Участковый (СИ) - Барчук Павел - Страница 3

А потом девушка заговорила. Вернее, начала вычитывать мне за то, что я вроде как умер, но при этом, не совсем.

— … Будьте добры отчалить по месту прибытия! Либо вверх, к свету. Либо — вниз, уж извините, во тьму. А не вот это вот все!

Она замолчала, сложив руки на груди. Её красные глаза сверкали негодованием.

— Где мы находимся? И кто вы, собственно говоря, есть? — спросил я, пытаясь сохранять спокойствие.

Хотя, на самом деле мне было совсем не спокойно. Слова девицы о смерти слегка нервировали. Пожалуй, даже больше, чем дурацкий цвет глаз.

— Вы находитесь в АнтиЗале! Пред-преддверии! Буфере! Промежуточной станции между Миром Яви и всем остальным! — девушка говорила с такой интонацией, будто читала мне инструкцию по пользованию унитазом, который я только что сломал. — Меня назначили вашим персональным ангелом-проводником! Это там назначили. — Девица ткнула указательным пальцем в потолок. Потом опустила голову вниз и посмотрела на пол. — А там — меня назначили демоном-куратором. Знаете ли, у нас нехватка кадров. Приходится бегать между двумя отделами. К тому же, с вами ситуация, мягко говоря, нештатная!

— Ангел? — я скептически осмотрел девушку с ног до головы. — Если вы — ангел, то я, уж простите, Коля Цискаридзе. Насчет демона, еще куда ни шло. Красивой женщине позволяется быть кем угодно. И с чего вы взяли, будто я умер?

— С документа! — девушка выдернула прямо из воздуха какой-то свиток, — Вот! «Артём Николаевич Марков. 54 года. Участковый. Разведен. Детей не имеется. Смерть: травма черепа, нанесенная бутылкой с самодельным алкогольным продуктом „Первачок-Модерн“. Причина смерти: излишняя проницательность вкупе с неудачным стечением обстоятельств». Всё верно?

— Ну… в общем, да. Наверное…— растерялся я.

— Прекрасно! — девица с торжествующим видом свернула свиток. — Так вот, Артём Николаевич! По всем параметрам ваша скромная, но честная душа должна была отправиться… — она замялась, снова развернула бумажку, посмотрела в нее, — … хм, по адресу «Сектор 7-Г, Уровень 4». Это не рай, конечно, но и не ад. Нечто среднее. Типа очень плохого санатория, в котором часто случаются перебои с горячей водой, а душ Шарко ждет вас вместо завтрака.

— Понятно, — сказал я, хотя на самом деле ничего понятно не было.

— Нет, непонятно! — Девушка, будто прочла мои мысли, — Смотрите! Ваш показатель «Незавершенных земных дел»! Ноль! Абсолютный, кристальный, идеальный ноль! — Она снова развернула свиток и практически ткнула им в мое лицо, — Обычно у людей висят ипотеки, обиды на тёщу, недосмотренные сериалы! А у вас — ничего! Вы что, вообще ни о чём не мечтали? Ни к чему не стремились?

Я задумался. Ну… хотел новую резину на служебную машину. Мечтал, чтобы Валентина Семёновна переехала к дочери в другой город, ибо задолбала она меня неимоверно. Чтобы в столовой, куда я хожу каждый день, на обед наконец-то перестали готовить макароны по-флотски. Хм…В глобальном смысле — наверное, да, ничего.

— Видите? — ангел-демонша была в ярости. — Вы так легко и непринуждённо умерли, что ваша душа, не встретив никакого сопротивления в виде недочитанной книги или невыполненного обещания жене, должна была просто улететь по назначению! Но нет!

Девушка топнула ногой.

— Вы здесь! В буфере! Вы застряли! Из-за бюрократической ошибки! Ваш Петренко, оказывается, был не просто алкаш, он был адепт культа демона Бельфегора. Петренеко вместе со своим товарищем добыли специальный кубок в качестве жертвенного подношения и должны были вручить его непосредственно Бельфегору. Поэтому ваше убийство попало под статью «Смерть при контакте с потусторонними силами»! А это уже — претензия на гибель ради человечества. Кроме того, вы ухитрились оставить Бельфегора без подношения из-за чего он подал жалобу. Теперь будут разбирательства. Мне придётся заполнять семь форм в трёх экземплярах, отправлять запросы, созывать комиссию!

