Гений Медицины. Том 3 (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 46

Я выглянул в коридор, поймал куда-то бегущую Свету, и приказал принести магния сульфат. Она всегда отличалась быстрой сообразительностью, поэтому уже через пару минут я сам сделал пациентке инъекцию. Теперь оставалось только немного подождать.

— Это наша Евгения такой беспорядок учудила? — ахнула соседка по палате. — Залила всё отделение! Она упоминала, что маг воды, и работает кем-то там на водоочистительном сооружении, но такого мы не ожидали!

— Такое иногда бывает, — отозвался я. — Она не виновата.

По полу уже бежала вода. Думаю, риск затопления и этажа под нами тоже был. Хотя как знать, клиника это хорошая, подобное могли и предвидеть при строительстве, обеспечив изоляцию этажей от протечек.

— Что со мной? — очнулась виновница фонтанов в терапии. — Что произошло?

— У вас подскочило давление, и из-за этого вы активировали свои магические силы, — пояснил я. — В результате заставили воду литься из всех раковин на этаже.

— Кошмар, — ахнула Евгения. — Со мной такого никогда не было. И ничего не помню, просто отключилась, и всё.

Примерно так это и происходило. Редкое, но опасное осложнение. Ведь подобным образом может активироваться любая магия.

— Сейчас как себя чувствуете? — спросил я.

— Сейчас в порядке, — прислушавшись к себе, ответила она. — Я вообще с гипертонической болезнью лежу, доктор. Только голова сейчас болит.

Это и понятно, давление подскочило довольно сильно, а снижаться теперь будет медленно. Слишком быстрое снижение допускать тоже нельзя.

Интересовало меня другое, из-за чего оно в принципе подскочило?

— Так, до того, как стало плохо, были какие-нибудь стрессы? Или, может, чашка кофе? — спросил я.

Причину определить надо, иначе есть риск повторного эпизода.

— Нет, — она неловко попыталась соврать, и залилась краской.

— Евгения, вы две кружки кофе выпили! — возмутилась её соседка. — А я сразу сказала, что из-за него может давление подняться!

— И не только давление, — подтвердил я. — Так, больше чтобы никакого кофе!

Водница понуро кивнула. Думаю, произошедшее послужит ей хорошим уроком, и этой ошибки она не повторит.

Я осмотрел её ещё и магическим аспектом.

— Так, магией не пользоваться пять дней, — заключил я. — Много сил потратили, магический центр полностью истощён.

Ещё бы, устроить потоп во всём отделении. Вода покрывает пол минимум на сантиметр. Хорошо что обувь у меня была непромокаемая.

Фонтаны кстати бить перестали сразу же после того, как пациентка очнулась.

— Поняла, — снова кивнула Евгения. — Извините за неудобства… Если надо оплатить ремонт…

— Вы в этом не виноваты, — отрезал я. — Другие пациенты не просят извинения за свои симптомы же. Значит, и вы не должны. Отдыхайте.

Она слабо улыбнулась и в третий раз кивнула. А я поспешил в коридор.

Там развернулась удивительная картина. Возле поста медсестёр стоял мужчина в сером классическом костюме, с заметно намокшими рукавами и штанинами. Рядом с ним стоял Зубов, и что-то активно ему говорил.

— Это безобразие! — услышал я, подойдя ближе. — Пришёл знакомиться с отделением! Что у вас тут вообще происходит? Шутка чья-то?

— Нет, это не шутка, — торопливо отозвался наставник. — Это, наверное…

— Осложнения у одной из пациенток, — я подошёл к ним. — Из-за подскочившего давления самопроизвольно активировался магический центр, и выдал всю магию вовсе. Женщина оказалась стихийницей. Давление в трубах поднялось, вода полилась наружу. Сейчас пациентка в порядке, давление уже стабилизировал.

Зубов с облегчением вздохнул, а этот незнакомый мужчина в сером костюме посмотрел на меня со смесью недоверия и предвзятости.

— Вы кто? — буркнул он.

— Это мой врач-интерн, Константин Алексеевич Боткин, — поспешил представить меня Михаил Анатольевич. — А это наш новый заместитель главного врача, Кобылин Семён Михайлович.

Так вот он какой, заместитель главного врача от Министерства Здравоохранения. Первое впечатление не самое приятное. Слишком уж у него надменный взгляд.

