Магические будни интровертки (СИ) - Касперович Алла Леонидовна - Страница 30

– На Жизни Изначального все миры держатся, – продолжил мой персональный лектор. Кто бы мог подумать, что я самым надёжным источником информации сочту того, кто встретил меня в этом мире холодом и презрением. А оно вон что получается. – Нельзя, чтобы она утекала в никуда.

Я, как заворожённая, ждала продолжения лекции, но его не последовало.

– И? – подтолкнула я Тора.

– И всё, – усмехнулся он. – Я воин, а не учёный. Защищать нужно – я защищаю. А в эти дебри лезть – это без меня.

М-да…

– А Хекат или Митрофан смогут подробнее рассказать?

– Ой, да не знают они ничего! – не выдержала Арина. На наше счастье, галдёж стоял такой, что никто бы и не понял, откуда звук прилетел. Обеденное время, в конце-то концов. – Думаешь, я не спрашивала? Не пыталась выяснить? А толку-то! Ни шиша никто не знает! Даже Хекат, хоть и зовёт себя богиней!

–Тише-тише, спокойнее! – шикнула я на неё, потому что посетители начали оглядываться по сторонам, чтобы понять, кто здесь лютует. Кто встречался с моим взглядом, сразу начинал улыбаться и кивать в знак приветствия. Как-то не по себе мне было считаться кем-то вроде местной звезды. – На нас смотрят.

– Ладно. – Кукла тут же унялась. Видимо, поняла, что излишнее внимание не сулит ей ничего хорошего. Вариантов, как нас с Ариной могут разлучить, моё воображение нарисовало множество, поэтому я подвинула рюкзак поближе к себе и принялась зорко следить, чтобы никто на него не покусился. Впрочем, на нас уже перестали глазеть. – В общем, девочка моя… – Ого, кажется, меня повысили с дуры до девочки! – Ты теперь хранитель того – не знаю чего.

Тор поджал губы и добавлять ничего не стал, поэтому мне и оставалось только что вздохнуть и вернуться к еде. Она как раз достаточно остыла, чтобы на неё не дуть. Тор последовал моему примеру, и остаток обеда прошёл в молчании.

– Расстроилась? – положив ложку в опустевшую миску, спросил викинг.

– Нет, – улыбнулась я ему.

Если так подумать, много я раньше об устройстве Вселенной знала? Спасибо хоть, что помнила, что Плутон лишили статуса планеты. Млечный путь, созвездия, несколько теорий происхождения Вселенной знала – и всё. То, что когда-то в школе проходили, давно спряталось под лавиной научной и псевдонаучной информации. Так что ни к кому из хранителей в этом плане претензий у меня не было.

– Тогда пойдём. Я Василисе обещал не задерживаться.

За обед Тор оплатил как положено, потому что, в отличие от меня, никто его за здорово живёшь кормить не собирался. И мне в который раз стало совестно, поэтому я снова пообещала себе, что сделаю всё, что в моих силах, чтобы не стать дармоедкой.

Тележку назад катил мой провожатый, за что я ему была безмерно благодарна и даже не забыла об этом сказать вслух.

– Не за что, – только и ответил он.

– Слушай, а можешь ещё на парочку вопросов ответить? – спросила я достаточно громко, чтобы и Арина меня услышала. Тор поморщился, но кивнул. – Я тогда, когда мне Хекат Изначальный показывала, не поняла, какого он размера. То есть, насколько он большой. В смысле, что в него входит. Деревня, лес, поля и мой хутор? Или он намного больше?

– Наш хутор! – пискнула кукла, но мы её проигнорировали.

– Намного больше, но нас от остальной части скрывает стена. Помнишь, тогда на Совете? Вот такая же. Я тебе потом карту покажу. Сюда можно случайно попасть, а вот уйти – никак.

– А если… А если у кого-то за стеной осталась семья?

– Никак. Раз сюда попав, уже не выберешься.

Почти до самого дома мы шли молча, и никто не нарушал тишину. Тёмно-серые тучи посветлели, а затем ветер и вовсе их разогнал, расчистив небо. А я всё думала о тех, кто так же, как и я, застрял здесь. И даже не в Изначальном, а под невидимым куполом. Невесело как-то. Может, поэтому Рыня никак и не станет человеком, потому что как тут не злиться, если тебя разлучили с теми, кого ты любишь? Хотя это я за него сама придумала, возможно, дело обстояло совсем по-другому.

– Спасибо, – поблагодарила я Тора, когда он довёз тележку прямо к входной двери. – Хочешь кваса?

– Не откажусь!

Он улыбнулся мне так искренне и открыто, что моё сердце ёкнуло. Я только понадеялась, что Арина ничего не почувствовала.

