Турист (СИ) - Демченко Антон - Страница 7

— А ты девица-красавица, что ли, что к тебе без поклона и уведомления не подойти? — фыркнул я в ответ, но тут же посерьёзнел. — Не нервничай, господин Дитц. Мы же вроде все наши прежние недоразумения разрешили к обоюдному удовлетворению. Не так ли?

— Н-ну, да, — протянул Виллем, тряхнул головой и, словно взбодрившись, тут же перешёл на «ты». — Твоя правда, Сильвер. И прошлые решили, и новых не нажили. Надеюсь, и далее так будет. Но опаску в наших делах иметь надо. А ну как подслушает кто, о чём мы здесь треплемся? Всё ж не у меня в конторе встретились, а в баре колизея. Сигету-Мармацией и без того кишит любопытными крысами, живущими с чужих секретов, а уж в этой забегаловке и вовсе… Да здесь лишних ушей больше, чем тараканов на кухне!

— Вот за это можешь не переживать, господин Дитц, — отмахнулся я. — Мой полог ни один эфирник не пройдёт, про фиксаторы и вовсе молчу. А насчёт тараканов, спасибо за предупреждение. И раньше мне здесь обедать не доводилось, и впредь не стану. Итак?

— Информация, да… — Виллем раздражённо потёр ладонями тут же раскрасневшееся лицо и, словно собравшись с духом, наконец, перешёл к делу: — Как ты помнишь, заказ на подставу был организован в ЦС. И я, признаюсь честно, мог бы и сам об этом никогда не узнать, если бы не подсказка посредника, выданная мне ещё на переговорах по этому чёртову заказу.

— Какой болтливый посредник. Наплевать на главный принцип собственной работы… — протянул я. — Обычно такие долго не живут.

— Обычно, да, — напряжённо кивнул Дитц. — Но с Эстебаном мы знакомы больше тридцати лет и не единожды вытаскивали друг друга из проблем ещё в те времена, когда сам испанец даже не помышлял о карьере посредника, да и я наёмничий хлебушек жевал, а не негоции в СБТ устраивал. Иными словами, он мне обязан, а свои долги Эстебан предпочитает отдавать честно и в срок. Именно поэтому, предлагая работу с подставой твоего отряда, он обронил пару слов о заказчике.

— Полагаю, причина не только в высоких моральных качествах твоего знакомого посредника, а? — я прищурился. — Могу поспорить, если бы он не сумел уверить тебя в платёжеспособности заказчика, ты и не подумал бы браться за столь затратный заказ. Два десятка «Железных», да наём боевиков для устройства засады… Это ж немалые средства, очень немалые. А насколько я успел тебя узнать, Дитц, собственные деньги ты считать умеешь, и тратить их без гарантий возврата не стал бы. Потому и обмолвился посредник о ЦС. Я прав?

— Прав-прав, — скривившись, проворчал мой собеседник. Вот ведь… торгаш. Нашёл кому втирать о честности своего подельника! Тем временем Виллем, наконец, прекратил изображать из себя святую невинность и заговорил вновь: — Я, вообще-то, вёл немного к другому. Долг Эстебана одной той подсказкой закрыть невозможно, уж слишком многим он мне обязан. Я так подумал и решил, что могу взыскать должок, стребовав с испанца более подробную информацию о заказчике… Проблема была в том, что сам Эстебан исчез из Сигету-Мармация ещё две недели назад. Я было решил, что его вовсе убрали или сбежал испанец от каких-то неприятностей, но вчера утром узнал, что он вернулся в свою контору на страда Пандурилор как ни в чём не бывало… Вот после заката я и нанёс ему дружеский визит. Эстебан, признаюсь, был не очень рад нашей встрече, да и говорить на нужную тему тоже не хотел, противился, но… под полное списание долга согласился с моим предложением и сообщил, кто именно предложил ему тот чёртов заказ от Центра.

— Вот как… — протянул я, откидываясь на спинку стула. — Интересно. А ты, Виллем, уверен, что твой старый друг не солгал?

— Абсолютно, — тяжело мотнув головой, Дитц отхлебнул из кружки пива и, утерев пену с губ, договорил жёстко и с абсолютной уверенностью в своих словах. Уж это-то я почувствовал наверняка: — Не в его интересах врать.

