Фаберже 1 (СИ) - Хай Алекс - Страница 38

Телефон снова зазвонил. «Ведомости» хотели получить эксклюзивное интервью. Потом «Фонтанка» с вопросами о планах семьи. Затем радио «Ниеншанц» с просьбой выйти в прямой эфир…

— Студенческие паблики тоже разделились, — сообщила Лена, продолжая мониторить интернет. — Одни требуют справедливости для мастеров и реформы закона об артефакторике, другие говорят о коррупции в Департаменте и подкупе чиновников…

— Хотя бы не обвиняют нас во всех смертных грехах, — философски заметил я.

К обеду ситуация начала принимать анекдотичные формы. В сети появились мемы с Пилиным в образе предателя и нашей семьёй в роли жертв системы. Весьма смешные, к слову.

К вечеру накал страстей достиг апогея. В сети появились целые конспирологические теории. Обсуждали мотивы, строили схемы, вычисляли выгодоприобретателей. И свели всё к тому, что Пилин был агентом инопланетной цивилизации, которая нуждалась в самоцветах. Пересказывать эту чепуху и без того впечатлительным родственникам я, конечно же, не стал.

Василий Фридрихович нервно расхаживал по гостиной.

— Слишком много внимания, Саша, — говорил он, потирая виски. — Боюсь, это может нам навредить. Лучше бы всё прошло тихо…

— Ты не прав, отец, — возразил я. — Это лучшая реклама, которую можно придумать. О нас снова говорят. Фамилия Фаберже у всех на слуху. Главное — правильно использовать момент.

— Но репутация…

— Хуже точно не будет. Мы из злодеев превращаемся в жертв несправедливости. Такой образ всегда вызывает симпатию.

Лидия Павловна, молчавшая до этого, подала голос:

— Саша прав, Василий. Лучше быть в центре внимания по хорошему поводу, чем сидеть в тени и ждать, когда о нас забудут.

После ужина, когда журналистский ажиотаж немного поутих, мне пришло сообщение от Самойловой.

«Александр Васильевич, зайдите на мой аккаунт через полчаса. Выхожу в прямой эфир. Думаю, вам будет интересно посмотреть…»

Глава 18

(бонус)

Интригующе. Я показал сообщение Лене.

— Начинает прогрев? — спросила сестра.

— Скорее всего. Момент выбран идеально — все говорят о нашем деле, а тут появляется влиятельный блогер с загадочными намёками.

— Посмотрим, что у неё получится.

Я включил трансляцию на планшете. Лена принесла нам по кружке чаю и устроилась рядом, приготовившись фиксировать реакцию аудитории.

Самойлова появилась в кадре в домашней обстановке — уютная комната, мягкое освещение, она сама в элегантном домашнем платье. Профессионально созданная атмосфера доверительной беседы. Девушка сидела за туалетным столиком и наводила марафет.

— Привет, дорогие подписчики! — начала она с обычной улыбкой. — Сегодня такой насыщенный день… Вы, наверное, уже видели новости о деле Фаберже?

Комментарии посыпались мгновенно:

«Алла, ты что-то знаешь?»

«Расскажи подробности!»

«Они действительно невиновны?»

— Смотри, сколько людей онлайн, — шепнула Лена, указывая на счётчик. — Минуты не прошло, а уже десять тысяч зрителей…

Самойлова мастерски выдержала паузу, позволяя комментариям накопиться.

— Знаете, я всегда чувствовала, что в этом деле что-то не так, — сказала она наконец, покачав головой. — Слишком уж всё было странно… Такие мастера, такая репутация, сто пятьдесят лет искусства — и вдруг такой прокол?

Аудитория оживилась ещё больше:

«Алла права!»

«Всегда говорила то же самое!»

«Кто-то хотел их убрать!»

— Пятнадцать тысяч зрителей, — прошептала Лена. — Растёт быстро.

Самойлова словно невзначай подняла руку, демонстрируя браслет — один из наших готовых образцов. В свете ламп серебро и камни играли особенно эффектно. Она даже свет выставила именно так, чтобы камни сверкали.

Комментарии буквально взорвались:

«ЧТО ЗА БРАСЛЕТ⁈»

«Это у кого новая коллекция?»

«Алла, не томи!»

«Откуда такая красота?»

