Сухой закон 4 (СИ) - Дорохов Михаил Ильич - Страница 67

Гость достал из внутреннего кармана пиджака чуть смятую визитку. Затем передал её Мароне.

— Используй с умом, Фалько…

Мароне пробежался глазами по картонке: Джузеппе «Джо Босс» Массерия.

Он понимающе усмехнулся:

— Будет сделано, босс.

Гость добавил:

— И ты помнишь, Фалько — смерть должна быть показательная! Так, чтобы о ней трубили газеты штата, как минимум!

— Показательная! — кивнул Мароне, повторив указание.

— Да, именно так.

Фалько Мароне хитро прищурился:

— Пожалуй, у меня для этого есть один интересный кадр. Он просто ненавидит Соколова! Этот человек сделает дело, и мы тут же избавимся от него самого. Можно провернуть всё так, будто это Массерия заказал Алекса! Обещаю, газеты просто взорвутся после убийства русского! А репортёры и полиция задушат Джо!

Гость с интересом повернулся к нему:

— Что за «кадр»?

— О, вы не поверите! Вы слышали о Пророке?

Осталась последняя финальная глава. Вместе с ней стартует пятая книга серии.

Музыка, под которую на повторе писал последнюю главу и сейчас ее редактирую — уже в моем канале https://t. me/doroxovfantastic

Глава 27

Обратная сторона медали…

25 апреля 1920 года. Утро. Кафе «Палермо». Маленькая Италия. Нью-Йорк.

Альберто Анастазио стоял перед Массерией посреди уютного зала со столиками, внимая новым указаниям босса.

— Мне и Соколову дали понять, что наши разногласия — наше личное дело. Пока что никто не будет вмешиваться в это… — с ухмылкой произнёс Джо «Босс».

Альберто молча слушал. Массерия продолжил:

— Самое главное — это исходило от Ротштейна. И все были свидетелями. Значит, он решил не вмешиваться в наши дела в Бронксе. Поэтому сейчас лучшее время, чтобы подмять этот район… А там можно будет забрать и север штата… Пока Арнольд занят своими делами… Плохо другое: за соглашения по поставкам виски Соколов позволил Джонни Торрио и Аль Капоне взять несколько улиц на юге Бронкса. Там есть спикизи и бары, которые они контролируют…

— Их не трогать… — понимающе кивнул Анастазио.

— Да. Пусть твои парни действуют предельно аккуратно. Нам не нужно, чтобы Чикаго получило повод для войны. Цель — только заведения этого русского…

— Кхм… босс… есть другой вариант, — вежливым тоном заговорил Альберто.

— Какой? — поднял бровь Массерия и отпил из фарфоровой чашки слегка остывший кофе.

— В Бронксе просто так не покататься. Там повсюду бойцы Соколова. Но на всё у него людей не хватит. Мои парни вызнали, что он усилил защиту радиозавода и поставок виски. Но остаются ещё клубы, что русские недавно открыли в Нью-Йорке. Большая их часть за пределами Бронкса. А один строится на Лонг-Айленде…

— Предлагаешь «послать весточку» через них? — прищурился Массерия.

— Да. «Растянем» солдат Алекса по разным точкам. И тогда уже будет проще атаковать в самом Бронксе. Если, конечно, он не сдастся… — плотоядно ухмыльнулся Анастазио.

— Что же… Умно, — задумчиво протянул Джо, — Неплохой вариант. Ты уже нашёл удобные цели, чтобы «пошуметь»?

Альберто кивнул:

— Да. Мы можем ударить по ним уже сегодня. Наиболее слабая охрана в клубах «Гора» и «Лоск». Сто́ит начать с них.

— Годится. Смотри, чтобы не было промашек. Газеты должны писать только про Соколова. И рыться только в его делах. Приехали, сделали все и уехали. Точка.

— Будет сделано, босс…

* * *

Квартира Алексея Соколова. Бронкс. Нью-Йорк.

Я сладко потянулся на постели. Открыл глаза и увидел тонкую спину Блум. Девушка накинула халат и прошла по спальне:

— Ты проснулся?

— Да, — с улыбкой произнёс я.

— Отлично. Я голодна как лев! Не хотела завтракать без тебя…

Девушка присела на край кровати, наклонилась ко мне и нежно поцеловала. Тёмные локоны защекотали моё лицо.

— Ты вчера работал допоздна.

