Последняя (СИ) - Гусейнова Ольга - Страница 14

– Нет! – с яростью взревела я, отказываясь от пропитанных предательством посулов, и тут же окунулась в нестерпимую боль разбушевавшейся тьмы.

Третий раз я вынырнула из тьмы в огромном, сверкающем позолотой зале. Чуднее всего, сидела на троне, стоящем на возвышении аж с несколькими ступенями. Облаченная в золотую парчу, с пальцами, унизанными драгоценными кольцами, я взирала с высоты на толпу подданных разных рас, с трепетом склонившихся передо мной. Я не только видела, всем телом ощущала, что забралась на недостижимую вершину. Я властитель Колыбели Жизни. Именно мне решать: кому жить, а кому умереть! Вторая после богов!

Внизу, у первой ступени, склонив голову, стоял на коленях весьма богато одетый мужчина. Житель Альтайры, хвостатый и рогатый представитель расы ашуров, третьей по численности и могуществу в том мире. Причем, образовавшей королевство. По бокам от него замерли суровые стражники ашуры, которые по приказу Верховного совета этого воинственного народа доставили своего правителя ко мне на высший суд. Чтобы избежать смуты, попросили меня как самую мудрую, справедливую и могущественную решить судьбу их правителя.

Я смотрела на умного и сильного мужчину, наделенного властью, который согнулся, но не сломался. Чувствовала, что в целом он неплохой, просто поддался неожиданно вспыхнувшей черной страсти, возжелав до мушек перед глазами и потери благоразумия прекрасную жену своего младшего советника. Однако женщина любила мужа и не хотела повелителя. В итоге мужчина, привыкший получать все, коварно убил своего советника, а после попытался присвоить убитую горем вдову. Да только она категорично отвергла его поползновения.

Более того, несчастная, догадавшись о содеянном преступлении против своей семьи, на глазах у всех, призвав самих богов в свидетели, обвинила повелителя в убийстве своего мужа из похоти к ней. И Верховному совету пришлось, дабы избежать народной смуты, переложить судьбоносное решение на мое величайшее усмотрение. Наверняка надеялись, что я его помилую и отправлю восвояси, погрозив пальчиком.

И вот сидела я, вальяжно развалившись на вершине мира, да рассматривала коленопреклоненного красавца и размышляла, чего он достоин. А народ в своих мирах раболепно ждал моего вердикта. Увы, о чем бы я ни думала, глядя на мужественного повелителя ашуров, так неудачно воспылавшего страстью, мое решение должно быть холодным, взвешенным и справедливым. Только слабые перекладывают ответственность на других, сильные несут ее бремя сами.

– За совершенное преступление ты понесешь соответствующее наказание. Твое деяние заслуживает смерти. Казнить его! – спокойно и холодно постановила я.

Меня опять накрыла беспощадная тьма…

Я очнулась, хватая ртом воздух, в котором чудился запах дыма, тлена и горечь принятого решения о чужой казни. Вир Иштран смотрел на меня синими, все понимающими глазами, еще и придерживая за локоть, чтобы не свалилась от подкатывавшей волнами слабости. Ноги дрожали, да что говорить, во мне дрожала каждая клеточка.

– Поздравляю, даки Эйкана, вы с честью прошли испытание на силу духа. И вступили на путь поиска истинной любви, – тепло улыбнувшись, тихо сказал дракон тьмы.

Вымотавшись на драконьем испытании, я не сразу вникла в суть поздравления, в ушах еще стоял гул, в носу – вонь пожарища. А когда осознала, вытаращилась на вира Иштрана и задала, наверное, наиглупейший вопрос:

– Вы не шутите?

– Нет. Я совершенно серьезен! – шире улыбнулся он. – Вы можете идти, даки Эйкана, на сегодня оба испытания вами успешно пройдены. Отбор завершен. Позовите свою вошкану, пусть проводит вас в покои. Вам обязательно надо хорошенько отдохнуть. Все же из-за произошедшего накануне на вас свалилась двойная энергетическая нагрузка.

– Благодарю вас, – выдохнула я единственное, что пришло в мою измученную испытанием голову.

