Слой Первый. Книга 3 (СИ) - "Poul ezh" - Страница 15

Взял первое попавшееся железо, что оказалось частью кузнечного молота и применил способность, в результате чего, наконец то получил себе долгожданные патроны. Есть чем отбиваться. Хорошо.

С другой стороны оружия вокруг валялось немеряно, после того как стороны практически под ноль вырезали друг друга, желающих собрать ценные вещи с поля боя практически не осталось. Во всяком случае я пока никого не видел.

Но то, обычное оружие не давало никакого чувства защищенности, в отличие от моего револьвера, поэтому зарядив барабан, и найдя подходящую сумку, я наполнил ее патронами и полез по телегам, «сердце» для протеза само не найдется.

Почти час ковыряясь в обозе я ничего похожего не нашел. Зато нашел десяток небольших золотых слитков, каждый весом грамм по двести. Их тоже закинул в сумку, будет мне возмещение ущерба, даже интересно сколько оно тут стоит.

А то и вовсе пули отолью из него, буду золотом шмалять и войду в местные легенды. Сундучок, в котором было золото имел замок, но я даже заморачиваться не стал, замок пустил на пули и спокойно его открыл.

— Вот что значит зашоренность сознания, — добавил в слух, удивленно разглядывая свои руки. — Охренеть, конечно, умение. Это же прямо мечта взломщика!

Радовался новым граням своего вроде бы простого умения я недолго, так как потом нашел Эхо.

Молодой гоблин, судя по всему, даже не сопротивлялся, когда его проткнули штыком или узким клинком, так и лежал рядом со своей сумкой и инструментами под колесами большой телеги. Я медленно опустился перед ним на колени.

— Мне жаль. Хоть мы и враги, но мне искренне жаль, что так получилось, — сказал я ему на прощанье.

Неожиданно Эхо вздохнул и открыл глаза.

— Что?

— Живой⁈ Лежи, лежи спокойно! Я сейчас! — я разорвал комбинезон гоблина на животе и осмотрел рану. А не так уж всё и плохо. Клинок не вошел в кишки, пройдя по мясу сбоку, глубоко, но не смертельно. — Дышать можешь?

— Да. Лекарня вот… — Эхо указал взглядом на телегу. — Синий ящик.

Быстро найдя чистые тряпки и что-то похожее по запаху на спирт, я прочистил рану, не смотря на завывающего от боли гоблина и крепко перемотал.

— Воды… — гоблин пытался ловить капли, но этого было слишком мало.

— Потерпи, пока нельзя. Я бы и сам сейчас воды попил, — вздохнул я, оглядываясь в поисках на чем бы утащить раненого.

Оставаться ему тут было нельзя. Люди, не смотря на такие потери, и панику, которую я создал, вернутся. Я был в этом уверен. Да и фералы тоже. Тут ведь грабь не хочу. Никто и против не скажет.

И молодой гоблин, тем более раненый с человеком, у которого гоблинский протез — это прямая дорога к смерти. А смерти, ни своей, ни гоблина, я больше не хотел. Я вообще не хотел больше смертей в этом моменте.

Довольно скоро возле аптекарской телеги мне попалась одноколесная тачка, на которой видимо возили раненых. Она была вся в крови. Но это дело я быстро поправил, накидав брезента и небольшой матрас с подушками. Положив туда, потерявшего сознание гоблина, и схватил телегу, я постарался как можно быстрее покинуть обоз. Так будет лучше всем.

Шел я в сторону от гор, так как там-то точно еще могли попасться солдаты с двух сторон, а вот среди степи, только если крайне не повезет и нарвусь на разведчиков, тогда плохо будет. Но на всякий случай, замотал гоблину лицо и почти всё тело, щедро обмазав заодно и первой попавшейся густой мазью, надеясь только, что она не для смазки колес использовалась, оставив свободным только рот.

— Живот, — простонал Эхо во время вынужденной перевязки.

— Я знаю. Но так надо, руки дай сюда.

Насколько это решение было правильным, я понял, когда мне навстречу поднялась ушастая фигура ферала, выпендрежно закинувшая винтовку на плечо и раздувшаяся словно павлин. На груди у него висели две ленты с патронами, крест-накрест, весьма лихо подчеркивая его полосатую шкуру.

— А ты чей будешь?

