло, — Просто в форте ходят слухи, что прикончил его именно ты. Вот я и подумала…

Я медленно выдохнул, взял её за подбородок и поцеловал в лоб.

— Послушай, — сказал я негромко, — Императора Китайской Империи прикончил Его Величество, и даже не думай кому-нибудь ляпнуть, что-то отличное от этой версии. Ты меня поняла?

— Я так и знала! — тихонько воскликнула она, засияв своей обворожительной улыбкой.

— Ань, я не шучу, — нахмурившись, сказал я.

— Всё настолько серьёзно? — Она сбавила обороты, слегка приподнявшись надо мной.

— А ты сама как думаешь? — усмехнулся я, — Мир держится на легендах. Сильные мира сего должны сиять, притягивая к себе все взгляды. А остальное — лишь тени и не имеют такого сильного значения.

— Когда-нибудь и ты засияешь также ярко, я в этом уверена. — она ещё секунду всматривалась в моё лицо, потом выдохнула, соскользнула с меня и села на край кровати.

— Когда-нибудь мы все там будем, — я поднялся с кровати и сел рядом, — Так что там по плану, госпожа мэр? Парад, речи, танцы до рассвета?

— Если будешь себя прилично вести — может, и танцы, — Анна взглянула на меня через плечо, с лёгкой улыбкой. — А если нет… тогда придумаем что-то поинтереснее…

— Какое коварство, — я рассмеялся и, глядя на неё, понял, что остаток дня обещал быть куда интереснее, чем его начало…

С праздником всё оказалось довольно просто, по крайней мере, на первый взгляд. Анна, поправляя выбившуюся прядь, деловито разложила на столе бумаги и, словно опытный секретарь, начала перечислять пункты в плане мероприятия.

Сначала на площади должен выступить император с большой речью по поводу завершённой войны. После, он вместе с новым императором Китайской Империи, и откуда он только взялся так быстро, подпишут долгожданный документ о мире и сотрудничестве, тем самым поставив точку в этой кровопролитной войне. А дальше — награждение всех причастных. Парад, фанфары, медали, слова благодарности. И как оказалось, я тоже входил в этот почётный список.

— Ты ведь уже подготовил речь? — спросила Анна с таким спокойствием и уверенностью в том, что я, конечно же, всё сделал заранее.

— Хороший вопрос… — пробормотал я, и изобразив задумчивость.

— Подожди… ты хочешь сказать, что у тебя нет речи? — голос её стал чуть выше, чем обычно.

— Надо бы узнать, — ответил я, стараясь не выдать смущения, но судя по тому, как она закатила глаза, всё было уже ясно.

— Господи, Дмитрий… — она тяжело вздохнула и прошлась по комнате, — Не знаю, как ты будешь выпутываться, но после награждения тебе предстоит выступить как губернатору Иркутской области. Там будет весь совет и оба императора. Постарайся не опозорить меня.