Книжные хроники Анимант Крамб - Рина Лин - Страница 89

Теперь я не знала, должна ли я чувствовать себя польщенной или оскорбленной. С одной стороны его слова могли значить, что я ему нравлюсь, с другой, я точно знала, что ему нравилось подшучивать надо мной, когда он был в хорошем настроении.

Возможно, оба варианта были верны, гадала я, глубоко дыша. Я неуклюже нагнулась за книгой, которая выскользнула у меня из рук, когда я отпрянула, и наблюдала за тем, как мистер Рид наливает чай в чайник, а затем ставит его и две чашки на стол в гостиной.

Я удивленно моргнула, когда осознание наконец дошло до меня. Мистер Рид пригласил меня на чай! Так что я, вероятно, останусь здесь.

Узел в моем животе медленно развязывался.

Нерешительно я подошла к дивану, прижимая к себе книгу, и села, все время следя, чтобы моих шерстяных носков не было видно.

Мистер Рид наполнил наши чашки, и я глазами проследила за движением его рук, как его тонкие пальцы обхватили ручку чашки, как напряглись сухожилия на его предплечье, когда он поднял полный чайник.

Мне нравились его руки, я сразу представила, каково будет, если его пальцы коснутся моей щеки.

Мистер Рид протянул мне чашку на скромном блюдечке, и я тут же прогнала томные мысли из своей головы. Я взяла чашку, стараясь ни о чем не думать, когда наши взгляды встретились, и в то же время мне хотелось остаться здесь навсегда.

Мистер Рид слегка неуклюже опустился в ближайшее к дивану кресло, взял свою чашку в руки и потянулся за книгой, которая лежала на маленьком журнальном столике между нами. Словно само собой разумеющееся и без лишних слов он открыл ее, водрузил очки на нос и некоторое время листал страницы, прежде чем начать читать.

Мне потребовалось еще немного времени, чтобы окончательно успокоиться и так же посвятить себя книге, которая лежала на моих коленях, я сделала глоток чая. Он был вкусным, некрепким, как мне нравилось, и я ненадолго прикрыла глаза.

Мое сердце все еще стучало слишком громко, но в остальном было приятно тихо. Ветер на улице иногда колыхал ставни, где-то тикали часы и трещало дерево, пока его пожирал огонь в печи.

Я вновь открыла глаза, чувствуя себя немного странно в присутствии читающего мужчины, и задалась вопросом, как это вообще произошло. В конце концов, раньше меня не беспокоило подобное. Мистер Рид перевернул страницу, задумавшись, поправил очки на носу, что заставило меня улыбнуться, потому что мне так понравилась картина, представившаяся передо мной.

Я тоже открыла книгу, которую взяла с собой, и пораженно поняла, что это автобиография испанского философа. Меня это удовлетворило, я начала читать и при этом пила свой чай.

Так просто прошло время, в течение которого мы сидели, не разговаривая, и это наполнило мое сердце уверенностью, что мы так похожи друг на друга не только в плохих чертах характера. Впервые я почувствовала, что читать в присутствии других – это приятно.

Мне не нужно было притворяться общительной или стыдиться того, что я иногда не была такой. Мы сидели вместе, в одной комнате, каждый со своей книгой, с мыслями на разные темы, и все же это было похоже на общий мир, который мы делили.

Я улыбнулась про себя и подтянула ноги к дивану, чтобы сесть поудобнее. Если когда-нибудь кто-нибудь действительно понял бы меня, то это, наверное, был бы Томас Рид, подумала я про себя и снова бросила на него украдкой взгляд поверх своей книги.

Он, казалось, почувствовал это, так как очень коротко взглянул на меня, и затем в уголке его губ появилась скрытая улыбка.

Я снова спряталась за свою книгу и не смогла сдержать румянца, залившего мои щеки. Но хотя бы мистер Рид не мог меня видеть, и я быстро отвлеклась на слова, которые стояли передо мной на странице, чтобы не слишком увлекаться своими чувствами влюбленности.

Когда солнце медленно село, и стало темно, чтобы разобрать написанное на страницах, мистер Рид захлопнул книгу, встал и зажег лампы. Одну он поднял и поставил рядом со мной.

– Спасибо, – пробормотала я, быстро дочитав главу до конца.

