Фаберже 1 (СИ) - Хай Алекс - Страница 39

Мирную беседу прервало появление лакея.

— Денис Андреевич Ушаков просит встречи…

Мы с отцом переглянулись.

— Что-то рано он пожаловал, — нахмурился Василий. — Пригласите его и принесите ещё один стул.

Через минуту в гостиную вошёл Ушаков. Выглядел он необычно торжественно — при параде, в форме Департамента и с кожаной папкой под мышкой. Разве что волосы немного торчали в разные стороны, придавая товарищу немного лихой вид.

— Доброе утро, — поздоровался он. — Прошу прощения за вторжение в столь ранний час.

— Проходите, Денис, — Василий поднялся из-за стола. — Кофе будете? Или чаю?

— Благодарю. Кофе, пожалуйста. Но засиживаться не буду, я по делу, — Ушаков уселся и положил папку. — Василий Фридрихович, Елена Васильевна — вас со дня на день вызовут в суд для дачи показаний по делу Пилина. Заседание назначено на следующий вторник.

Повисла тишина. Лена побледнела, Лидия Павловна прижала руку к груди. Только я улыбнулся — они проходили как свидетели, а не обвиняемые.

— Это хорошая новость, — сказал я спокойно. — Значит, маховик раскрутился.

— Не то слово! — кивнул Денис, принимая чашку. — Дело передано в суд в ускоренном порядке. Обычно такие разбирательства тянутся месяцами, но… Короче, в Зимнем узнали, что расследование возобновилось. И заинтересовались…

Я удивлённо моргнул.

— Какие именно?

— Понятия не имею. Но узнали, вроде как на самом верху. Шепчутся, что кто-то из великих князей лично следит за процессом… Так что всё понеслось галопом.

Я улыбнулся. Уж не подписан кто-то из великих князей на Самойлову? Хотя, конечно, могли и просто прочитать сводки.

— А что конкретно от нас потребуется? — спросила Лена, явно нервничая.

— Спокойствие, Елена Васильевна, — Денис улыбнулся. — Вас попросят подтвердить, что Василий Фридрихович лично проверял все артефакты перед передачей в Департамент и накануне передачи во дворец. И что доступ к готовым изделиям имел ограниченный круг лиц, в числе которых был Пилин.

— То есть просто рассказать правду? — уточнила Лена.

— Именно. Никаких подвохов, никаких каверзных вопросов. Адвокат обвинения может попытаться вас запутать, но это стандартная процедура. Главное — отвечать чётко, по существу, не уходить в лишние детали.

Василий Фридрихович задумчиво потёр переносицу:

— А Пилин? Он тоже будет давать показания?

— Разумеется. Он уже подтвердил готовность полностью сотрудничать со следствием в обмен на смягчение приговора.

Хорошо.

— Денис, — Лидия Павловна подалась вперёд в своём кресле, — а ведь нам тоже нужен адвокат?

— Формально можете обойтись, — ответил Ушаков. — Вы выступаете как потерпевшие, а не обвиняемые. Но я бы всё же порекомендовал взять юриста. На всякий случай.

— У меня есть знакомый адвокат, — сказал Василий. — Специализируется на коммерческих спорах, но в судебной практике разбирается отлично.

— Позвони ему сегодня же, — попросила матушка. — Пусть изучит материалы дела, подскажет, на что обратить внимание.

Лена продолжала делать пометки в блокноте, но руки у неё слегка дрожали. Видно было, что перспектива выступать в суде её нервировала.

— Елена Васильевна, — мягко сказал Ушаков, — я понимаю, что это волнительно. Но поверьте, всё пройдёт гладко. Вы просто ответите на вопросы — и не более Никаких драматических сцен, как в кино.

— Я понимаю, — кивнула Лена, но голос дрожал. — Просто…

— Я буду рядом, — заверил Василий, накрыв её руку своей. — Всё будет хорошо.

Я допил кофе и посмотрел на Ушакова:

— Денис, а как быстро после суда восстановят лицензию отца?

— Если вердикт будет в вашу пользу, то буквально в течение недели. Департамент тоже заинтересован закрыть этот вопрос максимально оперативно.

Василий откинулся на спинку стула, явно размышляя над услышанным:

— Денис, я должен вас поблагодарить. Без вашей помощи мы бы ещё месяцами пробивались через бюрократию.

