Воронцов. Перезагрузка. Книга 8 (СИ) - Тарасов Ник - Страница 49

Григорий задумался, почесал затылок:

— А Андрей Иванович согласится? Он же консервативный, привык к мехам…

— Давай попробуем убедить, — улыбнулся я. — Пойдём к нему.

Мы направились в кузнечный цех. Там стоял привычный грохот — молоты звенели по наковальням, меха тяжело вздыхали, нагнетая воздух в горны, жар был адский. Мастера, раскрасневшиеся от жары, махали молотами, переворачивали раскалённые заготовки.

Андрей Иванович стоял у своего горна, проковывал какую-то деталь. Увидев нас, опустил молот:

— Егор Андреевич, Григорий! Что привело?

— Андрей Иванович, у меня к вам предложение, — начал я. — Хотим модернизировать ваши горны.

Он насторожился:

— Модернизировать? Как это? Зачем?

— Видите ваши меха? — я показал на огромные кожаные конструкции, которые подмастерья качали вручную, нагнетая воздух. — Тяжёлая работа, правда? Человек устаёт, воздух идёт неравномерно, то больше, то меньше.

— Ну да, — согласился кузнец. — Но по-другому никак. Горн без поддува не работает.

— Можно по-другому, — возразил я. — Поставить вместо мехов вентилятор с пневмодвигателем. Воздух будет идти постоянно, равномерно, без перебоев. И людям не нужно будет качать.

Андрей Иванович нахмурился:

— Вентилятор? Это как?

— Покажу, — я взял со стола кусок бумаги, быстро набросал схему. — Вот, видите? Лопасти вращаются, загребают воздух и гонят его в трубу, которая идёт к горну. Вращает лопасти пневмодвигатель. Простая, но эффективная конструкция.

Кузнец разглядывал рисунок, явно скептически:

— И это работает?

— У меня в Уваровке работает уже несколько месяцев, — заверил я. — Петька, мой кузнец, очень доволен. Говорит, что жар ровнее, металл прогревается равномернее.

— Хм, — Андрей Иванович всё ещё колебался. — А если сломается?

— Не сломается, — вмешался Григорий. — Конструкция простая, ломаться там нечему. Ну а если что — мы быстро починим.

Кузнец помолчал, потом медленно кивнул:

— Ладно. Давайте попробуем. Но если не понравится — верну всё как было.

— Договорились! — обрадовался я.

Мы с Григорием вернулись в механический цех и взялись за работу. Сначала нужно было сделать лопасти для вентилятора. Я набросал чертёж — четыре изогнутые металлические пластины, закреплённые на центральной оси под углом.

— Григорий, а давай позовём братьев Волковых, — предложил я. — Пусть помогут. Им полезно научиться делать такие вещи.

Антон и Иван Волковы пришли быстро. Я показал им чертёж, объяснил, что нужно сделать:

— Вот эти пластины нужно вырезать из листового железа, потом изогнуть под правильным углом. Угол важен — если не такой, как надо, вентилятор будет работать плохо.

— А как определить правильный угол? — спросил Иван.

— По шаблону, — я взял кусок дерева, начал вырезать из него образец. — Вот смотрите. Пластина должна быть изогнута вот так. Прикладываете к шаблону, проверяете.

Братья взялись за работу с энтузиазмом. Антон вырезал пластины из железного листа, Иван их гнул, постоянно сверяясь с шаблоном. Григорий делал центральную ось — толстый стальной стержень с креплениями для пластин и для вала пневмодвигателя.

Я наблюдал, иногда подсказывал, поправлял. Братья работали как один организм — Антон что-то делал, Иван подхватывал, продолжал. Видно было, что они привыкли работать вместе.

К концу дня лопасти были готовы. Мы собрали вентилятор — прикрепили пластины к оси, установили ось в деревянный корпус, который защищал лопасти и направлял поток воздуха. Подключили к пневмодвигателю.

— Ну что, пробуем? — спросил Григорий.

— Пробуем, — кивнул я.

Григорий открыл клапан подачи воздуха. Пневмодвигатель зашипел, лопасти начали вращаться. Медленно сначала, потом быстрее, быстрее… Послышался характерный свист — воздух засасывался в вентилятор и выбрасывался через выходное отверстие.

