Неудержимый. Книга XL (СИ) - Боярский Андрей - Страница 44

— Да! — заворчал Скальдрим, нахмурившись, — Может, мы сами хотим решать свою судьбу.

— Без проблем! В другом мире вы вольны делать всё, что захотите, — я развёл руками, — Думаю, что сегодня каждый из нас сделал свои выводы из случившейся трагедии. Дальше — либо долгие переговоры и попытки выработать совместные правила, либо мы найдём вам новое место для жизни, вне этого мира. — отрезал я, не оставляя пространства для манёвра.

На этот раз на лицах кромов начала читаться задумчивость. В этот раз я видел, что вожди задумались над моими словами. Более того, кто-то даже испугался. Нам тоже было над чем подумать — особенно мне. Возможно, я спасал их из-за чувства вины. Где-то в глубине души я чувствовал ответственность за то, что сотворил с их миром. Я усмехнулся про себя. И всё-таки во мне проснулась совесть… Расту потихоньку.

— Белмор, за мной. — Приказал я и, не ожидая ответа, развернувшись, направился в сторону кормы катера.

— Полагаю, ты хочешь продолжить наш разговор? — его усмешка была немного грустной.

— Да, — кивнул я серьёзно, — Как видишь, я сдержал своё слово и дал выбор каждому из вас. — Я мельком посмотрел на кромов, которые уже горячо обсуждали мои слова, жестикулируя и строя планы.

По поводу того, что они могли договориться о чём-нибудь подлом, например, о войне с нами, я не думал. Для этого вокруг были десятки ушей императора, которые разглядывали вождей чуть ли не через лупы.

— Полагаю, ты решил отправиться в новый мир? — спросил я, внимательно глядя на Белмора, пытаясь понять, что сейчас творится у него в голове.

— Не знаю, — наконец ответил он, тяжело вздохнув.

В его голосе звучала накопленная усталость. Оно и понятно, это ведь я развлекался после долгого сна с женой, а они и другие кромы, скорее всего, глаз не сомкнули, пытаясь контролировать ситуация и не допустить междоусобных склок.

— Зимоз… эта подлая сарка смешал мне все карты. — Он не стал подбирать слова. — Сначала я думал, что смогу всё преодолеть, добиться, собрать заново, но теперь… уже не уверен.

— И это говорит Владыка белых кромов? — удивился я, чуть приподняв бровь. — Неужели ты… боишься?

— Осторожней с выражениями, Посланник бога, — усмехнулся он, но без злобы. Улыбка была скорее горькой, чем язвительной. — Я ничего не боюсь, но есть вещи, которые от меня не зависят. И ты сам показал мне не один пример того, как быстро рушатся иллюзии власти.

Я молча кивнул. Белмор вновь удивил, даже не словами, а самой способностью к самоиронии. Ведь и правда, до моего появления он был фактическим правителем всей долины, вершителем судеб, хозяином жизни. Хальдрос наведывался туда редко, и Белмор пользовался этим на полную катушку. А потом пришёл я и одной искрой смёл всё его величие. Мир, за который он держался веками, исчез в мгновение. Теперь на фоне борьбы богов, все эти гордые правители и армии выглядели не более чем пылью на ветру.

— Куда бы мы ни пошли… — он сделал паузу, будто выговаривая слова через силу, — везде будет одно и то же. Бесконечные войны за власть, за выживание, за воду, за землю. Этот список можно продолжать до бесконечности.

— Так и есть, — согласился я, — даже здесь, в мире, где, казалось бы, всё устроено, мы вынуждены сражаться за место под солнцем. И это вы ещё не встречались с разумными тварями из других миров. Поверь, тогда вам покажется, что прежние войны были детскими играми.

— Почему не встречались? — произнёс он спокойно. — Нашему миру хватило одного человека, чтобы перевернуть всё с ног на голову.

— Да, этот момент я как-то упустил, — на секунду задумавшись, я улыбнулся. — В любом случае независимо от того, какое ты примешь решение, мне бы хотелось, чтобы мы остались друзьями.

Белмор посмотрел на меня пронзительным взглядом, словно что-то взвешивая у себя в голове.

— Морозную сферу отдашь? — спросил он наконец.

— Конечно же, нет, — я не сдержал смеха. — За кого ты меня принимаешь? Я же сказал, что пока не узнаю, на что способен артефакт, можешь даже и не мечтать.