— Не стоит благодарности, — отмахнулся Ушаков. — Справедливость должна восторжествовать. К тому же, — он хитро улыбнулся, — моя матушка очень хочет один из ваших новых браслетов. Так что… сочтёмся.

Мы рассмеялись — напряжение немного спало. Даже Лена улыбнулась, хотя и немного натянуто.

Семья принялась расходиться по своим делам. Василий Фридрихович — звонить адвокату, Лена засела за расчёты по материалам, мать вернулась в свою комнату отдыхать. Я уже засобирался в мастерскую, когда Ушаков тронул меня за локоть.

— Саша, можно тебя на пару слов? — голос у него был странный, напряжённый. — Без свидетелей.

Интересно. Денис не из тех, кто устраивает тайные разговоры без серьёзной причины.

— Конечно. Пройдёмся? Или здесь поговорим?

— Лучше выйдем, — он оглянулся по сторонам, будто опасаясь подслушивающих устройств. — Есть тут поблизости какая-нибудь кофейня? А то я спал три часа, нужен допинг.

— «Марко», в двух минутах ходьбы.

— Отлично, давай туда.

Мы вышли на улицу. Петербург встретил нас прохладным ветром и моросящим дождём — классическая осенняя погода, но именно в этом городе она почему-то не вгоняла меня в хандру.

Кофейня оказалась почти пустой. Мы устроились за столиком в дальнем углу, подальше от единственного посетителя — пожилого мужчины с газетой.

Денис заказал двойной эспрессо, я — американо. Официант удалился, и Ушаков наконец посмотрел мне в глаза.

— Саша, у меня к тебе разговор.

— Догадываюсь, — ответил я спокойно. — Что-то не так с делом?

— С делом всё в порядке, — покачал он головой. — Вернее, формально в порядке. Но…

Он замолчал, подбирая слова. Я терпеливо ждал — торопить Дениса было бесполезно, он всегда тщательно формулировал мысли, прежде чем озвучить их.

— Мой шеф явно недоволен тем, как развиваются дела вокруг вашего вопроса, — наконец выдал он. — Конечно, это только мои предположения, но я его достаточно хорошо узнал, чтобы чувствовать настроение.

Принесли кофе. Я сделал глоток, давая Денису время собраться с мыслями.

— Я поднял бумаги по первому расследованию, — продолжил он. — И обнаружил кучу несоответствий. Экспертиза проведена поверхностно. Опрос свидетелей формальный. Проверка цепочки поставки камней отсутствует вообще. Будто кто-то очень торопился закрыть дело или убрал часть документов.

— Может, действительно торопились? — предположил я. — Дело касалось императорского двора. Там ждать не любят.

— Поначалу я тоже так подумал, — кивнул Денис. — Зимний давит, руководство паникует, все спешат свалить вину на кого-то и отчитаться перед государем. Да и формально именно ваша фирма была виновата. Всё вроде бы логично. Но…

— Твой шеф не хочет проблем, — пожал я плечами. — Чиновники редко любят копать глубже, чем необходимо. Плохо для карьеры.

— Согласен, — кивнул Денис. — Проблем никто не хочет. И всё же князь Куткин — опытный управленец, за столько лет в Департаменте и не такое видел. А тут… Он будто специально старается не замечать очевидных вещей.

Интересно.

— И к какому выводу ты пришёл? — спросил я, уже понимая, что ответит товарищ.

Ушаков помолчал, вращая чашку в руках.

— Думаю, что Пилина кто-то прикрывает сверху.

Повисла тишина. Где-то за окном проехал трамвай, звякнув на повороте. Пожилой мужчина с газетой встал и направился к выходу, оставив нас вдвоём.

— Серьёзное обвинение, — заметил я наконец.

— Знаю, — кивнул Денис. — Саш, я начал копать связи Пилина. Дёрнул за пару ниточек… Неофициально, в свободное время. Поднял его банковские счета за последний год. Конечно, это не мой профиль, но…

Я подался вперёд и понизил голос.

— Что ты нашёл?

— Поступления средств от подставной фирмы, связанной с местным криминалом, — Ушаков открыл блокнот на нужной странице. — Суммы от пятисот до тысячи рублей, примерно раз в месяц. Плата за артефакты на чёрном рынке, очевидно. Для такого рода деятельности это не особо большие деньги.

Я кивнул. С Дядей Костей у меня был негласный договор не лезть в дела друг друга, и я не собирался его нарушать даже в разговоре с товарищем.