Системный Творец III (СИ) - Сорокин Александр Сергеевич - Страница 46

— Макс, ты — переменная, которую он не мог просчитать. Системный Творец. Он готовился к схватке с солдатами и системщиками, но не с тобой. Придумай, как вскрыть этот ментальный кокон? Я смогу пробить небольшую брешь в его поле, но ты должен быть готов.

Он не спрашивал, смогу ли я. Вальтер констатировал факт и возлагал ответственность. Его вера легла на меня тяжелым доспехом в разгар боя. И это зажгло во мне не панику, а холодную, сфокусированную ярость. Мысли понеслись с бешеной скоростью, выстраиваясь в цепочку логики и озарений. Пробить ментальную защиту… Лобовая атака бесполезна… Нужно не сломать щит, а… создать нечто, что он не сможет классифицировать. Не обычное умение, не физический удар, а нечто, рожденное на стыке правил.

Виртуальная мастерская «Живого Ремесла» мгновенно раскрылась перед моим внутренним взором. Голубые узоры пульсировали, откликаясь на мой призыв. В голове зародилась безумная, но еще не до конца сформированная, мысль. И для этого мне сперва нужно было создать «Колючих Часовых».

Но я не просто активировал создание артефактов, а запустил конвейер. Я почувствовал, как мой резервуар опустошается с головокружительной скоростью: минус 48… 96… 144 единицы. Три будущих «Часовых» материализовались в виртуальном пространстве, но я не позволял им обрести конечную форму.

«Колючий Часовой» (Эпический)

Тип: Мина/Ловушка.

Описание: Создает из Живой Древесины пассивного стража, невидимого для большинства способов обнаружения. При приближении врага активируется, обрушивая веер острых шипов, пропитанных энергией жизни. Они наносят проникающий урон и на несколько секунд опутывают цель сдерживающими корневыми структурами. Особенно эффективен против групп низко- и среднеуровневых противников.

Начиналось самое главное. Используя «Взгляд Творца», я увидел не отдельные предметы, а идентичные энергетические матрицы — песни созидания, спетые в унисон. Следующим шагом сосредоточился на их общей сути — шипах. Силой воли, опираясь на интуитивное понимание, дарованное моим классом, я приказал Системе преобразовать их.

Это требовало титанического ментального усилия, невозможного без виртуальной мастерской. Она служила мне одновременно инструментом, усилителем и посредником с фундаментальными законами бытия. Я не сплетал сущности, а переписывал их.

Затем применил «Плетение Сущностей» и соединил три инвертированные матрицы в одну, создав единый, нестабильный и смертоносный концепт.

— Готовься! — голос Вальтера прозвучал как удар хлыста, возвращая меня в реальность.

Я вышел из транса. В руке, зажатой в кулак, лежали три только что созданных «Колючих Часовых», но теперь они ощущались как одно целое — раскаленный, вибрирующий сгусток искаженной реальности.

— Сейчас! — проревел дядя.

Магистр резко выбросил руки вперед. Пространство между нами и Шепчущим исказилось, помутнело, словно открылся временный тоннель. Это был коридор, пробитый чистой силой воли, на долю секунды отсекающий ментальные помехи и прокладывающий прямую траекторию сквозь хаос боя.

Я не бросил снаряд, а выпустил концепт. Вся мощь «Стальной Плоти», концентрация «Абсолютного Тела» и ярость Творца, впервые осознавшего свою истинную силу, слились в одном движении. Три сплетенных артефакта, превращенные в изумрудный шар с пульсирующей черной сердцевиной, исчезли в моей ладони и мгновенно материализовались в метре от бесформенного сгустка Шепчущего. Они не летели, а переместились по проложенному Вальтером пути, игнорируя расстояние.

И тогда мое творение сработало. Оно не взорвалось, а медленно раскрылось, будто цветок из преисподней. Вместо острых шипов оно выпустило поток концентрированных лучей, которые, словно раскаленные иглы, вонзились в бесформенную плоть Шепчущего. На краткий миг тело просветилось изнутри, обнажив пульсирующее в агонии ядро, и испустило беззвучный ментальный вопль, от которого содрогнулся воздух.

Наступила тишина. Настоящая, оглушительная, ворвавшаяся в сознание после долгой какофонии шепота.

