Последняя (СИ) - Гусейнова Ольга - Страница 15

– Ого! – оценила я.

Канна между тем положила на каминную полку кошель из зеленой замши, украшенный красивой вышивкой, и наказала:

– Даки Эйкана, прошу вас не забывать и носить его с собой. В нем заговоренная свеча, она ярко горит и долго не тает. Хватит надолго…

– Зачем мне свеча?

– Если вдруг почувствуете слабость, зажгите свечу, подпитайте огнем вашего зверя.

– Спасибо! – признательно выдохнула я, проникнувшись заботой духа. – Даже не знаю, чем смогу отблагодарить вас в ответ.

– Выиграйте поиск! – неожиданно хитро улыбнулась вошкана. – Для меня будет достаточно.

– Постараюсь! – беззаботно хихикнула я.

А про себя подумала: «Неужели она посчитала, что у меня есть шанс?»

Уже перед сном, сидя у окна и любуясь ночными светилами Ранивира, я мысленно перебирала в памяти день, насыщенный событиями и новыми лицами. И чтобы упорядочить в голове сумбур от множества впечатлений, решила разложить все по полочкам во избежание некрасивых ситуаций. Например, вдруг ошибусь с именами изначальных.

Итак: первым номером отметила даки Орхарана, ректора академии и заодно распорядителя отбора. Почему-то этот дракон с теплыми темными глазами и выдержанным, благожелательным обращением мне сразу понравился. Может, цвет волос смеси соли и перца, немного похожий на мою полосатую масть поспособствовал?

После него, как и на представлении, следовала первая триада изначальных. Для упрощения будущего распознавания после имени каждого кратко описала внешность и набросала первое впечатление.

Рыжий громила вир Рейран – весельчак и заводила. Пепельной масти вир Адеран – загадочный и суровый тип. Черноволосый вир Иштран похож на кота, блудливого и себе на уме.

Затем вписала вторую триаду. Невероятные красавчики! Вир Хайран с волосами винного цвета наверняка уже видит себя на троне Верховной триады. Голубовато-серебристый вир Лоран – как лунный камень не только цветом, но и загадочностью.

Жгучий брюнет вир Ульран… Карандаш словно по сам по себе нацарапал напротив его имени «палач». Хотела зачеркнуть, чтобы никто не увидел, а потом, задавив страх, оставила.

Когда очередь дошла до описания третьей триады, моих спасителей, рука с карандашом зависла. Не сказала бы, что они понятнее остальных изначальных или значительно отличались, но воспринимались иначе, ближе, что ли. Тотчас разлилось приятное тепло в груди и возникла улыбка на губах. Так и писала, с радостной, благодарной улыбкой, припоминая, как очнулась тогда и за кого их приняла.

Вир Ашкеран – шатен с изменчивой внешностью Великого Ранивира. Белоснежный блондин с короткими растрепанными волосами и серыми глазами – вир Сейлишран, подобный Пресветлому Артемису. Брюнет-некромант – вир Шейран, напоминающий Великого Шатура.

Полюбовавшись на свои аккуратные записи, я хихикнула. После изначальных нужно бы имена и отличительные черты девушек записать, но пока я толком никого не запомнила. Чуть позже дополню свою памятку. А пока можно с легким сердцем идти спать.

Глава 5

Все прониклись, это хорошо!

Третий день на острове Первой зари начался самым воодушевляющим образом: утренний, еще непривычно яркий свет согрел лицо, проникнув в каждый уголок моей комнаты. Следом не менее настойчиво завозился в груди мой зверь, заявляя, что нас нужно срочно покормить.

Счастливо улыбаясь, я даже нежиться в кровати не стала, резвой козочкой поскакала в ванную приводить себя в порядок. Затем, вернувшись в комнату, с удовольствием поприветствовала появившуюся вошкану:

– Доброе утро, Канна. Очень рада вас видеть.

– Доброе, даки Эйкана. Ваш счастливый, довольный вид и мне добавил радости, – улыбнулась призрачная помощница, при этом весьма материально шуруя кочергой в камине, чтобы пламя быстрее разгорелось.

Взглянув на огонь, я впервые столкнулась с проявлением дуальности своего сознания. Ноги торопливо понесли меня к камину, куда Канна передвинула стол и уже накрыла к завтраку.

