Книжные хроники Анимант Крамб - Рина Лин - Страница 15

– Кроме того, вы так сцепились друг с другом, потому что во многом похожи, – неожиданно заявил Генри, и я подавилась.

– Что, прости?! – резко прошипела я, чуть не выронив торт изо рта. – Совершенно не похожи. Ты не слышал, что я говорила? Он наглый, нахальный и без намека на вежливость, – проглотив, возмущенно ответила я, на что Генри улыбнулся. Вместо ответа он многозначительно поднял бровь. – Я не наглая и нахальная, – отрезала я. Генри молча начал есть, чем разозлил меня еще больше.

– Мама говорит другое, – ответил он, и я услышала в его голосе едва скрываемое веселье, которое меня раздражало.

Но он опять был прав. Мама постоянно жаловалась, что я не могу держать рот закрытым в нужный момент, и всегда знаю все лучше всех.

– Но я вежлива. – Я попыталась оправдаться. Генри кивнул.

– Ладно. Ты хочешь сказать, что скрываешь свою грубость лучше, чем он, – весело прокомментировал он, и я рассерженно уставилась на него. То, что я услышала это от собственного брата, задело меня сильнее, чем хотелось бы, и я не знала, смогу ли смириться с тем, что и в этом он был прав.

Глава шестая, в которой я нашла единомышленника

Я стояла возле тихо потрескивающего камина. В одной руке я держала стакан с содовой, в другой – небольшой сэндвич с паштетом и с раздражением смотрела на большой салон, полный незнакомых людей.

На самом деле я совершенно не хотела находиться здесь, да и обещанная музыка тоже не играла.

После того как Генри проводил меня обратно до библиотеки и на прощание так крепко прижал к себе, что мне стало тяжело дышать, я снова скрылась в каморке, чтобы продолжить с того места, где остановилась.

Хотя после нашего разговора ситуация сильно не изменилась, мне стало легче работать.

Я провела кончиками пальцев по кожаному переплету толстой книги, которую вытащила из папиросной обертки. Свежие чернила ударили в нос, я видела танцующую в воздухе пыль, исходящую от разрезанной бумаги, и наслаждалась солнечными лучами, проникающими через окно, придавая всей ситуации ностальгический оттенок. Я замедлялась, когда я непросто работала, а наслаждалась книгами, но в этот момент это было неважным.

Я приняла слова Генри близко к сердцу и медленно приступила к работе. Это был мой второй день, и сегодня вечером, как и во все последующие дни, я не хотела измотанно брести домой, как вчера. Меня привезли сюда, полагая, что я буду работать в библиотеке, а не стану рабыней сумасшедшего библиотекаря. Я не хочу, чтобы второе оказалось верным. Я буду делать все, что в моих силах, не позволю выводить себя из равновесия и, в конце концов, докажу тем самым, что я полноценный взрослый человек.

Что он может сделать, кроме как продолжать осыпать меня высокомерными взглядами и грубыми комментариями? Выгнать меня он не мог. По крайней мере, не в течение следующего месяца, об этом дядя Альфред позаботился.

Вместе с тем за следующие несколько часов я сделала больше, чем ожидала. Перед тем как уйти, я рассортировала книги по порядку, чтобы завтра быстрее их найти. Затем я закрыла чернильницу, смахнула пыль с темной ткани юбки и вышла из комнаты опрятнее, чем была до этого.

Я обнаружила мистера Рида сидящим в большом круглом читальном зале. Он тихо разговаривал с человеком в пальто и шляпе, который через несколько мгновений попрощался. Я воспользовалась возможностью еще раз показать библиотекарю, что я не сбежала раньше и ухожу вовремя.

– Мисс Крамб, – произнес он, когда увидел, что я шла к нему. Он выглядел недовольным. Брови его были мрачно сведены, лоб покрыт злобными морщинами. И хотя я видела, что он старался сохранять спокойное выражение лица, ему это едва удалось.

– Мистер Рид, – ответила я, невольно задумавшись, что я сделала, как он вдруг фыркнул, снял очки и потер двумя пальцами переносицу.

– Простите мою вспыльчивость. Это джентльмен раздражает меня, – откровенно признался он и снова надел очки. – Чем могу помочь? – вздохнув, спросил он и даже выдавил из себя улыбку.

