Фаберже 1 (СИ) - Хай Алекс - Страница 45

Мастер Воронин склонился над верстаком, проверяя очередную партию платиновых элементов. Я подошёл к нему:

— Архип Петрович, как у вас дела?

Он поднял голову и улыбнулся:

— Закончим к вечеру, Александр Васильевич. Последняя партия в работе.

— Проблемы были?

— Никаких. Ваш протеже, Холмский который… Молодец парень, быстро схватывает. Я ему показал пару раз — он уже сам справляется. Руки золотые у парня.

Я посмотрел на Холмского. Тот сидел за верстаком, сосредоточенно обрабатывая платиновую деталь. Движения точные, выверенные. Специальные очки с подсветкой, тонкий инструмент в руках. Парень был полностью погружён в работу.

— Николай, — окликнул я.

Он вздрогнул, отложил инструмент и приподнял очки:

— Александр Васильевич?

— Отличная работа. Мастер тобой очень доволен. Продолжай в том же духе.

Холмский просиял. Парень явно жил ради таких моментов — когда его труд замечали и ценили. Судя по всему, к похвале он не привык. Даже удивительно.

— Спасибо, Александр Васильевич! Стараюсь!

Он снова взялся за инструмент, и я видел — теперь парень работал ещё усерднее. Мотивация — великая вещь.

Я прошёл на участок упаковки. Здесь Лена организовала настоящий конвейер. Девушки в белоснежных перчатках аккуратно укладывали каждый элемент на бархатную подушечку, затем — в индивидуальную коробку с тиснёным логотипом Фаберже. Коробки складывались в транспортировочные ящики, пронумерованные и подписанные.

Лена стояла рядом с планшетом в руках, отмечая галочками готовые позиции.

— Как успехи? — спросил я.

— Отлично, готовим очередную партию к отправке в Департамент на регистрацию, — она подняла голову, довольная. — Идём по графику, даже с небольшим опережением…

— Запас есть?

— Пока сто элементов разных типов. На случай брака или непредвиденных заказов на презентации. Сделаем ещё на всякий случай, время позволяет.

Я заглянул в одну из открытых коробок. Серебряная подвеска с лазуритом лежала на тёмно-синем бархате, сверкая под светом ламп. Красиво. Стильно. И выглядела гораздо дороже своей стоимости.

— Тебе принести поесть? — спросил я, но Лена лишь отмахнулась.

— Пока на кофе держусь. Потом сама схожу пообедать. Сейчас нужно закончить с документами для Департамента…

— На одном кофе долго не проработаешь, — отозвался я. — Принесу тебе хотя бы бутерброд.

Сестра рассеянно кивнула и снова углубилась в документы.

Я направился в закрытую комнату на втором этаже — там работал отец над эксклюзивным браслетом для Самойловой.

Василий Фридрихович сидел за столом, склонившись над изделием. В таких же очках, как у Холмского, с подсветкой, в руках — тонкие инструменты. Рядом лежали раскрытые футляры с самоцветами высшего порядка: александриты переливались зелёно-красными бликами, рубины горели тёмным огнём, алмазы сверкали, как льдинки.

Основой стала привычная сталь, но с инкрустацией из немагических драгоценных камней. Дизайн оставили матушкин, в стиле ар-деко — чёткие геометрические линии, симметричные узоры.

— Как успехи? — спросил я тихо, чтобы не напугать.

Отец поднял голову, снял очки:

— Медленно, но верно. Работа тонкая, спешить нельзя. Но к презентации будет готов, не волнуйся.

Он повернул браслет, чтобы я мог рассмотреть. Уже сейчас изделие выглядело потрясающе. Камни на основе были закреплены идеально, инкрустация сложная. Это была штучная работа грандмастера — то, что всегда отличало нас от остальных.

— Она будет в восторге, — сказал я.

— Надеюсь, — отец улыбнулся. — Всё-таки графиня. Привередливые они.

— Самойлова не кажется мне такой уж привередливой.

— Посмотрим, — отец снова надел лупу. — Ладно, иди, не отвлекай. Мне ещё три часа работы. Нужно закончить с основой.

Я вернулся в главный цех. Как раз объявили обеденный перерыв. Многие мастера не пошли в столовую — ели прямо в цеху, не желая терять время. Кто-то достал контейнеры с домашними котлетами, кто-то бутерброды, кто-то термос с супом.

