Соленья и варенья от попаданки, или новая жизнь бабы Зины (СИ) - Даль Ри - Страница 22

Я решительно достала кисет и протянула Прилле один целлат. Она взглянула на монету со смесью удивления и оскорбления.

Может, я мало дала?..

— Убери, убери, Зина, — возмутилась женщина, когда я полезла за вторым целлатом. — Негоже нам брать деньги с путницы, да ещё и от Дитя Целлианы.

— Почему? — недоумевала я. — Это ведь от чистого сердца…

— Нет-нет, — Прилла замотала головой. — Убери. Денег не возьму. Езжай, как есть, Дитя. И береги себя в пути.

— А как же вы?..

— Мы справимся, — убеждённо ответила хозяйка. — Раз уж дорога привела тебя к нам, значит, того пожелала Целлиана. Значит, подала нам знак, что всё будет хорошо.

Конечно, Прилла не знала о том, что на меня саму совсем недавно напали торгаллы, а я не посмела развенчать её иллюзии, потому что ей нужно было верить во что-то, что давало ей надежду.

Но и совсем без оплаты я уйти не могла. Ничего ценного, кроме денег, у меня не было. И тогда я протянула Прилле то единственное, чем дорожила сама.

— Вот, возьми.

Женщина отпрянула в испуге:

— Тем более не возьму, Зина…

— Возьми, — настаивала я, протягивая в зажатой ладони нож. — Это драконья сталь.

— Это очень дорого…

— Это единственное, чем ты сможешь защитить своих детей… — я осеклась и добавила: — Если придётся.

Прилла медленно осторожно кивнула. Она забрала оружие из драгура, которое однажды действительно могло очень пригодиться ей. А если бы такой клинок был в семье раньше, может, и не понесли они столь жестокие потери. Но сейчас Прилле было необходимо чем-то защитить свой дом и своих детей. Грабли и кухонные ножи ей вряд ли помогут, если снова нагрянут неживуны.

Женщина сделала глубокий вдох, приложила нож груди, а затем быстро спрятала его обняла меня. Её дети присоединились к объятьям.

Мне стало так больно и тягостно уходить, но и остаться я не могла. Мой путь лежал дальше на юг, и я уже почти решила, что первым делом обязательно отыщу Тихую Мельницу.

Глава 34.

Окончательное решение я приняла, будучи в гостях у Приллы. Мне живо представилось, каково это — остаться совершенно одним в жестоком мире, где рассчитывать можно было лишь на себя и благословение небесной богини. Но насчёт последнего я уже точно знала, что боги нечасто вмешиваются в ход человеческих событий. Целлиана так и сказала мне, чтобы я на неё не уповала. Так что, по факту, люди оставались предоставлены сами себе, а слепая вера просто помогала им не унывать. Надежда — это тоже ведь важно.

Однако гораздо важнее, кроме надежды, иметь и что-то посущественнее. Не подари мне Эллая тот нож, я бы сейчас лежала вместе с Брунаром. А теперь наделась, что это оружие послужит и другим людям, в чьих лицах мне мерещилась судьба родных Брунара. Должно быть, его жена и дочь не в лучшем положении. Прилла хоть здорова, тьфу-тьфу-тьфу, а Сималла тяжело болеет. Нире, её дочери, тяжело вдвойне. А что с ними станется, когда узнают о смерти отца? Ничего хорошего. Они заслуживали хотя бы получить деньги, за которые Брунар поплатился собственной жизнью.

Да, соблазн оставить себе дракаты был велик, но совесть твердила, что так поступать нельзя. Окончательно я поняла это после встречи с Приллой и её осиротевшими малышами. Ничего, сама я как-нибудь справлюсь. И не с благословения богов, а своими силами. Заработаю как-нибудь, протяну. В конце концов, у меня ведь ещё остались целлаты и торины. Их я точно решила оставить себе. А дальше найду способ не остаться без торина в кармане.

Заметили? Я уже стала говорить, как настоящая торесфалька!