— Я должен был попытаться, — улыбнувшись, он развёл руками, словно оправдываясь.

На этом разговор сошёл на нет. Мы просто стояли рядом, каждый с мыслями, которые не нуждались в словах. Я не знал, какое решение он примет — останется или уйдёт, — но, к моему удивлению, на душе стало легче. Возможно, потому, что впервые между нами не было лжи.

К тому моменту, как «Грач» приземлился на главной площади, нас уже ждали. Солдат нагнали столько, что я непроизвольно присвистнул. Мало того, что периметр был оцеплен сотнями солдат, так ещё и внутри дежурили целые взводы. Их было едва ли не больше, чем жителей города. Всё готовилось к речи императора, хотя до её начала оставался ещё целый час.

Здесь же находились и Карамазовы, которые одними из первых встречали императора. Как только я заметил Анну, то сразу обомлел… Она была на саму себя непохожа. Я привык видеть её во всеоружии, но сегодня она буквально блистала в обворожительном зелёном платье с крайне интересным вырезом, который украшало ожерелье из крупных изумрудов. Да и причёска её сильно изменилась. Огненно-рыжие вьющиеся волосы едва касались плеч, а мягкая улыбка излучала лёгкость и уверенность.

Графиня вместе с братьями, Павлом Аркадьевичем и Макеевым стояли в ряд. В отличие от Анны, все остальные сильно нервничали. Я наблюдал за всем с кормы, поэтому видел, что или, вернее сказать, кто их беспокоил. Потёмкин, за спиной которого собрались гвардейцы, стоял у трапа, защищая императора собственной грудью. Взгляд его не обещал никому из присутствующих лёгкой смерти, если не дай бог что-то случиться.

Как только катер пристыковали к платформе и был опущен трап, он сразу же сошёл по нему, встав напротив Анны, и, начал о чём-то спрашивать. Гвардейцы мгновенно рассосались по периметру, и, как только князь дал отмашку, император показался на публике.

Спустившись с трапа, Романов сразу же прилип к Анне. Вот же… Я нахмурился, глядя, как он стал лобызать её нежную ручку. Я человек не ревнивый, но за своё убью и точка. Даже разговаривать не стану! В этот момент, Романов отпрянул от руки графини, словно почувствовал что-то неладное и правильно сделал.

Дальше Анна представила всех членов своей семьи, которым выпала такая честь и советника. Макеев… Я улыбнулся. Старик столько раз был на волоске от смерти, а теперь общается с императором. Небось на седьмом небе от счастья.

Сразу же после того, как формальности были соблюдены, император проследовал в палаточный лагерь, который был разбит прямо на площади. Я взглянул на развивающиеся флаги… Интересно, ведь помимо нашего, там развивался и флаг Китайской Империи. Это он, конечно, быстро сообразил.

Потеря императора могла означать серьёзные перемены в Поднебесной. Но, что-то мне подсказывало, что теперь, получив поддержку с нашей стороны, новые правящие рода очень быстро расправятся со своими политическими противниками, если уже не расправились.

Дальше по трапу начали сходить вожди кромов, с каждым из которых Анна переговаривалась несколькими стандартными фразами.

— Какая красивая девушка… — Белмор заметил направление моего взгляда, — Кто она?

— Графиня Анна Карамазова, — пояснил я, — Моя будущая жена… — с гордостью объявил я и зашагал по палубе в направлении трапа…

Глава 21

— Графиня, вы сегодня — само очарование, — спустившись с трапа, я улыбнулся Анне, стараясь не выдать, как сильно скучал.

Она на мгновение замерла, будто не поверила, что действительно видит меня, а потом сорвалась с места. Пышная зелёная юбка вихрем взметнулась, когда она подбежала и, не обращая внимания ни на приличия, ни на свидетелей, обвила руками мою шею. Её губы коснулись моих, горячо, по-настоящему, как у тех, кто слишком долго ждал этой минуты.

Виктор и Михаил переглянулись. Один тихо усмехнулся, другой кивнул с довольной улыбкой. Братья оказались рады меня видеть, а вот дядя, наблюдавший за сценой со стороны, хмыкнул, будто хотел что-то сказать, но передумал. Советник же, как человек опытный, тактично отвернулся и сделал вид, что рассматривает облака.