Я поднёс руку к выходу. Мощный поток воздуха ударил в ладонь — постоянный, ровный, без пульсаций.

— Работает! — довольно сказал я. — Отлично работает!

Братья Волковы радостно переглянулись. Григорий довольно улыбался.

— Теперь нужно сделать ещё такие же, — сказал я. — По одному на каждый горн в кузнечном цеху.

— Будет сделано! — пообещал Антон.

Следующие три дня мы делали вентиляторы. Я показал братьям, как правильно всё собирать, они быстро освоились и работали уже практически самостоятельно. Григорий занимался подводкой труб от вентиляторов к горнам.

Наконец всё было готово. Шесть вентиляторов стояли в ряд, готовые к установке. Я пригласил Андрея Ивановича посмотреть:

— Вот, готово. Завтра начнём устанавливать.

Он осмотрел вентиляторы, покрутил лопасти рукой, проверяя, как они вращаются:

— Ну посмотрим, посмотрим…

На следующий день началась установка. Это оказалось непростой задачей — нужно было демонтировать старые меха, установить вентиляторы, подключить их к пневмодвигателям, проложить трубы к горнам. Работы было много.

К переделке на заводе сначала отнеслись настороженно. Мастера-кузнецы хмурились, переговаривались между собой. Слышались скептические реплики:

— Опять эти новшества…

— Меха работали сто лет, и ещё сто проработали бы…

— А если эта штука сломается?

Но Андрей Иванович цыкнул на них:

— Тихо! Дали нам возможность попробовать — будем пробовать. А там видно будет.

К концу дня первый вентилятор был установлен. Я лично проверил все соединения, убедился, что нигде нет утечек воздуха.

— Ну что, запускаем? — спросил я у Андрея Ивановича.

— Запускайте, — он скрестил руки на груди, явно готовый к тому, что ничего не получится.

Григорий открыл клапан. Пневмодвигатель зашипел, вентилятор начал вращаться. Воздух пошёл по трубе в горн.

Я насыпал в горн угля, поджёг. Пламя вспыхнуло, начало разгораться. Вентилятор гнал в него воздух — постоянно, равномерно.

Пламя росло. Через минуту горн уже ревел, температура была очевидно высокой. Я положил в горн железную заготовку, стал ждать.

Обычно заготовка разогревалась до ковочной температуры минут за десять. Но сейчас, с постоянным мощным потоком воздуха, она раскалилась докрасна уже через пять минут. А ещё через две стала оранжево-жёлтой — идеальная температура для ковки.

— Семь минут, — удивлённо сказал Андрей Иванович, глядя на песочные часы. — Обычно десять…

— Вот видите, — сказал я. — Воздух идёт равномерно, жар сильнее, металл греется быстрее.

Кузнец взял клещи, вытащил заготовку, положил на наковальню. Взял молот, начал бить. Металл поддавался легко, пластично. Искры летели во все стороны.

— Хорошо куётся, — пробормотал Андрей Иванович. — Прогрелась равномерно, нет холодных мест…

Он проковал заготовку, снова сунул в горн. Вентилятор продолжал работать, не уставая, не сбиваясь с ритма. Через несколько минут заготовка снова была раскалена.

— Ну что, Андрей Иванович? — спросил я. — Как вам новая система?

Он помолчал, потом медленно кивнул:

— Быстрее. Это точно. И жар ровнее. И людям легче — не нужно меха качать.

— Тогда ставим на все горны? — уточнил я.

— Ставьте, — согласился он. — Раз работает — зачем отказываться?

К концу недели шесть горнов в кузнечном цеху были оборудованы вентиляторами. Мастера быстро освоились с новой системой и остались довольны. Производительность выросла процентов на тридцать — металл грелся быстрее, работать стало легче.

Давыдов, узнав о результатах, лично пришёл в кузнечный цех посмотреть:

— Егор Андреевич, вы не перестаёте меня удивлять! Каждая ваша задумка даёт результат!

— Спасибо, господин генерал, — ответил я. — Но это ещё не всё. У меня есть идея посерьёзнее.

Он заинтересованно посмотрел на меня:

— Какая же?

— Механический молот, — сказал я. — Машина, которая будет бить по металлу вместо человека. Мощно, точно, без устали.

Давыдов присвистнул:

— Механический молот? Такое вообще возможно?