Системный Кузнец. Трилогия (СИ) - Мечников Ярослав - Страница 146

Успел заметить, как Свен, поняв, что топор застрял, начал отпускать древко. Его корпус уже разворачивался – попытка подставить плечо и защитить горло от летящей на него смерти. Следующий шаг, который он сделает, – выставит руки перед собой. И существо тут же сомкнёт жвалы, раздробив кисти.

Я дёрнулся так резко, как никогда в жизни. Огненная Ци, почувствовав безмолвный приказ, взорвалась, хлынув из «внутреннего горна» по всем каналам одновременно.

Горячая энергия, как разряд молнии, ударила в ступни, впиваясь в землю – тело сорвалось с места. Уже в движении понял: топор – лишнее. Слишком медленный и тяжёлый.

Отпустил его.

Боевой топор выскользнул из пальцев.

– А‑АРГХ!

С рёвом, бросился на падальщика.

Видел, как руки озарились оранжевой вспышкой. Ноги дали ускорение – внутри взорвался термоядерный реактор.

Буквально за долю секунды до того, как жвалы твари сомкнулись бы на руках Свена, в падении, пылающими пальцами вцепился в скользкие ножки и с силой рванул в сторону и на себя.

Раздался пронзительный визг. Тварь в полёте дёрнулась, челюсти сомкнулись воздухе, едва не задев плечо плотника. Отлетев на несколько метров в сторону, кубарем покатилась по заснеженной улице. Снег налип на чёрный панцирь. Тварь с треском врезалась в соседский забор, который тут же покосился.

А я, по инерции, пролетел ещё с метр и рухнул спиной прямо на мокрую землю. Прокувыркавшись несколько раз, с силой ударился головой обо что‑то твёрдое.

– А‑а‑ах… – из лёгких с болью вырвался воздух. Дыхание перехватило. Раскалённые руки упали на снег, и тот с шипением растаял, оставляя два тёмных пятна на белом покрове.

– Ах ты, тварь! – услышал яростный рёв Свена.

С трудом подняв голову, увидел, как плотник с остервенением добивает топором недобитого падальщика.

Хрясь!

Раздался ломающий звук, который показался до жути приятным.

Бросил взгляд туда, где двое других тварей дожирали бедолагу‑пса за сухими кустарниками. Ветки зашевелились – оттуда раздался голодный визг.

– СВЕН! – вырвалось громко. Голос охрип.

Мужик бросил на меня взгляд, и я кивнул в сторону забора, через который уже перелезали две чёрные твари.

– Вот же… – прорычал он, перехватывая топор поудобнее и готовясь встретить новую атаку.

Я, опираясь на руки, с усилием поднялся. Поставил колено на холодную землю, нащупал рану на затылке. Пальцы стали липкими от крови. Не понял, обо что ударился, да сейчас и неважно. Превозмогая боль, резко поднялся на ноги.

Побежал к мужику, на которого уже мчались мерзкие существа.

Они двигались не так, как раньше – приподнялись на задних лапках, выпрямились, и теперь были похожи на бронированных гусениц, вставших по весь рост. Первый раз видел существ в таком положении. Обнажили самое уязвимое место – незащищённую плоть брюха.

Падальщики мчались, щёлкая зазубренными жвалами. Щёлк. Щёлк. Звук, от которого кровь стыла в жилах.

За несколько секунд добежал до Свена, вставая с ним плечом к плечу.

– ОРУЖИЕ! – проорал в ухо рыжий, не сводя глаз с несущихся тварей.

Видимо, намекал на то, что я бросился на подмогу с голыми руками, оставив боевой топор валяться в грязи. Но я бы просто не успел его поднять.

Покрепче сжал кулаки, инстинктивно принимая боевую стойку – передняя нога полусогнута, задняя вытянута назад. Кулаки обдало огненным жаром.

Секунда. Ещё одна. И вот, прямо перед тем как напасть, твари совершили странное движение. Вытянулись вверх во весь рост, а затем резко, как складные ножи, рухнули на землю, полностью скрыв мягкое брюхо под хитиновыми панцирями. И в таком положении, устремились к ногам.

– ВБОК! – заорал, что было силы, надеясь, что Свен поймёт.

Это был первый тактический манёвр, который видел у этих существ. Если бы Свен ударил по панцирям, не причинил бы вреда. А вот его ногам точно пришёл бы конец.

Сделал резкий прыжок влево, снова перекатываясь через голову по снегу. Тут же сгруппировался, бросив взгляд на то место, где стоял мужчина.