И в тот же миг перед моим мысленным взором всплыло сияющее системное уведомление, торжественное и уникальное.

СОЗДАНО КОМБИНИРОВАННОЕ УМЕНИЕ!

Умение: «Копье Анархии Жизни»(Уникальное, классовое)

Уровень: I

Прогресс: 0.1%

Описание: Вы впервые вышли за рамки ремесла, используя сущность вашего класса — право изменять и комбинировать системные правила на фундаментальном уровне. Вы создали не предмет, а новую форму атаки, рожденную из парадокса и воли.

Эффект: Позволяет мгновенно создать и объединить несколько однотипных артефактов (в текущей реализации — до 3-х) в единый снаряд, кардинально меняя их изначальные свойства на противоположные или качественно новые. Снаряд обладает свойством ментально-энергетического прорыва, игнорируя часть нематериальных защит.

Стоимость: Артефакты (материалы и энергия, необходимые для создания).

Откат: Отсутствует. (Умение основано на прямом творчестве, зависящем от ментальной концентрации и доступных ресурсов).

«Творец видит не вещь, а ее потенциал к изменению. Истинная сила — не в следовании правилам, а в праве их переписать».

Я стоял, тяжело дыша, чувствуя не физическую усталость, а глубокое ментальное истощение, сопровождаемое головокружительной эйфорией. Это было рождение моего первого настоящего умения как Системного Творца.

— Да! — проревел Эдварн. — Получилось, Макс!

Но мой взгляд был прикован к Вальтеру. В его глазах, помимо усталости, читалось нечто новое — безмолвное, тяжелое уважение. Он видел, понимал, что только что произошло. Этот немой диалог длился всего миг, потому что триумф, увы, был невероятно краток.

Шепчущий был мертв, но его смерть, похоже, не лишила орду управления. Наоборот, монстры пришли в ярость. Исполин, словно обезумев, удвоил напор. Аррас и Горам, уже измотанные, с трудом сдерживали его, отступая под градом каменных ударов. Стена трещала по швам.

Вокруг Шестирукого разгорелся настоящий ад. Лишившись сдерживающего разума, он обрушил всю свою ярость на Серу, Лиса и Ворона. Его движения стали непредсказуемыми, яростными. Шесть клинков из тьмы описывали смертоносные дуги, заставляя соперников отскакивать в последний миг. Воздух свистел, рассекаемый лезвиями, рожденными из самой сущности мрака.

Их бой превратился в сюрреалистичный, кровавый балет. Сера, как главная актриса этой пляски смерти, кружилась вокруг монстра, ее клинки парировали удары, высекая снопы багровых и стальных искр. Но она была лишь приманкой, ярким и яростным центром, приковывавшим к себе взгляд убийцы.

Лис и Ворон действовали как тени, словно отражения друг друга. Они не шли на прямой штурм, а появлялись лишь на мгновение: один слева, вонзая кинжал в сустав задней конечности, другой справа, пытаясь дотянуться до основания черепа. Их движения были пугающе синхронны, словно ими управлял единый разум. Шестирукий, отбиваясь от Серы, метался между ними. Клинки монстра проносились в сантиметрах от тел воинов, вспарывая камень стены, но не плоть.

Я видел, как на теле противника множились раны — глубокие порезы, обожженные участки от пламени Серы. Но он, казалось, не чувствовал боли. Черные, бездонные глаза были полны лишь холодной, нечеловеческой ярости, а одна из рук, удачно раненая Серой, двигалась чуть медленнее. И в этот миг тени сделали свой решающий ход.

Лис, словно призрак, возник прямо перед грудью монстра, отвлекая его. Шестирукий с ревом, напоминающим скрежет разрываемого металла, обрушил на него два своих клинка. Ворон в тот же миг, используя спину Лиса как трамплин, взмыл вверх, нацеливая кинжал в основание черепа.

Это был идеальный расчет, но монстр оказался хитрее. Третий клинок, двигаясь по немыслимой траектории, изогнулся в воздухе, как хлыст, и вонзился Ворону в спину, когда он был в наивысшей точке прыжка. Воин не вскрикнул, лишь коротко, судорожно выдохнул, и его тело, обмякшее, рухнуло вниз.