Магические будни хомяка (СИ) - Касперович Алла Леонидовна - Страница 26

— Просыпайся, твою налево! Щас всё интересное пропустишь! С кем я потом это обсуждать буду?

— Что? — так же тихо спросила Ира.

— О! Проснулась! Супер! — обрадовался хомяк, но всё ещё дубасил её по лицу. Пришлось спихнуть агрессора на подушку. Тот даже ничуть не обиделся. Видимо, происходило и вправду что-то из ряда вон. — Ты тока глянь, чё творит!

— Кто? — Ира решительно никого, кроме хомяка, не видела.

— Да не ори ты! Спугнёшь! Да не туда ты смотришь! На окно смотри! — Феликс так перевозбудился, что беспрерывно прыгал по одеялу. Снаружи прямо на панорамном окне висела верёвочная лестница. — А теперь в сад смотри! Туда! Вон там! За кустами!

— Что там? — Ира старательно всматривалась, но даже кусты толком разглядеть не могла, ночь выдалась не особо звёздная.

— Ты чё? Серьёзно не видишь? Да вон же!

Интересно, а все хомяки так великолепно видят или это тоже подарок Ирдиса? Жаль, что «загуглить» осталось в прошлом.

— Серьёзно не вижу.

— Вот же… Эй! Ты куда! Спугнёшь же!

Но Ира только отмахнулась от него. Она очень осторожно сползла с постели и на четвереньках двинулась к окну, чтобы из-за шторки поглядеть, что же там, а точнее, кого там увидел Феликс. А по другую сторону стекла тоже проявляли предельную осторожность. Этот кто-то, отлепившись от кустов, точно так же встал на четвереньки, а затем и вовсе растянулся на траве и по-пластунски пополз к дому. Ира замерла и даже, казалось, не дышала. Конечно же, ей было до жути любопытно, но очень жалкий, почти неслышимый голос разума попискивал, что это может быть кто-то нехороший, а то и вовсе опасный.

Позвать Руперта? Но зачем будить человека? Пусть себе спит спокойно. В смысле, отдыхает.

«Ну, сама смотри!» — буркнул разум и затих окончательно.

А человек тем временем добрался до окна и вцепился ладошкой в верёвку. Ира смотрела почти не моргая, Феликс, перебравшийся к ней на голову и вцепившись для надёжности в волосы, тоже не спускал с неизвестного глаз. А тот, подтянувшись, начал потихоньку подниматься, и совсем скоро наблюдатели-полуночники увидели его лицо. И он, а точнее, она тоже прекрасно их разглядела.

— А!!! — заорала Изабела.

— А!!! — вторил ей Феликс.

— Больно, блин! — вскрикнула Ира. От избытка эмоций хомяк выдернул ей несколько волосков.

И только появившийся из ниоткуда Руперт заставил всех замолчать. Полуголый и с длинными волосами, в ночи напоминавшими лунный свет, он словно с картины сошёл.

«Хорош чертяка!» — промелькнуло у Иры в голове.

Что подумали остальные, так и осталось неизвестным.

Глава 24

— Если вы продолжите кричать, проснётся весь дом, а значит, и леди Анна, — совершенно спокойно заметил Руперт.

Изабелла вряд ли его расслышала, но всё равно поняла, а потому закрыла рот и кивнула. Феликс перебрался Ире на плечо, а сама она выпрямилась, но сделала это очень медленно — не смогла себе отказать в удовольствии хорошенько рассмотреть привлекательный торс. Очень привлекательный торс, надо признать. У Иры Васнецовой давно никого не было… Она тряхнула головой, отгоняя непрошенные мысли — воображение не на шутку разыгралось, — и едва не снесла волосами хомяка.

— Уоу, уоу, уоу! Полегче! — возмутился он.

Дворецкий, убедившись, что никто больше не собирается поднимать шум, потянулся к медальону, чтобы при помощи него из портала достать хотя бы рубашку — всё-таки неприлично стоять перед леди в одних лишь брюках, но вспомнил, что оставил его около кровати. Обычно Руперт не допускал таких промахов, но в последние дни он был сам на себя не похож — леди Ирен действовала на него странным образом. И вовсе не странным, если уж начистоту, он прекрасно понимал и причины, и свою реакцию, но также и знал, что не должен себе ничего подобного позволять.

Пока Ира и Руперт смотрели друг на друга, и у обоих колотились сердца, и перехватывало дыхание, Изабелла очухалась от потрясения и довольно ловко начала карабкаться по верёвочной лестнице. Феликса подобный исход нисколько не устраивал.