Я с сожалением поднялся, сел на постели и ответил:

— К сожалению, для этого были свои причины…

— Поэтому за дверью в два раза больше твоих людей? — пытливо спросила Брауни, присаживаясь за столик и начиная прихорашиваться перед зеркалом.

Красавица закинула ногу на ногу, и халат сбился набок, обнажая стройные точёные ножки. Я невольно залюбовался прекрасным видом. Но пришлось отвечать:

— Да.

— И поэтому теперь в машине со мной ездят два твоих амбала. Помимо водителя… — тяжело вздохнула она.

— Так надо, поверь мне, — произнёс я.

— Верю… Сколько это будет продолжаться? Твои «дела»? — она посмотрела на меня в отражении зеркала.

— Не знаю. Сейчас в Нью-Йорке резко стало… «тесно», — подобрал я слова, — Для меня и для других людей…

— Других бутлегеров, — кивнула она, — Я понимаю, что у тебя за «дела». Понимала тогда… на берегу в Атлантик-Сити, — намекнула на начало наших отношений Блум.

— Я не могу подвергать тебя опасности. Поэтому мои люди поедут с тобой и в Кентукки, — тихо добавил я, — Они будут охранять тебя дома.

Девушка нахмурилась:

— Я могу позаботиться о себе в Луисвилле сама. А на конном заводе много мужчин. Все умеют обращаться с оружием. Они работают с моей семьёй уже очень давно.

— Блум, — мой голос стал твёрдым, — К сожалению, многие покупаются и продаются. Даже среди твоих людей могут быть те, кто позарится на хорошее вознаграждение. Карточный долг, невыплаченные ссуды, в конце-концов заложники, — вспомнил я про то, что произошло с семьёй Паоло Колетти.

— Всё настолько плохо? — спросила красавица, замерев на секунду.

— У меня конфликт с очень серьёзным человеком, — не стал я называть Массерию, — И мне будет легче, зная, что с тобою надёжные люди.

Я, наконец, встал с постели и набросил халат. Подошёл к столику и налил себе воды из хрустального графина.

— Хорошо, — после некоторых раздумий ответила Брауни и подняла на меня глаза, — Я уверена в том, что ты со всем справишься. По-другому быть и не может. Ты же Алексей Соколов. Провидец и всё такое!

Она смешно сощурилась и показала мне язык. Последнее время она часто в шутку называла меня провидцем. Начала так делать после разговора в Атлантик-Сити, когда мы сидели на больших качелях на берегу океана.

Я наклонился к Блум и поцеловал её в лоб:

— Обещаю, всё будет хорошо. А сейчас пошли завтракать. У нас сегодня ещё билеты в «Хадсон». В главную ложу.

Девушка принялась расчёсывать волосы:

— Опять поедем с целой толпой охраны? Выбираешь закрытые ложи? Чтобы в нас не могли выстрелить?

— Блум! — деланно возмутился я.

— Всё! Молчу — молчу… — подняла руку с расчёской Брауни.

— После завтрака я в офис, а потом уже встретимся и поедем в театр, как я обещал.

— Хорошо.

Дел и правда было много. Запустились новые радиостанции, и я уже дважды встречался с человеком, к которому меня направил кандидат в президенты Уоррен Гардинг — с республиканцем Джеймсом Уодсуортом. Он семимильными шагами двигался к политическому олимпу в Нью-Йорке, чтобы пройти от штата в Сенат. И теперь мои радио и газеты работали в поте лица не только на победу Гардинга, но и его.

«Нью-Йорк. Факты» и вторая, наспех созданная газета «Вечерний Манхэттен» непрестанно бичевали демократов заголовками на своих разворотах. А те не могли понять — откуда у них активно «течёт» информация. Ручеёк «информаторы в отделении демпартии — Уодсуорт — я» работал как часы.

Плюс, приходилось намного сильнее заботиться о безопасности. Сегодня мы с Блум последний раз идём в театр до тех пор, пока не станет понятно, что опасность со стороны Массерии миновала. Дальше любые выезды на всякий случай будут ограничены…

Это я ей об этом ещё не рассказывал. Представляю, как она отреагирует на эту новость…

После «сходки боссов» в Атлантик-Сити я с капитаном Синицыным разработал новый план охраны ключевых точек в Нью-Йорке на случай возможного удара Массерии. Но бойцов катастрофически не хватало…