Честно говоря, настолько быстро я сжилась с окружающей действительностью, что даже не видела ничего удивительного в своём положении. Ну, да, раньше жила в одном мире, теперь — в другом. А что такого? Люди ведь переезжают в другие дома, квартиры, города, переселяются в другие страны и даже меняют континенты. А я всего-навсего переехала в другой мир. И теперь этот мир уже стал моим. Да, суровый и неприветливый, да, зла и несправедливости здесь было не меньше, чем в моём прошлом мире. Но зато какая природа кругом стояла! Красота!

Мне, как выросшей в деревне, были милы виды окружающей местности — зелёные цветущие поля, сочные травы, высокие деревья, приземистые кустарники. Изредка попадались и взгорья, но чем дальше я уходила на юг, тем становилось теплее и зеленее, а деорога становилась ровнее. Сидя в телеге, я любовалась пейзажами, вдыхала свежий воздух, наслаждалась тишиной и красками природы, но меч Брунара держала при себе — всё-таки об опасности не стоило забывать.

Кстати, что делать с мечом, я так и не решила. По-хорошему, его ещё раньше стоило схоронить вместе с хозяином. Но сейчас я вдвойне понимала, что поступила правильно, не сделав этого. В данный момент меч был единственным средством, способным защитить меня в случае нового нападения торгаллов. Нож-то я свой отдала.

Однако, когда отыщу Тихую Мельницу и встречусь с Сималлой и Нирой, следует ли отдать оружие их погибшего кормильца? Личное оружие — это ведь почти как орден павшего солдата… А что тогда останется мне? Судя по реакции Приллы на мой дар, клинок из драгура стоил неприлично дорого. Бедная женщина согласилась принять подарок лишь потому, что понимала — он может помочь сохранить жизни её детям. В противном случае Прилла бы отвергла подношение, как чересчур дорогое.

Смогу ли я где-нибудь купить себе новый клинок, если отдам меч семье Брунара? И стоило ли так рисковать?..

Ох, как же тяжко принимать подобные решения. Дилеммы, дилеммы, дилеммы… И ведь каждый раз кто-то в итоге оказывается обделённым.

Короче, я так пока ничего не решила. Полагала, верное решение озарит меня тогда, когда увижу родных Брунара — вот тогда и пойму, как поступить, а до этого времени нечего было терзаться.

Дорога вела всё дальше и дальше. Карта у меня оказалась довольно приличной — со множеством указаний и деталей. Хорошая вещь, мне она верную службу сослужила. И вскоре я поняла, что Тихая Мельница должна быть где-то близко. На карте не было такого названия, но была отмечена (подозреваю, самим Брунаром) какая-то точка неподалёку от Галеса. Видимо, искомая мной деревенька была совсем крохотной, но точно находилась где-то поблизости с одним из самых крупных городов во всём Торесфале.

На подъезде к местности я заметила и перемены в ландшафте: снова стали попадаться горы, не слишком высокие и покрытые густой растительностью, а ещё завиднелись то тут то там дома. Я подъезжала к густонаселённой местности, а где-то впереди, на берегу Колючего Моря стоял Галес — порт, куда должен был доставить меня Брунар, и оттуда на корабле меня бы повезли на Самариз…

Я сделала глубокий вдох и выдох, успокаивая нервы. Сейчас у меня была другая задача — разыскать ту самую Тихую Мельницу. И, судя по карте, я находилась почти у цели — буквально в нескольких шагах, возможно, прямо сейчас созерцала тот самый дом, где дожидались своего отца и мужа парализованная Сималла и её юная дочь.

Глава 35.

— Дивного солнца! — приветствовала я случайного крестьянина, который попался мне на пути.

Старичок приподнял соломенную шляпу и воззрился на меня. Без любопытства и опаски — просто глянул, как глядят в сторону отвлекающего звука. Тут местные жители гораздо меньше чурались незнакомых путников, ведь дорога вела туда, куда стекались многие — здесь привыкли к странникам и ничего удивительного не находили.

Я немного переживала, что старика могут смутить мои волосы. По пути я ещё раз обновляла цвет при помощи мыла — с ним я уже примерно знала, как управляться. А порошок чернодрева пока не использовала — с этим ещё предстояло разобраться. Но даже при всех моих стараниях фиолетовый оттенок оставался виден на потемневших волосах, а скрывать их под капюшоном стало просто невмоготу — упарилась бы по такой жаре, да и выглядело бы это куда более подозрительно.