— И что за чушь мелет ваш интерн? — поинтересовался Семён Михайлович.

Да, второе впечатление полностью подтверждает первое.

— А что именно из моих слов показалось вам чушью? — полюбопытствовал я.

— Что за осложнение, которое влияет на магический центр? — фыркнул Кобылин. — Это ерунда, детские сказки. Ясно же, что женщина просто решила проверить свои магические силы. Или вообще, диверсию совершила в клинике! Её надо немедленно отсюда выписывать, и предоставить счёт за ремонт!

Что он вообще несёт⁈ Как я и думал, заместитель, присланный от министерства, умом не блистал. Я подозревал, что он станет новым источником проблем, но не так сразу!

— Константин, такое осложнение и правда есть? — осторожно спросил Зубов. — Звучит действительно несколько… надуманно.

А теперь мне и мой наставник не верит! Кажется, в современном мире с магическими заболеваниями знакомы очень и очень плохо.

— Действительно есть, — вздохнул я. — Ухудшение состояния у мага вызывает стресс у организма. Стресс приводит к тому, что активируется магический центр. Результат вы видите сами. Я бы сказал, что ерунда — это предположения Семёна Михайловича. Какая ещё диверсия?

— Как вы со мной разговариваете? — взвизгнул тот. — Скоро состоится новый конкурс на лучшую клинику города. И конкуренты вполне могли заслать сюда мага, который испортит ремонт! Да ещё и вас подговорить, вот это всё нам наговорить!

Он теперь ещё и меня обвиняет в сговоре с каким-то конкурентами? Ох и плохая же нота для начала знакомства…

— Я прохожу здесь интернатуру, зачем мне вообще с кем-то сговариваться? — вздохнул я.

— Если вам в другой клинике обещали место, при условии, что та клиника выиграет соревнования, — торжествующе ответил Семён Михайлович. — Но не выйдет!

Да он ненормальный!

— Никто меня не подговаривал, — вздохнул я. — Никто не просил меня ничего говорить. Я вам сказал так, как было на самом деле. И пациентка не будет платить не за какой ремонт. Это симптом заболевания, и она в нём не виновата.

Дело было даже не в том, могла Евгения оплатить или нет. Аристократка, из богатого рода, думаю смогла бы. Но давайте делать всех пациентов виноватых в их симптомах! Винить их не знаю, за рвоту например. За жидкий стул. За паралич ног. Это же бред!

— Ну у вас и отделение, — возмущённо произнёс Кобылин. — Я напишу обо всём этом докладную в министерство здравоохранения! И дополнительно разузнаю про вашу пациентку, раз вы ничего делать не хотите. А вы наведите в отделении порядок! Ситуация будет обсуждаться на более высоком уровне. Всё!

Он развернулся, и пошёл к лифту. Наверное, чтобы отправиться на более высокий уровень.

— Как он умудрился так намокнуть? — проводив его взглядом, спросил я. — В воде повалялся?

— Стоял возле раковины в сестринской, когда всё началось, — смущённо ответила Надежда Васильевна. — Вода хлынула на него, и он намок.

— Константин Алексеевич, пройдёмте в ординаторскую, — строго заявил Зубов.

Когда мы пришли в нашу комнату и закрыли за собой дверь, он решил выказать своё недовольство.

— Это что такое было? — возмутился он. — Первое знакомство с новым заместителем главного врача, а вы уже успели влезть в конфликт? Константин, ну неужели нельзя было пойти на уступки?

— На какие это уступки? — я возмутился не меньше его. — Он винил бедную пациентку чуть ли не в измене Российской Империи! Подставила, притворилась, сама активировала магию. Я же её осматривал! Когда возникла вся эта ситуация в отделении, она вообще была без сознания!

— Но ведь точно мы утверждать не можем, — упёрся Михаил Анатольевич. — Может быть, это действительно шпион от конкурентов. И Семён Михайлович прав.

— Я её осматривал, — повторился я. — И уверен в своём заключении.

Наставник тяжело вздохнул и устало присел на диван.

— Я верю вам, Константин, — заявил он. — Но вы ведь понимаете, что если бы подали всё это помягче… Я бы смог договориться с новым заместителем. А теперь мы вообще не влияем на ситуацию.