Голос оказался подозрительно знакомым. Ба! Так ведь это тот мой ночной гость, парень ферал, который так и не представился. После его пропажи я общался уже с его командиром, но командир мне не стал рассказывать ничего про первого ферала, только спрашивал. Видимо, первый передал о том, что я ходячий источник сведений о гоблинах и со мной начали разговор на более высоком уровне.

Я рассказал, как дрался с гоблинами, или гобсами как они их тут все называли, а также всё что может быть полезно для драки. Причем немного так приукрасил, пусть лучше боятся и дерутся отчаянней, чем нарвутся на тех, кто с них шкуры спустит.

— Ну если бы ты пообщался со мной под телегой подольше, я бы и рассказал, — ответил я на вопрос, глядя в глаза фералу-охотнику. — Рад что ты жив, а где Кухра?

Кухра был командиром свободных охотников, и именно с ним я общался по ночам о всяком. Мне было очень интересно, почему церковники не всегда ставили своих фералов в охрану, а допустили тех, кого они считали, по сути, дикими.

Вейс, даже проговорился во время нашего первого и последнего совместного ужина, что фералов первого слоя ждет только две участи — рабство, или служба на церковь, всё остальное — смерть.

И вот Вейс уже мертв, пусть и временно, а Кухра скорее всего нет.

— А, страшняка! Я тебя узнал! Кухра режет острые уши с братьями, а нас в разведку отправили да по тылам, — пояснил рысь. — Ребята, это свои. А куда ты собрался, человек? Еще и с раненым.

— Подальше от всей этой херни и от церкви. Как можно дальше, — мой ответ, я думаю, был ему очевиден. — Не сошлись мы с ними в споре кто хороший, а кто плохой.

— Это да, они трудные лысые, — засмеялся рысь. — Так куда идешь?

— Не знаю. — вздохнул я. — Подальше от войны, от гоблинов и от всех остальных. Пропустишь?

— Да не вопрос. Иди, — великодушно разрешил ферал, показывая рукой на степь за спиной. — Дружка только оставь. Пахнет он монетками.

— Не оставлю. Лучше не начинай. Он мне помог. Я помогу в ответ, — отрезал я, и положил руку на рукоять револьвера. — Не надо, друг. Не стоит начинать вражду из-за одного раненого.

— Да я тебя не боюсь, — засмеялся ферал. — У меня три снайпёра в кустах лежат, ты ствол даже вытащить не успеешь, как получишь три лишних дырки. Тебе нужны лишние дырки? Даже мне не хочется, чтобы ты ими обзаводился. Ладно, одно ухо, я так уж и быть пропущу. Иди.

— Так просто?

— А чего усложнять? Ты рассказал, подсказал, мы братанов меньше потеряли. Баш на баш, — ферал свистнул и вокруг меня, в радиусе метров десяти показалось еще бойцов десять.

Показав им несколько знаков, рысь словно отдал приказ, так как вся его группа сорвалась и ушла вперед, оставив его одного со мной. Ну или еще снайпера сидят.

— Если пойдешь по утреннему светилу, через три дня выйдешь к холму с большим деревом, под ним метки людские. Там выберешь куда идти, — тем временем ферал неожиданно начал мне объяснять куда идти. — В центр не ходи, я видел, как ты церковников положил. Кухра сказал тебя прикрывать, мы два десятка ушей собрали, пока ты как теленок бродил среди гобского обоза, слепошарый. Так что к церковникам не суйся, там тебя там на куски порежут. Или на юг, или на восток.

— А ты не знаешь где Гримдол находится? — на всякий случай спросил я. Про Прешбург сознательно спрашивать не стал, надеясь хоть чуть-чуть сбить у церковников свой поиск.

— Даже не слышал, но в города тебе лучше не соваться, желтые круги сейчас есть в каждом. За болики тебя сдадут все, кто только учует на тебе гарь с этих жирных рож. Иди человек и пусть трава скроет тебя от глаз страшного огненного коня.

— Спасибо. — Это всё что я мог сказать фералу в благодарность. — Если я понадоблюсь, найди меня, и я отплачу сполна за твою помощь. Кухре, от всего сердца привет, я запомнил, что он говорил.

— Не сомневайся, я найду, — кивнул тот, ехидно улыбнувшись и подмигивая одним глазом, а потом просто испарился, как ниндзя.

— Блин, что ж вы тут все такие крутые ходите, а, — перехватив тачку поудобнее и не оглядываясь, пошел куда показал ферал, а какие еще варианты у меня есть?