Сердце замерло в ожидании худшего. Но плотник услышал.

Лежал на земле, выставив перед собой топор, и быстрыми перекатами на спине пытался отползти в сторону. Успел! Отпрыгнул!

Одна из тварей, замешкавшись, извернулась и поползла к нему. Вторая же, низко припав к земле двинулась в мою сторону. Панцирь надёжно скрывал уязвимые места, а я, чёрт возьми, был безоружен.

Но видел топор. Тот лежал в метрах семи, тёмным пятном выделяясь на снегу.

Порыв ветра, как назло, ударил в лицо, и крупные хлопья ослепили. Но я уже знал, что делать.

Не поднимаясь во весь рост, бросился вперёд, навстречу падальщику. В последний момент подпрыгнул, оттолкнувшись от округлого панциря, как от трамплина, и, перелетев, приземлился там, где лежал боевой топор. Одним движением схватил топорище.

Вторая тварь уже была рядом со Свеном – готовясь к прыжку. А мужик, лёжа на снегу, неуклюже замахивался, пытаясь встретить её.

Но я набрал такую взрывную скорость, что её хватило.

В тот самый момент, когда рыжий собирался нанести удар, я, подлетев сбоку, со всей силы вонзил топор прямо в боковину твари, целясь под край панциря, в незащищённую плоть.

Раздался хлюпающий звук. Существо, пронзённое остриём, дико закрутилось, извиваясь на месте, как червяк, которому оторвали половину тела. Мужик, уже поднявшись на ноги, с рёвом врезал ей сверху тяжёлым топором прямо по панцирю. Раздался глухой треск, и тварь умолкла. По всей видимости, урон, который нанёс я, был смертельным.

Я, не теряя ни секунды, развернулся к той, которую перепрыгнул. Она как раз извернулась и, сориентировавшись, готовилась броситься в атаку – не дал ей шанса. Занёс топор высоко над головой и, вложив в удар всё, опустил точно в то место, где хитиновая броня морды переходила в панцирь туловища.

Топор вошёл в плоть, как раскалённый нож в масло.

Уши оглушил ультразвуковой визг, от которого, зазвенело в мозгу. Тварь скрутилась в предсмертной агонии, а затем обмякла и затихла навсегда.

Стало тихо.

Только там, выше по склону, метрах в пятидесяти, был слышен шум битвы – глухие удары, скрежет металла о хитин и крики. Ополченцы сражались.

– Так! Держать строй! Не разбегаться! – доносился сквозь метель хриплый голос Хенрика.

Где‑то снизу, у ворот, тоже кричали. Женских воплей уже не было, только звериный ор мужчин, сменяющиеся вскриками боли.

Бросил взгляд на Свена. Мужик глядел на меня из‑под густых бровей – взгляд был затуманен адреналином и шоком от только что пережитой битвы. Лицо забрызгано липкой жижей из тел существ, борода – вся в снегу и в чём‑то тёмном.

– Должен тебе, кузнец, – сказал мужчина просто, выдыхая облако пара.

У меня перехватило дыхание.

Молча кивнул ему. Свен повернул голову в сторону холма, и я подумал о том же. Отдыхать нельзя – нужно двигаться.

И, не раздумывая больше, бросился вперёд, к своим. Мужик рванул следом.

После схватки почувствовал, что силы на исходе. Бежать вверх было уже гораздо сложнее. Скорость не приходила сама собой – приходилось прикладывать усилия, выталкивая себя вперёд. Из лёгких вырывалась рваная одышка.

Добежали до площади – там, в снежной пелене, виднелись силуэты мужчин. Ополченцы выстроились в один ряд. Где‑то сзади, с крыльца дома старосты, летели стрелы, но они безуспешно отскакивали от хитиновых панцирей. К тому же пурга делала свое дело, замеляя и сбивая прицел лучникам.

Самих тварей было около сотни, но действовали те не хаотично. Больше не бросались в лобовую атаку, а скользили по площади на быстрых лапках, останавливались, издавали режущий уши визг, а затем делали молниеносное ускорение, пытаясь вклиниться в уязвимые места строя. Там, где кому‑то из падальщиков удавалось свалить ополченца, тут же образовывалась прореха, и сразу несколько тварей, как акулы на кровь, бросались именно в это место.

Но мужчины тоже были не лыком шиты – с криком, сдвигались, закрывая пустое место, подставляя плечо товарищу.