Вир Иштран кому-то кивнул, и мой локоть тут же перехватил один из стражей, отвел в сторону, чтобы следующая невеста приступила к испытанию. Вставшая на мое место девушка с нескрываемым страхом наблюдала, как меня на нетвердых ногах уводят под руку. Похоже, выглядела я под стать своим ощущениям.

Выбравшись в сумрак деревьев-исполинов, увидела, что небо над поляной уже окрасилось в багровые оттенки наступающего заката. Ничего себе, всего два испытания – а длились весь день. Вернее, еще не закончились для тридцати девушек. Остальных, видимо, как и меня отпустили. Только для скольких из них испытания завершились успешно?

Крепкая чужая ладонь на моем локте нервировала, не привыкла я к прикосновениям, только мама и обнимала «позор рода». Поэтому, натянуто улыбнувшись стражу, вежливо вытянула руку из его осторожного захвата:

– Благодарю вас, даки, я пришла в себя.

– Хорошего вам вечера, даки Эйкана! – поразил он знанием имени одной из трехсот невест изначальных.

Оставшись одна, я откашлялась, чтобы не сипеть, затем негромко и неуверенно позвала свою помощницу:

– Мне нужна помощь!

И тут же передо мной появилась вошкана с похожим на мое лицом. Она приветливо улыбнулась:

– Поздравляю, даки Эйкана! Я рада, что вы стали невестой изначальных.

– Благодарю! – устало улыбнулась я, не в силах порадоваться своей удаче из-за эмоционального опустошения.

– Вам помочь сократить путь до покоев? – неожиданно предложила она.

– Да, конечно, – закивала я.

Успела два раза, третий раз кивнула в своих покоях, прямо возле мягонькой софы, на которую, оторопело похлопав глазами, обессиленно плюхнулась.

Вошкана между тем самым что ни на есть магическим образом переодела меня в пижаму и халат, отчего я вновь ошеломленно захлопала глазами. Потом зачем-то, в самый разгар лета, сноровисто разожгла огонь в камине.

– Вроде не холодно… – осторожно намекнула ей на очевидное.

И проглотила все очевидности, неожиданно ощутив отклик своего зверя, жадно потянувшегося к живому огню. Его жажда была настолько сильной, отчаянной, что заставила меня переместиться на пол поближе к камину и зачарованно смотреть на разгорающееся пламя. Больше того, вскоре я ощутила, что огонь не только жарко пылал, но и наполнял меня энергией, отчего хотелось быть к нему еще и еще ближе. Хотя, казалось бы, после пройденного испытания, где меня дважды чуть не спалили, наоборот, должна была кидаться прочь от любого источника огня…

Пока я наслаждалась ощущениями единения со своим зверем, вошкана хлопотала по хозяйству: положила на пол подушку для меня, принесла низенький столик и наставила на него тарелок с восхитительно пахнущими блюдами. Принесла мне тазик с водой и полотенце, чтобы вымыла руки и пока я их вытирала, деловито поясняла:

– Для вашего зверя огонь – дополнительное питание, только магическое. Не пренебрегайте им и зверь быстрее вырастет и окрепнет. И обязательно чаще ешьте, сейчас это очень-очень важно, даки.

– Спасибо за советы, я обязательно им последую! – поблагодарила я, наслаждаясь теплом камина и запахом еды.

Трясущейся от слабости рукой зачерпнула ложку густого мясного супа, отправила в рот и зажмурилась от удовольствия.

– Мое имя – Канна, даки Эйкана, – назвалась вошкана. – На время поиска я буду служить вам верой и правдой. Клянусь во всем помогать, хранить ваши секреты и делиться необходимыми знаниями.

Я с радостной улыбкой ответила:

– Для меня честь и большая удача получить такую замечательную помощницу и в чем-то наставницу. – Подумала и добавила: – Если откровенно, только сейчас, благодаря вашей клятве, Канна, я осознала, что действительно прошла испытания и вошла в число невест изначальных.

– Ну что же, значит я тоже успешно справляюсь со своей работой, – поклонилась помощница.

– Канна, могу я спросить: почему ваши лица похожи на лица ваших подопечных?

– Вам можно обо всем у меня спрашивать, даки Эйкана. Вошканы видят суть и дар других. Поэтому, когда мы кому-то служим, частично перенимаем суть хозяина. Чтобы лучше вас понимать, быстрее найти общий язык.