Крамской рассказывал очередную байку:

— … А этот клиент требует: хочу артефакт, чтобы волосы на голове росли! Ну я ему объясняю: артефакты так не работают, это не магия роста… А он: «Не хочу слушать! Деньги плачу, делайте!» В итоге мастер намудрил ему какой-то медальон с нефритом, сказал — носи полгода, но в голову втирай масло репейное… — Крамской расхохотался. — Через полгода приходит — лысый как колено! Говорит: «Не работает!» А мастер ему: «Так ты масло втирал?» — «Нет, забыл…» Вот дурак!

Мастера захохотали. Лесков добавил свою историю про клиента, который хотел амулет для привлечения богатства и требовал гарантию.

Атмосфера была хорошей. Команда работала слаженно, без напряжения и конфликтов. Это было важно — когда люди работают в удовольствие, качество растёт.

Вечером, когда последняя смена разошлась, мы с Леной обошли цеха. Проверили, всё ли выключено, все ли печи остыли, закрыли ли окна.

Заперли сейфы с самоцветами, проверили сигнализацию. Безопасность превыше всего — после истории с Пилиным мы усилили охрану вдвое.

— Саша, — сказала Лена, когда мы стояли в опустевшем главном цеху, — мы это сделали. Производство налажено. С качеством проблем нет. Остался маркетинг.

— Ага.

— Сайт уже делают, — продолжила она. — Пришлось взять готовое решение и быстро перестраивать под задачу — иначе бы не успели. Рекламное агентство работает, макеты почти готовы. Осталось только организовать презентацию…

— Это я беру на себя, Лен. Ты и так зашиваешься.

Она посмотрела на меня:

— Точно?

— Точно, — кивнул я. — Презентация — самый важный этап. Всё должно быть идеально. Место, гости, программа, подача. Одна ошибка — и весь труд насмарку. Тем более что у меня есть эксперт по таким вопросам…

Самойлова с Катериной появились ровно в два часа дня. Обе в деловых костюмах, с ноутбуками и планшетами.

Я встретил их в переговорной комнате на втором этаже. Лена любезно принесла кофе и печенье, но тактично удалилась — у неё была своя работа.

— Александр Васильевич, — Самойлова улыбнулась, устраиваясь за столом, — мы подготовили кое-что интересное.

Катерина открыла ноутбук и развернула его ко мне. На экране высветилась серия профессиональных фотографий. Самойлова в разных платьях принимала изящные позы на фоне интерьеров какого-то заброшенного особняка. Одно оставалось неизменным — на её запястье красовался наш браслет.

Фотографии были великолепны. Браслет смотрелся именно так, как я и задумывал — стильно, современно, не вызывающе. А Самойлова… что ж, девушка знала, как подать себя.

— Впечатляюще, — признал я. — Когда вы успели?

— На прошлой неделе, — ответила Катерина. — Профессиональный фотограф, выездная съёмка. Я делала их для своего блога, но снимки могут пригодиться и для рекламной кампании. С вашего разрешения, конечно.

Я ещё раз взглянул на фотографии.

— Разрешение даю. Отличная работа.

Самойлова довольно кивнула:

— Тогда переходим к делу. Что скажете насчёт презентации во дворце на Невском?

— Место шикарное, — ответил я честно. — Но буду откровенен — для нас дороговато.

Самойлова махнула рукой.

— Не беспокойтесь об этом. Я уже договорилась на лучшие условия. Аренда по минимальной ставке — фактически себестоимость содержания на время мероприятия. Разве что… — Алла хитро подмигнула, — мой троюродный дядя будет не против получить браслет одним из первых.

— Тоже эксклюзивный? — улыбнулся я.

— О нет. Ему будет достаточно набора с самоцветами среднего порядка. Белосельские — нынче не самый богатый род. Они не могут позволить себе жить в этом дворце и сдают его под мероприятия. Но хотят поднять престиж места. Презентация от дома Фаберже — идеальная реклама для них. Вы получаете роскошную площадку за разумные деньги. Они получают освещение в СМИ и рост интереса к дворцу. Все в выигрыше.

Умная девочка. Умела находить взаимовыгодные решения.