Слой Первый. Книга 3 (СИ) - "Poul ezh" - Страница 17

Оказалось — есть…

— Это просто обучение управлять рукой заново. — терпеливо пояснял мне Эхо, вставляя Сердце в кисть, дело оказалось довольно быстрым, протез был максимально простым в использовании. — Со временем ты вообще забудешь об этом думать, и оно автоматически будет, как только в голове появятся устоявшиеся, хм, привычки, назовем это так. Чем больше работаешь, тем увереннее пользуешься.

— Это можно отнести к любой сфере деятельности. — пробурчал я, шевеля пальцами.

— Значит сказано верно.

И если со стрельбой проблем не возникло — будто эта мысленная команда у меня уже была заложена на подкорке — то с бытовыми функциями пришлось повозиться. Поэтому я тренировался при каждом удобном случае, чтобы вернуть себе не просто железную клешню, а полноценную руку.

— Ничего, я тебя ещё усовершенствую, — пробормотал я, медленно сгибая и разгибая мизинец в стороны, совершенно недоступные моей обычной руке. — Из пальцев стрелять буду…

Ещё один важный момент касался Сердца: его не нужно было заряжать. Оно напрямую тянуло энергию из моего Нексуса. Как выяснилось, тип энергии схож с той, что используется в гоблинских устройствах, и вполне подходил для работы этой поделки. Это стало ясно ещё в момент установки. Может, Нексус и гоблинская энергия — вообще одно и то же? Просто разные подходы.

— У каждого из нас есть источник, — ответил Эхо, когда я спросил, почему так вышло. — Правда, мы думали, что это всё сказки… Пока не попали сюда. Здесь, без технологий, наш потенциал и раскрылся. Но чтобы наполнять источник, нужно убивать. Много. И лучше представителей других рас. Твоя энергетическая сигнатура очень близка к нашей — источники схожи по характеристикам, и потому энергия не конфликтует.

Да уж… Против гоблинов мой «последний довод» точно бы не сработал. Они просто невосприимчивы к таким выбросам. Это только те, кто получил силу через интерфейс, гибнут как мухи — потому что сила у них заемная и, по сути, им не принадлежит.

А у гоблинов, да и у меня теперь — свой собственный источник и своя собственная магия. Вот такое весьма некрасивое неравенство. И эти источники схожи по одной простой причине — они не местные и пришли из Изнанки. Видимо, снаружи магия опирается на одну конкретную механику, в отличии от этого места, которое извратило все, в том числе и магическую силу.

Даже Падшие — аватары неизвестного и очень сильного существа, должны были подстраиваться под местные магические законы.

Еще одним плюсом протеза было то, что он не дрожал. При активации боевой программы, движения становились плавными, будто там встроен гироскоп, и в совокупности с дополнительным интерфейсом прицеливания от самого револьвера, это превращало меня в снайпера — я мог суслику в глаз попасть с двадцати метров.

Эффект стабилизации был странный по ощущениям — если дергать рукой резко, она будто увязала в чем-то плотном и двигалась плавно. Любые мелкие неосознанные движения компенсировались этим эффектом, который, кстати, тратил энергию. Что было вполне логично.

Когда мне надоело сгибать и разгибать пальцы во всех направлениях, я вернулся к попытке открыть интерфейс — с тех пор, как я прогнал через себя разом такую прорву энергии, он не откликался и это меня беспокоило. Вдруг я своим поступком выжег интерфейс окончательно и теперь не смогу прокачиваться дальше?

Да, я пользовался способностями, но там и активация была интуитивная, никакого интерфейса не нужно, достаточно было простого желания.

А так мне хотелось увидеть главное — что мне дали за уничтожение церковников.

Никто не отменял того факта, что за убийства людей и вообще любых живых существ я теперь тоже получаю награду — осколки душ. Вот только их явно не хватало, чтобы перебросить меня на Второй Слой. Жаль, что сейчас я даже не мог проверить, сколько их у меня накопилось.