– Ох, молодо-зелено…

Зря надеялась.

Пока я ходила за холодным квасом – и для себя не забыла, – Тор под предводительством Боюна разложил продукты. Кот чуть ли не плясал от счастья, потому что я позаботилась и о вкусняшках для него.

– Передай Василисе, что я завтра к ней зайду! – сказала я, когда проводила гостя до границы своих владений.

– Передам, – кивнул Тор и ушёл в закат.

Ну, это я преувеличила – до заката ещё оставалось полдня. Но ведь красиво же звучит.

Остаток дня я потратила на то, что изводила Арину вопросами и под её ворчливым руководством училась, как правильно смешивать травы для настоек. Теорию я знала назубок – опять же, не было моей в том заслуги, – а вот с применением её на практике – беда.

Легла я далеко за полночь усталая, но довольная.

Следующим утром я проснулась не просто отдохнувшей, но и наполненной такой энергией, будто месяц в отпуске провела. Хотя всё спорно, потому что традиционно в отпуске я в основном отсиживалась дома, предпочитая компанию самой себя. Ну, в последнее время к ней присоединился ещё и Жорик, но особого внимания он не требовал, так что не считается. В общем, света моя кожа почти не видела, витамин Д недополучала, питалась я преимущественно сосисками, бутербродами, пельменями и прочими радостями студентов без присмотра родителей, поэтому бодрости взяться было неоткуда. Добавить к этому ещё и ночные марафоны с книгами, сериалами и пролистыванием забавных видео с котиками, и можно понять, как я себя чувствовала, да и выглядела, кхм, тоже.

Собственно, а какая у меня раньше цель была для того, чтобы вставать и работать? Правильно! Чтобы оплатить арендную плату, коммуналку, купить какой-никакой еды и, в общем-то, всё. Нынче же у меня появилась ответственность. И если сперва она Эверестом давила на мои плечи, то сейчас трансформировалась в крылья за спиной. Причём не тяжёлые бутафорские, а самые настоящие.

– А можно, я ещё посплю? – Боюн приоткрыл один глаз и зевнул. За окном только-только забрезжил рассвет.

По-хорошему и мне следовало бы подольше задержаться в постели, чтобы дать организму положенные восемь часов сна, но я не могла. Будто кто-то пропеллер мне вставил, не буду уточнять, в какое место.

– Да спи, спи! – погладила я кота, и тот громко завибрировал. В сон он провалился мгновенно.

Я же, выглянув в окно и предположив, что день будет тёплый, надела тонкое светло-серое платье с вышитыми по подолу и рукавам красными маками. Да так искусно вышитыми, что я не сдержала восхищённый вздох.

– Нравится? – подала голос с туалетного столика Арина.

– Очень! – призналась я, взяла куклу и вместе с ней вышла в главную комнату, и плотно прикрыла за нами дверь, чтобы не мешать коту высыпаться. – Вообще не представляю, как ты это делаешь!

– Ну, девочка моя, уж не знаю, сильно ли изменился мир с тех пор как я его покинула, но, когда я там была, шить, вышивать и много чего ещё умели многие. Если совсем честно, то раньше у меня не очень получалось. А вот когда сюда попала… Надо же было чем-то заниматься! Я ж не ты, я уже многое могла, и науку травническую сразу же приняла.

Камень в мой огород, но заслуженный, поэтому и возмущаться я не стала. Я вновь оглядела подол платья, затем перевела взгляд на вышитые занавески на шторах, на коврики ручной работы, на покрывала, на картины, на расписанные горшки.

– Красота… – пробормотала я.

– Ничего сложного. Главное, не лениться и постоянно практиковаться. Даже ты справишься. Наверно… Возможно… Я так думаю…

И вот здесь я почувствовала себя лентяйкой, неумехой и неряхой. И мне стало очень-очень стыдно. Мама рассказывала мне, как ей и папе когда-то жилось. Как приходилось изгаляться, чтобы хоть как-то приукрасить свою жизнь и жизнь детей. Как они были вынуждены отстаивать длиннющие очереди, чтобы добыть что-то, что находилось в жутчайшем дефиците. И речь шла не только о туфлях, например, или лентах, но и о банальном, чёрт возьми, консервированном горошке на Новый год! Тех времён я не застала, потому что родилась уже после развала Советского Союза, но на моих родителей та часть их прошлого настолько повлияла, что до самого конца они старались брать продукты, насколько это возможно, впрок, а сломанные вещи чинили, а не выбрасывали. Да моя мама могла так заштопать капроновые колготки, что, если не знать, никогда и не догадаешься, что там когда-то была дырка или стрелка.