Книжные хроники Анимант Крамб - Рина Лин - Страница 61

Я села на диван на некотором расстоянии от мистера Рида, взяла чайник с подноса и налила ему в чашку чай. Их опять было две.

Он взял чашку, понюхал травяной отвар и сморщил нос, что сделало его похожим на мальчика. Из-за того, что его рот скривился, на левой щеке образовалась ямочка.

– До дна, – потребовала я, пряча свою нервозность за строгостью, как я уже делала вчера вечером. Так, по крайней мере, я знала, как вести себя, не чувствуя себя скованно и неуверенно.

Мистер Рид поднес чашку к губам и одним движением опустошил ее, словно опрокинул в себя пиво из кружки.

Мистер Рид наверняка раньше пил пиво. До этого я редко имела с ним дело, так как пиво считалось напитком рабочего класса, и, учитывая мое положение в обществе, было неуместно пить что-то подобное.

Ко мне пришло осознание, что отец мистера Рида был мясником, и я попыталась представить, как выглядела его повседневная жизнь раньше. Мистер Рид, грязный мальчишка, гонял свиней по двору и ел на завтрак хлеб с колбасой и пиво.

Я могла представить это в своей голове, но эта картина не согласовывалась с сидящим передо мной мужчиной. Угловатые черты лица были слишком резкими, что считается невероятно красивым в глазах всего мира. Его глубокие и темные глаза, жаждущие знаний. Длинные пальцы словно созданы для перелистывания страниц, но при внимательном рассмотрении ладони были большими, как у рабочего. Я также знала, что он сильнее, чем казался.

Впрочем, если разобраться, я почти не знала этого мужчину.

Он поставил чашку на поднос, и я, к его неудовольствию, наполнила ее во второй раз.

– Сделаете мне одолжение? – спросил мистер Рид, разрушая тем самым тишину, которую сохраняло пространство между нами. С кислой миной он уставился на чашку, которую я ему протягивала. Я почувствовала, что это удобный случай немного утолить свое любопытство.

– Зависит от обстоятельств, – ответила я, не понимая, как такое могло случиться, что внешне я оставалась такой спокойной, хотя внутри у меня все перемешалось.

– Сделайте мне, пожалуйста, настоящий чай. Я не могу это пить, – почти умоляюще попросил он, не сводя с меня взгляд своих темных глаз. Что он увидел, посмотрев на меня?

Я поставила чашку со спокойным выражением лица, воспользовавшись возможностью не смотреть на мистера Рида, и собрала воедино свои мысли.

У меня в комнате был чай, и я была абсолютно уверена, что у мистера Рида он тоже имелся. Но я не должна была так просто это сделать.

– Как долго вы работаете библиотекарем, мистер Рид? – спросила я, и между его бровями образовалась резкая складка.

– Какое отношение это имеет к чаю? – тут же поинтересовался он, и я, пытаясь сохранить самообладание, посмотрела ему в лицо.

– Никакого, – призналась я, дернув правым плечом. – Но вы могли бы ответить на мои вопросы и получить за это чай. Или можете не отвечать, но тогда я заставлю вас выпить это, – довольно рассудительно ответила я, снова взяла чашку, которую только что поставила на поднос, и вызывающе сунула ее ему под нос.

Мистер Рид на мгновение шокированно застыл, а затем втянул воздух.

– И вы говорите, что это я отвратителен, – возмутился он с тем же угрюмым выражением лица, которое я столько раз видела у него, и немного спустился в кресле. – Я болен. Будьте снисходительны, – проворчал он, как маленький ребенок, и я чуть не рассмеялась.

– Я никогда такого не говорила, – защищаясь, произнесла я, на что мистер Рид многозначительно приподнял брови.

– Нет, говорили. Я точно помню, – заявил он, еще мгновение продержал оборону и затем громко вздохнул. – Три года.

– Что, простите? – переспросила я, потому что моя голова все еще была занята подыскиванием воспоминания о том, когда я назвала мистера Рида отвратительным.

– Я работаю библиотекарем около трех лет, – повторил он, и я кивнула.

– Конечно, мне следовало догадаться.

– Неужели? Каким образом? – удивленно спросил он, глядя мне вслед, когда я поднялась с дивана.