— У вас, случаем, карт не было? — спросил я, когда мне надоело безуспешно пытаться открыть интерфейс. Увидев непонимающий взгляд молодого гоблина, уточнил: — Ну, карт местности. Где что расположено. Схематические изображения городов, гор, рек…

— Нет, зачем? — пожал плечами Эхо. — У нас мастера на планшетах географию отмечали, пока техника работала. А потом, когда прокачали мозги, всё в голове держали. Я с армией не ходил — как сюда телепортнулись, мы сразу мастерские в горах поставили. А выдернули нас оттуда совсем недавно.

— А как обратно в те горы попасть, знаешь? — спросил я. Похоже, я понимал, о каких горах идёт речь. Гоблины появились в нескольких днях пути от Прешбурга, и во мне даже теплилась надежда, что он сейчас подскажет.

— Не, даже не скажу. Как по мне — тут всё одинаковое. Мы в закрытых палатках катались, дел было по горло. Смотреть некогда было… О! Вот тут что-то написано про Прешбург, вроде!

— Оппа! — я тут же подскочил к гоблину и уставился на надпись. Название города почти стёрлось, но кто её написал, было ясно без всяких сомнений.

«Биорк из Пре…а казёл!»

Главное — название города почти исчезло. А вот имя мэра — было вырезано весьма четко.

— Ха, действительно, — удивлённо воскликнул я и пояснил гоблину: — Биорк — это мэр Прешбурга. Мэр — это тот, кто главный и отвечает за развитие и жизнь города.

— Как вождь?

— Да, наверное. Только не воюет.

— А почему «казёл»? Это как… божественное почитание? Мэров нужно чтить, как апостолов Спящего?

— Вот об этом история, к сожалению, умалчивает. Но это точно оскорбление, а не форма почитания. Козёл — это просто вредное животное. И ничего больше. Апостолов… Придумал тоже, мне кажется, у Спящего нет апостолов. А церковь — просто люди, которые хотят подчинить весь этот мир и стать самыми главными.

— Правильное желание — одобрил Эхо. — А зачем иначе жить? Нужно становиться сильнее, чтобы подчинять слабых. Иначе подчинят тебя… как…

Я задумался, глядя на надпись.

— Даже интересно, за что его так… да ещё и на таком расстоянии от города.

— Ругательства, — Эхо улыбнулся. — Ругательства — это хорошо. А то мне бы не хотелось никого почитать как бога.

— Почему?

— Богов нет. Есть просто существа, достигшие определённого порога развития. Мы до конца не понимаем, где именно проходит эта грань — возможно, дело в нашей технологической отсталости. Возьми хотя бы вашего Спящего. Ты вообще знаешь, где находишься?

— Если честно — нет, — признался я. — Мне рассказывали про Слои, что их тут много, и что везде живут люди. Но как это всё выглядит со стороны — вот это действительно интересно.

— С радостью бы рассказал, — Эхо покачал головой и поморщился, словно проглотил что-то горькое. — Но не могу. На всех нас наложены ментальные ограничения. Побочный эффект подчинения Хозяину. Мы физически не в состоянии объяснить местным, как всё устроено на самом деле.

— Так вы не добровольно пошли к нему на службу? — удивился я.

— Если бы… — он замолчал, подбирая слова. — Если бы у нас был выбор — подчиняться или нет…

Было видно, как он лавирует среди запретных формулировок, осторожно выбирая выражения.

А ведь как было бы хорошо — вот он, ценный источник информации. Тот, кто мог бы объяснить, что здесь вообще происходит. Как выглядят Слои с Изнанки. Сюда ведь попадают самые разные существа — и явно не случайно. Многие ищут артефакты, знания, силу… но дальше Городов и Колыбелей никто не проходит. Никто, кроме Падших.

Взять хотя бы тех первых вторженцев, которых мы подстрелили во время моей первой вылазки в Город. Могли ли они быть из той же вселенной, что и Эхо? Вполне возможно. Технологически развитая раса, занимающаяся изучением аномалии, в которую мы тут все попали. Это было бы логично.

Я хоть и не помню про себя ничего, но такое строение мира, это явно не норма.

Вопрос только, почему все вторженцы агрессивны. Да и Творец не питает к ним любви, выдавая задания на их уничтожение.

— Подожди. Но почему запрет всё ещё действует? Разве ваш Хозяин не погиб? — переспросил я, сбитый с толку.