Мистер Рид не сдвинулся со своего места за спинкой дивана, и я перевела от книги вопросительный взгляд.

Я посмотрела на него, как он стоял там и смотрел на меня сверху вниз. И на короткий миг мне показалось, что я увидела что-то вспыхнувшее в его глазах, что-то, что заставило мое сердце биться сильнее, что-то, что ослабило мои колени, так что я была рада сидеть.

Он слегка наклонился ко мне, и волнение прокатилось по всему моему телу. Я не знала, что теперь должна делать, и нужно ли мне было что-то делать вообще.

А потом мистер Рид моргнул и резко выпрямился.

– Как насчет ужина? – спросил он, и его голос прозвучал совершенно спокойно.

Однако я и продолжила сидеть неподвижно.

Мой разум подсказывал мне, что на самом деле было опасно сидеть здесь, в квартире мужчины. Но мое сердце задавалось вопросом, почему этот потрясающий мужчина до сих пор не поцеловал меня.

– Хорошая идея, – тонким голосом ответила я и опустила взгляд на свои согнутые ноги, которые лежали на диване. Мне стало совсем жарко, и я едва могла дышать.

Никогда в жизни я не мечтала о том, чтобы меня поцеловали. Совершенно никогда. А теперь эта мысль просто распустилась во мне, словно цветок на солнце. Как такое только произошло? Откуда пришла такая мысль?

Я смущенно провела языком по губам, захлопнула книгу и опустила ноги на пол.

– Но вам лучше надеть обувь, – весело произнес мистер Рид и отошел от дивана.

Стыд по поводу замечания не помог вернуть лицу его естественный цвет. Я мысленно раздраженно фыркнула, потому что у этого мужчины получалось очень просто все время выводить меня из себя по пустякам.

Мистер Рид надел пиджак, и я быстро покинула комнату, чтобы надеть обувь. Библиотекарь в самом деле ждал меня в коридоре, прислонившись к стене, когда я закрыла за собой дверь.

Мы вместе спустились по ступенькам, и я пыталась ни при каких обстоятельствах не втянуть нижнюю губу между зубов от волнения.

– Как вам книга? – спросил мистер Рид. Он шел рядом со мной, держа руки в карманах своих темно-коричневых штанов, и посмотрел на меня. Его взгляд был непривычно мягким, а правая бровь приподнята: он был заинтересован.

Теплый вихрь закрутился у меня в животе, я просто таяла, когда Томас Рид смотрел на меня.

– На удивление хороша, – ответила я, и на моих губах заиграла улыбка, которую я не смогла контролировать.

– Прошла вечность с тех пор, когда я ее читал, – произнес мистер Рид, задумчиво покачав головой. – Но я помню об испанских розах, которыми он, казалось, был одержим.

– Я думаю, розы – это аллюзия, – заявила я поучительным тоном, и мистер Рид удивленно посмотрел на меня, что заставило меня рассмеяться.

– Ах, в самом деле? И на что? – изумленно поинтересовался он, когда мы дошли до конца лестницы.

– На любовную связь, мистер Рид, – весело дала я ему понять, и он, казалось, слегка запрокинул голову.

– О, – только произнес он и пропустил меня вперед.

Дверь в столовую была открыта, и я могла видеть, что сегодня здесь царило оживление. Но мы не дали сбить себя с толку и вошли в маленькую комнату. Скамейка в задней части все еще была свободна, и мистер Рид легко положил мне руку на спину, чтобы направить меня через комнату.

Мгновенно мне стало жарко, и я с трудом выдержала то, как сильно билось мое сердце о ребра. Если бы в комнате не было так много людей, которые создавали вполне весомый шумовой фон, мистер Рид наверняка тоже услышал бы это.

Он подтолкнул меня к одной стороне скамьи, и тут же этот жест заставил меня вспомнить о бале. О нашем танце, его руке на моей спине, его теле рядом с моим, моей руке в его. И словно я уже не была достаточно смущена неловким положением и хаосом своих чувств, румянец снова залил мои щеки, потому что желание физической близости прокралось в мои мысли.

Вот как это было с влюбленностью, и мне пришлось терпеть это, потому что это было ее частью. И как бы меня это ни смущало, в то же время это наполняло меня счастьем, которое нужно было испытать, чтобы понять.