— Держите её! — воскликнул хомяк, но не очень громко.

Ира тут же подорвалась, чуть не сбросив мохнатого наездника, но тот уже опытный — удержался. Вместе они выскочили на улицу, и Ира как раз успела схватить старшую сестрёнку за лодыжку. Изабелла зашипела, но тоже тихо — понимала, чем рискует.

— Слезай, — велела ей Ира.

— Отцепись! — старшенькая болтала ногой, туфелька улетела на землю, но младшенькая за предыдущие двадцать два года в каких только переделках не побывала, а потому добычу держала крепко. — Отцепись!

— Нет уж! — В Ире проснулся азарт. — Слезай, поговорим!

— Не хочу я с тобой разговаривать! Отпусти!

— Не, Ир, ты слышала? — бухтел Феликс. — Она тут, понимаете ли, под нашими окнами ползает, спать не даёт, а мы — отпусти?

Изабелла попыталась подтянуться, но силы явно были не равны. Что уж поделать, раз, пока старшенькая училась этикету и танцам, младшенькая бегала по заброшенным многоэтажкам, гаражам, один раз спускалась в канализацию, прекрасно лазала по деревьям и обладала великолепной выносливостью. Соцработникам в небольшом городке с ещё более небольшой зарплатой приходилось очень много ходить пешком, а то и бегать. К тому же Ира, несмотря на худобу и кажущуюся хрупкость, заваливала долговязого Жору на лопатки на раз два. Хороший соцработник должен уметь за себя постоять, и Ира очень ответственно подошла к занятиям по самообороне.

— Не-а, — хмыкнула она. — Сначала мы поговорим.

— Леди и… Феликс, — заговорил Руперт, всё это время стоявший неподалёку в саду и наблюдавший за довольно уморительной картиной. Впрочем, ему было совсем не до смеха — следил за тем, чтобы никто не пострадал, — не хочу никого пугать, но в покоях леди Анны горит свет.

— О нет! — Изабелла прикрыла рот ладошкой, другой же она по-прежнему крепко цеплялась за верёвку.

Ира и Феликс выразились по-другому, причём одинаково, но, к счастью, их никто не понял.

— Ты это… Лучше слезай, — в голосе хомяка появились демонические нотки, — а то я щас как сам к тебе поднимусь!..

Только чудом Изабелла не завизжала.

— Хорошо, хорошо! — наконец согласилась она. — Сейчас спущусь. Только отцепитесь!

— Обманешь — я орать начну, — предупредила её Ира.

— Да не обману я! Отпускай.

Феликс не был уверен, что этой дамочке можно доверять, поэтому на всякий случай наметил себе путь наверх. Однако та и вправду не соврала. Когда Ира отошла, она, продолжая тихонько ворчать, слезла на землю, надела потерянную туфельку и повернулась к сестре.

— Вот и зачем ты это сделала?

— Встречный вопрос! — Ира смотрела на неё с нескрываемым любопытством.

Феликс тоже собирался что-то спросить, но его опередил Руперт, ставший у двери, он приглашал полуночников в дом.

— Леди и Феликс, прошу вас продолжить разговор в помещении.

Первой, гордо задрав нос, вошла Изабелла, а за ней, беззвучно хихикая, проследовала и её сестра. Около дворецкого Ира на несколько секунд остановилась и, не удержавшись, шепнула ему:

— Шикарное тело!

— А я всё слышал! — сказал Феликс, когда они оказались в спальне.

— А я и не сомневалась, — усмехнулась Ира.

Руперт же, совершенно не привыкший ни к каким комплиментам ему в лицо, и уж в особенности насчёт его фигуры, почувствовал, как у него начали гореть уши. Повезло ещё, что в темноте их новый цвет не было возможности разглядеть.

Изабелла тем временем совсем по-хозяйски уселась в кресло, царственно выпрямив спину, отчего стала напоминать леди Анну. Возможно, именно такого эффекта она и добивалась. Ира же без заморочек забралась в соседнее кресло прямо с ногами и положила на широкий подлокотник подушечку, на которую мгновенно переместился хомяк. Дворецкий же встал за своей леди, чувствуя себя не полуголым, а абсолютно голым. По-хорошему стоило вернуться к себе и одеться, но он опался оставлять обеих леди наедине. С ними, вообще-то, ещё был Феликс, но это как раз нисколько не успокаивало. Поэтому Руперту, казалось бы, совершенно лишённому смущения — как же наивен он был! — приходилось мириться с пылающими ушами, благо их скрывали волосы.