Магические будни интровертки (СИ) - Касперович Алла Леонидовна - Страница 31

Арина из того же мира, что и я, но нас разделяли поколения. И ведь даже не в этом дело. Здесь уж вопрос ко мне самой, потому что мама пыталась научить меня домашним премудростям, но я даже в детстве увиливала от них, как могла, искренне не понимая, зачем мне всё это надо. Одежды и обуви кругом полно, в магазинах куча еды, которую уже кто-то приготовил за тебя, а к рукоделию меня и вовсе не тянуло. Книги и фильмы – вот оно, моё хобби. Зачем проживать свою жизнь, если чужая интереснее?

А сейчас я жалела, что не переняла материнскую науку. Я же видела, как мама расстраивается, но не могла себя заставить пройти школу домохозяйки. Ну, не видела я в этом смысла! Зато теперь мне навыки ведения хозяйства ох как пригодились бы.

– Ничего, девочка, – вздохнула Арина, – сдюжим.

И я ей поверила. Да, она пыталась занять моё место, да, едва не погубила! Но отчего-то не видела я в ней злодейку. Уж не знаю, потому ли, что мы с ней землячки, или потому, что никто, кроме неё, не может обучить меня травничеству, но я ей на самом деле поверила. Ну и ещё, возможно, потому, что Василиса сказала, что Арина мне теперь при всём желании навредить не сможет.

Свой трудовой день я начала с небольшой уборки: полы подмела – спальню оставила на другой день, так кот спал, – и вытрясла половики. Затем под шефством Арины напекла горку блинов – вторую выбросила, потому что получились скомканные горелики, накрыла на стол, в самую середину поставила блюдо со сметаной и пригласила Боюна к завтраку.

– Арина тобой завладела! – ужаснулся кот.

– Нет, – расхохоталась я. – Сама готовила!

Потом я полила грядки, перебрала сухие травы и рассортировала их так, как велела моя наставница. Ближе к полудню, как и обещала, я засобиралась в гости. Оба волшебных кувшина я наполнила квасом, потому что Василисе он очень нравился.

– Пойдёшь со мной? – предложила я Боюну.

– Не сегодня, – привычно отказался он.

Пожав плечами, я положила куклу в рюкзак, поудобнее перехватила кувшины и отправилась в лес. По дороге мне надоело молчать, и я задала давно интересующий меня вопрос:

– Слушай, а что у вас там за история с Тором произошла? – спросила я у своей предшественницы. – Я как сюда попала, он меня сразу невзлюбил, а я ведь ему даже сделать ничего не успела.

Ответом мне стало молчание, и я уже не надеялась, что наконец узнаю, в чём причина того, что меня приняли не просто холодно, а, так сказать, льдинками наголо́. Однако Арина передумала и пробубнила:

– Глупо вышло. Не знаю, заметила ли ты, но Тор у нас мужчина завидный, и дышала я к нему неровно…

Не заметила? Да как тут не заметить, если она и меня пыталась заставить… Кхм, ладно, не будем сейчас об этом.

– … да и сейчас заглядываюсь, что уж тут таить. Тела у меня человеческого нет, а всё равно к нему так и манит. Я уж и отворотное себе готовила – бесполезно. Так мне от него голову снесло, что я себя помнить перестала. А он ни в какую. Говорит, не нравлюсь я ему. Приворотным я его, кстати, тоже поила. Не действует на него. То ли сам непрошибаемый, то ли магия Василискина. А тут года три назад прибегает он ко мне, говорит, мол, дочке плохо, жар у неё, спасай, Арина, не дай девочке умереть. А я возьми и скажи, мол, будешь моим прямо сейчас – спасу твою девочку. Он ощетинился, сказал, что торопиться надо. А я на своём стою – сейчас давай. Обругал меня по-всякому, а потом затих весь и стал одежду с себя сбрасывать. Я аж обомлела. Красивый такой… Да вижу, что интереса у него никакого ко мне нет. Ну, ты понимаешь. Я так разозлилась, что выгнала его и сказала, что не буду никого спасать! Он и ушёл.

– И ты не помогла Василисе? – ахнула я.

– Не успела, – пробурчала кукла. – Я минут десять выждала, думала, что вернётся, а он в лес побежал. Я за ним следом, травки свои прихватила, да он шустрей меня намного. Когда я к Василиске добралась, та уже в порядке была, жар спал. А Тор злопамятный оказался. С тех пор и не обращался ко мне, на Совете только и разговаривали. В деревне увидит, так голову отвернёт и другой дорогой пойдёт. Я к нему и так, и эдак, а он ни в какую. Уж и виноватилась я, и к Василиске подлизаться пыталась, так эта змеища… В общем, не по нраву я ей.