– Ай-яй-яй! – хихикнула я, осознав, что это происки моего юного, нетерпеливого зверя.

Возможность подпитаться энергией огня и еда на столе стали для него непреодолимым искушением, поэтому без намеков взял добычу пропитания в свои лапы. Усевшись за стол, мне пришлось приложить усилия, чтобы вернуть под контроль собственное тело. Затем недолго посидела в неподвижности, не прикасаясь к столовым приборам, дрессируя выдержку своего зверя, показывая, кто хозяин в нашей паре. Не дело это в девятнадцать лет вести себя как новорожденный котенок. Теперь важно постоянно следить за ним и контролировать, не то буду как злобная, разболтанная кузина Черуша, которую в мгновение ока выводила из себя то мельтешившая навозная муха, то пробегавшая мимо курица, то принесенный ветром запах мятника…

Взяла ложку и поймала на себе одобрительный взгляд Канны. Призрачная девушка улыбнулась, причем искренне – улыбка отразилась в едва-едва окрашенных голубым, почти прозрачных глазах, когда она мягко, вежливо отметила:

– Вы молодец, все верно делаете. У вас сильный зверь, даки Эйкана. Вам девятнадцать, а она совсем малышка, поэтому постарается как можно быстрее подрасти и полноценно сформироваться, чтобы соответствовать. Вам с ней потребуется много, очень много энергии.

Я не привыкла к открытому проявлению чувств, они либо навлекали на меня неприятности, либо мало кого интересовали, поэтому с детства вела себя сдержанно в любой ситуации. Только с мамой позволяла себе быть полностью открытой. Однако с Канной было легко, она вызывала интуитивное приятие, как своя, родная. Оттого я без зажимов и стеснения вновь открыто ей улыбнулась:

– Спасибо Канна, я сделаю все возможное для своей кошечки, чтобы она быстрее выросла. – Чуть помолчав, я не удержалась, спросила с отчаянной надеждой: – Вы уверены, что она сильная?

Дух усмехнулась, подмигнув мне:

– Я чую в вашем звере искру изначального огня, разве он может быть в чем-то слабым?

– Не может! – с восторгом выдохнула я и с азартом приступила к завтраку.

В летний день, да еще рядом с пылающим камином мне не было жарко! Мой зверь действительно шустро поглощал энергию огня, используя в качестве дополнительной подпитки. Пока ела, с наслаждением ощущала, как наполнялась живительной силой.

– Даки Эйкана, позвольте порекомендовать вам обратиться к будущим наставникам, обладающим огненным даром. Необходимо зачаровать ваш гардероб, чтобы защитить от огня. Как магического, так и настоящего. Они научат применять нужные заклинания.

Я кивнула, смущенно покосившись на три крохотные почерневшие дырочки от попавших на роскошный шелковый халат искорок из камина. Почему-то на коже они не ощущались, но портили одежду.

– Вы правы, Канна, при первой же возможности попрошу помочь.

Перед глазами невольно появились образы триады спасателей, особенно рана Ашкерана – изначального с теплыми, желто-карими глазами. Огонек внутри меня одобрительно загудел, соглашаясь, что обратиться за помощью к тому дракону – самое верное решение.

Этим утром в меня влезло гораздо больше еды, чем вчера, что уж говорить о Шаграе, где я не ела, а по словам мамы, клевала как птичка. И все равно не было ощущения набитого живота: колбаса, яйца, хлеб, щедро намазанный маслом и медом, еще и овсяная каша – все будто в топке сгорало. Я стала походить на обычных шаграев, мои соплеменники ели много, чтобы быть сильными и крепкими.

Одевалась я, пританцовывая от распиравших меня радости и любви к миру. Вспомнив вчерашний совет вошканы всегда носить при себе свечу, я выбрала легкое изумрудное платье и прикрепила к поясу заветный зеленый бархатный кошель. Волосы заплела в две косы. Поколебавшись, надевать шляпку передумала. Изначальные даже поляну для испытаний выбрали под сенью деревьев, заботясь о комфорте невест. Задорно крутанувшись вокруг своей оси, улыбнулась себе в зеркале.

– Даки Эйкана, вы готовы принять посетителей? – неожиданно спросила Канна.