— Двадцать пять тысяч, — сообщила Лена. — И продолжает расти. Господи, уже тридцать…

Самойлова загадочно улыбнулась в камеру.

— Потерпите немножко, дорогие, скоро всё узнаете.

Она сделала паузу, позволяя интриге достичь пика.

— Следите за новостями, мои дорогие. И за моими эфирами тоже. Обещаю — скучно точно не будет! А пока напишите, чем вы пользуетесь на ночь, чтобы убрать отёки. А то в последние дни я по утрам похожа не пойми на кого…

Самойлова продолжала общаться с аудиторией, показывала какие-то банки и косметику. По нашей теме больше ничего существенного не было. Эфир завершился, но комментарии продолжали сыпаться ещё несколько минут.

— Триста тысяч просмотров за полчаса, — подвела итог Лена. — Больше десяти тысяч комментариев. Я не настолько глубоко погружена в тему, но думаю, что это отличные показатели…

Телефон зазвонил — мне набрала сама Самойлова. Лена сунула нос в чашку, делая вид, что её в комнате не было.

— Алла Михайловна, добрый вечер.

— Ну как? — спросила Самойлова без предисловий.

— Профессионально, — признал я. — Интрига создана, аудитория явно заинтересована. Когда планируете следующий эфир?

— Завтра вечером. Немного поговорим о вас, но без подробностей. Нужно держать людей в напряжении.

— Согласен. Главное — не переборщить с загадочностью.

— Не переборщу, уж поверьте. Катерина уже анализирует реакцию аудитории, завтра скорректируем подачу. Хорошего вечера, Александр Васильевич.

Положив трубку, я обернулся к Лене.

— Думаю, кампания стартовала успешно.

— Думаю, Самойлова на тебя запала, — ответила сестра.

— С чего ты решила?

— С того, что графиня, блогер-миллионник и одна из самых завидных невест Петербурга звонит тебе сама!

Ну, это, конечно, нетривиальный случай, согласен.

— Сдаётся мне, Самойлова просто очень хочет свой браслет.

Лена лишь громко фыркнула в кружку, отчего несколько капель попали ей на лицо. Я усмехнулся и подал ей салфетку.

Сестра со смехом взяла её и вытерлась. Она тоже немного расслабилась, я видел это. Да, работы стало вдвое больше, все мы почти не спали. Но этот проект вытащил семью из уныния. А это — главное.

Завтраки постепенно превращались в подобие оперативного совещания. Семья собиралась за столом не столько ради еды и кофе, сколько ради обсуждения текущих дел — слишком много всего происходило одновременно.

Хотя кого я обманываю? Сначала всегда был кофе.

— Вчерашняя партия элементов вышла значительно лучше предыдущей, — докладывал Василий Фридрихович, делая бутерброд для матушки. — Выход годной продукции достиг восьмидесяти семи процентов. Ещё пара дней — и выйдем на запланированные девяносто.

— Проблемы были? — спросил я, наливая себе кофе из турки.

— Несколько самоцветов показали нестабильный магический фон, — отец поморщился, будто от зубной боли. — Три агата и два сердолика. Внешне идеальные, огранка правильная, а магия… скачет. То работает нормально, то глохнет.

— Откуда камни? — уточнила Лена, делая пометку в своём неизменном блокноте.

— Из той екатеринбургской партии. Остальные самоцветы оттуда в порядке, так что не думаю, что это системная проблема поставщика.

— Но я всё равно напишу им. Пусть усилят контроль качества.

Лидия Павловна нахмурилась:

— Качество превыше всего. Один провал — и репутация, которую мы только начали восстанавливать, снова полетит в тартарары. Урок с императорскими артефактами был более чем наглядным. У нас больше нет права на ошибку.

— А как с остальными материалами? — спросил я. — Золото, платина, серебро?

— Запасов хватит ещё на две недели работы при текущих темпах, — отчиталась она же, пролистав несколько страниц блокнота. — Потом придётся делать новый заказ. Уже подобрала надёжных поставщиков.

— Цены? — поинтересовался я.

— В пределах разумного. Торговалась где могла, получилось неплохо.

Умничка. Лена оказалась прирождённым снабженцем — умела и торговаться, и выбирать качественный товар, и проверять документацию.