– След запустения выдает вас, – улыбаясь, заявила я, думая о документах в библиотеке, которые до трех лет назад собирались безупречно, затем небрежно дополнялись примерно в течение полугода и, в конце концов, перестали пополняться вовсе.

Я вышла из квартиры, чтобы взять котелок и наполнить его в ванной водой. Я оставила дверь приоткрытой, чтобы не заставлять мистера Рида двигаться дальше, чем ему было нужно.

Чай и чайник были у меня в комнате.

Когда я поставила котел на плиту печи, у меня на языке уже вертелся второй вопрос, а животом я ощущала волнение.

– Чем вы занимались до того, как стали библиотекарем? – поинтересовалась я, посмотрев на мистера Рида, который не сдвинулся с кресла.

– Вы серьезно намерены расспрашивать меня? – задал он встречный вопрос, на что я пожала плечами.

Я не знала, насколько серьезны мои намерения. Я воспользовалась представившейся мне возможностью, но принуждать его к этому я, естественно, не собиралась.

– Только немного, – ответила я, сделав невинное выражение лица.

Мистер Рид подпер подбородок рукой и так прикрыл рот пальцами, чтобы я не увидела улыбку, которая только проскользнула по губам. Однако глаза его выдавали.

Я открыла пачку «Эрл Грея», которую принесла с собой, и вдохнула аромат бергамота.

Чувство покоя охватило меня. Возможно, дело было в таком знакомом запахе чая или в огне в печи, который согревал комнату. Или же в мистере Риде. И я не могла объяснить себе почему.

– У меня была ваша работа. Так же, три года, – вдруг произнес мистер Рид, и мне потребовалось мгновение, чтобы понять, что он действительно ответил на мой вопрос.

– Вы были помощником библиотекаря? – удивленно воскликнула я, на что мистер Рид только кивнул. Я остановилась, чтобы насыпать чай в ситечко маленького чайника, и попыталась сосчитать в уме время. Вместе с учебой все это должно было занять около десяти лет.

Я посмотрела на мистера Рида, не в первый раз заинтересовавшись, сколько этому мужчине на самом деле лет, а потом сняла с печки чайник, когда тот начал тихо свистеть.

Мистер Рид медленно наклонился вперед и взял книгу, лежавшую перед ним на столе. Его движения были усталыми, тело обессиленным, и, хотя он старался произвести нормальное впечатление, по нему было видно, насколько он болен. Я налила чай и вернулась с чайником к дивану, на который снова села.

– Сколько вам лет, мистер Рид? – спросила я о том, что заботило меня, потому что вряд ли у меня появится еще безопасная возможность задать этот вопрос так легко.

Чтобы лишний раз не смотреть ему в глаза, я взяла чайник и налила немного чая во вторую чашку на подносе. Мои руки слегка дрожали.

– Мне двадцать семь. А вам? – Мистер Рид захлопнул книгу, положил ее себе на ногу и позволил мне протянуть ему чашку.

Часть моего разума уже отняла от его возраста десять лет, удивляясь, что ему пришлось учиться в семнадцать лет. Но другая, бо́льшая часть моего внимания была посвящена вопросу, который задал мне мистер Рид.

– Девятнадцать, – ответила я, и впервые в жизни мне стало стыдно за свой возраст. С одной стороны, я была уже слишком стара, и при этом мне нечего было предъявить, в отличие от него, который в этом возрасте уже учился. С другой, потому что я была еще так молода и все-таки считала себя достойным собеседником.

Восемь лет разделяли нас, что в обществе нашего времени считалось ничтожно малым, если не идеальным для связи. Однако здесь и сейчас я чувствовала, что мы словно из разных миров.

Мистер Рид вопросительно и вызывающе приподнял бровь, но при этом промолчал. Мне хотелось, чтобы он что-то сказал, просто чтобы у меня не было неопределенности по поводу его мыслей.

Тишина продолжалась. Мистер Рид поднес чашку к губам, закрыл глаза и явно наслаждался этим первым глотком. Словно он весь день не мечтал ни о чем другом.

Я попыталась не смотреть на него слишком явно, ища глазами что-нибудь, что могло бы отвлечь мои мысли.