– Любишь его? – тихонько поинтересовалась я.

– Не-а, – хмыкнула кукла, да как-то невесело. – Была у меня любовь, да давно померла. Ещё там, в другом мире. А здесь мне и не надобно ничего такого было. Я и о мужской ласке не помышляла, пока Тор не объявился. Вот понимала же, что не надо к нему лезть, а всё сдержаться не могла. Так лезла, что от себя навсегда отвадила. Думала, в твоём теле смогу, а он и тут не поддался.

Да… Это как же у Травницы ум-то от страсти помутился!

– А я-то здесь причём? Он-то с самого начала волком на меня смотрел.

– Ну… – замялась Арина. – Я с дуру ляпнула, что Травницы все такие. А он ещё, наверняка, и меня в тебе увидал – я ж… ну, ты сама понимаешь. Мои черты в тебе проявлялись.

Понятно. Без вины виноватая.

В раздумьях я переступила границу леса, и до меня сразу же донёсся запах свежего хлеба, хоть до дома Тора и Василисы было ещё далеко. Кажется, мне дали понять, что меня очень ждут.

– Чудеса… – пробормотала Арина.

И я была с ней полностью согласна.

Глава 21

Дорожка сама для меня открывалась: расступались деревья, кусты и даже муравейник сдвинулся, чтобы обеспечить мне короткий путь к дому хранительницы леса. Здесь не чувствовалась жара, подгонявшая меня поскорее спрятаться в тени, солнышко несмело выгладывало из-за крон деревьев, ветерок лениво гулял среди листвы. Хлебные ароматы смешались с лесными, и я шла, как мышь на сыр.

– Меня тут ни разу так не привечали, – ворчала Ариана.

– Сама виновата.

– И то верно.

Я прошла ещё немного и вновь заговорила:

– Арина?

– Мм?

– Тут комары водятся?

Вопрос этот меня довольно сильно волновал, потому что по непонятной причине этим кровососущим тварям я очень нравилась. Уж не знаю, что там с моей кровью, но они обычно предпочитали именно меня, даже если рядом ещё находилось несколько человек. Вот почему вылазки с папой по грибы и на рыбалку никогда не приносили мне удовольствия. Репелленты работали максимум пятнадцать минут, а потом всё – я не спряталась, они не виноваты.

– Водятся. Но хранителей они не трогают.

Мне нравится это мир!

Совсем скоро показался гостеприимный дом, а вместе с ним – и его хозяева. Василиса заметила меня первой и, раскинув ручки в стороны, бросилась ко мне навстречу, заливисто при этом хохоча. Я испугалась, как бы не пострадали кувшины, а потому поспешила поставить их на землю. Успела я вовремя и спустя миг подхватила рыжую егозу под мышки, подняла над собой и закружила её, вызвав в девочке такой восторг, что она начала повизгивать, не переставая смеяться.

– У-укачивает… – пыталась возмущаться Арина в моём рюкзаке, но мы её не слушали.

Мы остановились как раз тогда, когда к нам подошёл Тор. На его лице я разглядела улыбку, которую прежде у него не видела.

– Обед готов, – сообщил он и попытался отодрать от меня дочь, но та будто прилипла ко мне.

– Я с тётенькой Настей пойду! – сообщила она и ещё крепче прижалась ко мне.

Настала моя очередь смеяться, потому что теперь бравый викинг выглядел слегка растерянным.

– Возьми квас, – сказала я ему, кивнула на кувшины и, мысленно себя пнув, добавила: – пожалуйста.

К столу мы со змейкой пошли в обнимку, а за нами плёлся – по-другому и не скажешь, – хозяин дома. Стол накрыли на улице, чему я немало обрадовалась – так здесь было хорошо и привольно. К тому же комары и носа – или хобота – что там у них? – не казали.

Пока отец разливал куриный суп со свежим укропом по тарелкам, дочь липла ко мне пиявкой, и я, странное дело, не была против.

– Давайте есть, – сказал Тор, и только тогда Василиса отделилась от меня.

– Приятного аппетита! – пожелала я своим сотрапезникам и тут же сама себе удивилась. Когда в последний раз я кому-то подобное говорила? Кажется, тогда ещё были живы родители.