— Понимаю, — я покачал головой. — Надо полагать, его обязательства в отношении старого друга Дитца основываются не только на внутренней убеждённости и моральных качествах самого Эстебана, но и…

— Я бы не хотел распространяться об этом, — Виллем со стуком вернул опустевшую кружку на стол. — Но могу ручаться, Эстебан не врёт. Ему это не просто не выгодно, но и смертельно опасно. Попробуй он вилять, и на свет вылезет такое, что ему и дня не прожить.

— Что ж, пусть так, — я прищурился и, побарабанив пальцами по липкой столешнице, вздохнул. — Ладно, мне ваши секреты не нужны. Но, Дитц, ты же понимаешь, что в случае его обмана ответишь ты. Я даже искать этого твоего испанца не стану. Зато тебя… ну, да ты же помнишь, для меня это не проблема, так что сбежать не получится, Виллем. Осознал перспективу?

— Осознал, — нехотя проворчал тот, но тут же встрепенулся и добавил уже куда более уверенным тоном: — Но в этом предупреждении, Сильвер, нет необходимости. Повторюсь, я совершенно уверен в том, что Эстебан сказал правду. Собственно… я даже успел проверить по своим каналам и убедился, что указанное им лицо действительно прибывало в Сигету-Мармацией в день, когда я получил предложение о заказе. И убыло оно тем же днём, через Тячевский пост.

— Местная таможня поделилась? — уточнил я. Дитц кивнул.

— И почему я не удивлён? — я снял очки, в очередной раз напугав собеседника серым сиянием глаз, и, протерев стёкла, водрузил пижонскую оправу обратно на нос. — Ладно, будем считать, что все предупреждения даны и поняты, а значит… «Имя, сестра, имя!».

Цитату из несуществующего здесь фильма Виллем, разумеется, не узнал, но смысл сказанного понял верно, так что через несколько секунд я уже знал фамилию, имя и должность человека, с подачи которого мой нынешний визави пытался устроить Гремлинам проблемы. На этом, собственно, наша встреча с Дитцем и завершилась, к обоюдному удовольствию.

Уже оседлав арендованный мною неприметный серый байк и захлопнув забрало шлема-интеграла, чтобы не пугать окружающих серыми бельмами глаз, я оглянулся на массивную бетонную коробку колизея, пожал плечами и, поддав огня резвой машинке, запетлял по улочкам Сигету-Мармация, на ходу размышляя о состоявшейся только что встрече с балканским торгашом. Странный человек, всё же, этот господин Дитц. Меня он боится и, похоже, не переваривает органически, что в целом понятно и очевидно, но при этом он скрупулёзно, старательно и до последней запятой выполняет все условия достигнутых нами договорённостей, и, судя по его эмоциональному настрою, у немчуры и мысли нет устроить очередной кидок, коими полны его обычные негоции в СБТ.

Страх? Да, есть такое дело. Боится меня Виллем Ханс Дитц всерьёз, только я уже успел убедиться, что в случае необходимости мой временный союзник вполне способен задавить это паскудное, но порой полезное чувство и действовать, невзирая на него. Жадность? Тоже имеет место быть. Заключённое нами соглашение сулит ему немалые барыши, да. Только они всё ещё «виртуальны», то есть предполагаются где-то и когда-то в будущем. А неприязнь ко мне, вплоть до мучнистой отрыжки, у него уже сейчас налицо. Но терпит. Ждёт? Чего? Хм, а ведь и в самом деле… во время беседы чувствовался от Дитца этакий флёр… предвкушения? Нет, не так. Там не было и намёка на злорадство или чего-то в этом роде, а вот азарт… Азарт, да, ощущался довольно отчётливо. Интересно.

Разумеется, получив от балканского торгаша данные на замазавшегося в этой дрянной истории функционера Центра, я не собирался тут же ломиться к тому в гости. Сначала поиск дополнительной информации, разведка на месте, а вот потом… потом да, можно будет и навестить этого нехорошего человека. Может быть. А может, ему повезёт и встреча не состоится. Посмотрим.

Остановив байк на парковке арендной точки и оплатив наличкой выставленный мне счёт, я вышел на улицу и, скользнув в ближайшую подворотню, открыл окно на базу. Уже оказавшись в своём кабинете, я рухнул в кресло за рабочим столом и, не теряя времени, связался с ещё одним знакомым с той стороны границы.

— Приветствую, Эрик, — появившаяся на экране физиономия Рауса на миг застыла, словно подвиснув, но немец тут же пришёл в себя. Моргнул и, растрепав и без того взъерошенную шевелюру, точнее, её остатки, сосредоточенно кивнул.