— Погодите… — Я покачал головой. — Петренко адепт культа? Вы вообще слышите себя? У Петренко только один культ. Культ граненого стакана. Какой, к чертовой матери Бельфегор?

— Ну здравствуйте, приехали… — Девица всплеснула руками. — То есть, по-вашему алкаш не может служить демону? И прекратите выражаться нелестными словами о матери Бельфегора. Это даже как-то неприлично.

— Да по-моему это все вообще какой-то бред! Демоны, адепты…

— Вот и помолчите! — Рявкнул девица. Ее красные глазища на мгновение вспыхнули огнем. Настоящим.

Она снова принялась мерить шагами комнату, бормоча себе под нос: «Форма Б-666… ходатайство от нижестоящего инстанции… сводный акт…»

Я смотрел на неё и потихоньку начинал осознавать ситуацию. Похоже, моя смерть — реальный факт. Меня убили алкаши-сатанисты. Едрить те в нос… Более тупой кончины придумать сложно.

Теперь мой личный проводник в мир иной злится на меня не потому, что я плохо жил, а потому что плохо умер, и создаю ей лишнюю бумажную работу.

— Скажите, пожалуйста… — осторожно начал я. — А нельзя всё это как-то… упростить, решить… ммм… договориться?

Девушка резко остановилась и посмотрела на меня своими алыми очами. В них мелькнула искорка не то надежды, не то коварства.

— Послушайте, Артём Николаевич, — сказала она сладким голосом, от которого у меня почему-то зашевелились волосы на затылке. — Есть один нестандартный протокол… Для самых безнадёжных случаев. Вы же участковый? Верно?

Я почувствовал себя крайне неуютно. Последний раз подобное ощущение у меня было, когда подписывал бумаги о разводе. И оно кстати, не подвело. Благоверная лишила меня всего, в том числе квартиры, доставшейся от родителей.

— В общем, — Девица улыбнулась, и от этой улыбки стало ещё страшнее. — У меня для вас есть интересное, взаимовыгодное предложение. Вы поработаете немного на нас, а мы… мы закроем ваше дело. Быстренько и без лишних вопросов. Работенка — тьфу! Легче легкого. Мы отправим вас в Советский союз образца 1980 года. Советский союз! Оцените уровень и масштаб нашей доброты. Решайтесь, Артём Николаевич. Для вас это — единственный шанс.

Глава 2

— Это шутка такая? — Поинтересовался я спокойным голосом, хотя на самом деле мне хотелось сделать что-нибудь крайне неспокойное.

Наши переговоры длились уже десять минут, а мы никак не могли прийти к единогласному решению. Предложение девицы на поверку оказалось стопроцентной аферой. Она на полном серьезе предложила мне стать… как бы это сказать покультурнее… Черт… Не получается культурно.

— Почему шутка? — Красноглазая особа сделала обиженное лицо, будто мои слова задели ее за живое.

— Потому! Вы предлагаете отправиться в Советский Союз, в 1980 год и под личиной участкового следить там за нечистью. — Я помолчал пару минут, а потом весомо, со значением, повторил. — В Советском Союзе. За нечистью.

— Ну да… — Девица небрежно пожала плечами, словно речь шла о чем-то вполне обыденном. — Нечисть, она, знаете, политический строй не выбирает. Ей что монархия, что демократия, что социализм — все одно. Ситуация с Союзом осложняется высоким уровнем секретности, который ведьмы, колдуны, бесы и вся эта братия должны соблюдать. Сами понимаете, в стране, где религия — опиум для народа, нечисть, если что, не на костер потащут, а в Комитет Государственной Безопасности. Или, тьфу-тьфу…на исправительные работы. Еще не известно, какой вариант хуже.

— Так… Ладно. С этим, пожалуй соглашусь. Но… Взаимовыгодное предложение? Серьезно? — я скептически посмотрел на девицу. — Напомните, где моя выгода?

— Выгода, Артём Николаевич, в том, что вместо вечности в «Секторе 7-Г» с постоянными перебоями горячей воды и поющими сиренами вы получите шанс снова стать живым! Пусть даже на время. О, кстати! Про сирен-то я вам не рассказывала. Поверьте мне — это самое настоящее испытание. Через пару веков их вокальные «таланты» сводят с ума даже необычайно стойких.

— Сирены? — я громко хмыкнул. — Ну знаете, на первый взгляд подобная перспектива кажется гораздо привлекательнее, чем ваше предложение отправиться в прошлое.