Я не знала, что и думать, он вдруг начал проявлять ко мне какую-то любезность. Или это был обманный ход, чтобы затем снова меня оскорбить, или он действительно успокоился и на самом деле стал более вежливым?

Не думаю, что эти изменения произошли из-за того, что я упрекнула его в плохих манерах. Возможно, дело в джентльмене, который только что ушел и который так сильно действовал на нервы мистеру Риду, что теперь я казалась для него меньшим из двух зол.

– Я только хотела сказать, что ухожу, – сказала я тихим и мягким, насколько это возможно, голосом. Я не знала, почему, но по какой-то причине мне не хотелось провоцировать его еще больше.

Мистер Рид удивленно посмотрел на меня, а затем на часы, висевшие в вестибюле.

Мой взгляд проследовал за ним. Было уже двенадцать минут пятого.

– Ох, уже так поздно. Хорошо, эм… ладно, – несколько рассеянно отозвался он, проверяя карманы пиджака, словно что-то искал, но в итоге только опустил руки и покачал головой.

Этот человек в пальто и шляпе, похоже, серьезно задел его, и теперь он был несобранным.

– Еще одна просьба. – Я снова привлекла его внимание, и он посмотрел на меня сквозь стекла очков, которые делали его глаза немного больше, чем они были на самом деле. – Завтра вы покажете мне вашу поисковую машину? Потому что я не до конца понимаю, что делать с ключевыми словами, – сказала я, и он кивнул.

– Завтра? – повторил он, словно ему казалось совершенно немыслимым, что я действительно снова приду завтра.

– Да, завтра, – подтвердила я и сделала небольшой реверанс. – Хорошего вечера.

– Хорошего вечера, мисс Крамб, – с недоумением пожелал он, и я ушла с улыбкой на лице. В этот раз я победила.

Вернувшись домой, я точно знала, как проведу этот вечер. В своем кресле с книгой.

Голова хотела отвлечься, душа требовала хорошей истории, а тело – изношенных пружин кресла, стоящего в гостиной, с ним даже тетя Лиллиан смирилась.

Но у моей тети уже были другие планы. Она принесла мне поздний чай и немного выпечки только для того, чтобы рассказать мне о небольшом званом вечере, на который ее пригласили сегодня утром, когда она встретила старую подругу в городе.

– Она даже не знала, что я живу здесь. Представляешь? Мы так давно не виделись, – рассказывала она мне со смехом в голосе и мечтательным видом. – Ты пойдешь со мной, Ани, или нет? – вдруг спросила она, и я чуть не поперхнулась чаем. Я откашлялась, чтобы скрыть удивление.

– Я не думаю, что после такого длинного дня мне стоит еще выходить в свет.

– Вздор, – взмахнула руками тетя. – Это небольшое мероприятие. Немного еды, посиделок и фортепиано, – попыталась соблазнить меня она, смотря при этом умоляюще. – Пожалуйста, Ани. Альфред извинялся, что должен задержаться на еще один день, и я ни в коем разе не хочу появляться там одна, – умоляла она, и я тихо вздохнула.

Возможно, я бы не сделала такого одолжения своей матери. Но с тетей Лиллиан я быстро согласилась. Во-первых, потому, что она отлично владела умоляющим взглядом, во-вторых, потому, что я чувствовала себя виноватой перед ней за то, что мне разрешили жить в ее доме, и, в-третьих, потому, что я действительно очень любила фортепианную музыку.

Моя собственная игра была от посредственной до ужасной, вероятно, потому, что я больше читала о пианино, чем играла на нем, но для меня не было ничего более приятного, чем слушать хорошее произведение, погружаясь в мир книги.

Возможно, тетя была права, людей будет совсем немного, все сядут у камина и начнут рассказывать истории, попивая послеобеденный чай, пока одна из дам – демонстрировать искусство владения клавишами. И при этом я могла бы немного почитать. Какая разница, делать это здесь или там.

– Ладно, – согласилась я, и лицо тети засияло.

– Спасибо, Ани! – радостно воскликнула она, поднимаясь со стула, и лукаво усмехнулась. – Я уже даже приготовила для тебя платье, – сообщила она мне, а потом поспешила выйти из комнаты.