Учитель из прошлого тысячелетия (СИ) - Еслер Андрей - Страница 35

Как оказалось — нет. Вернее, та, что была внутри давно не принадлежала к роду людскому.

Сама себя она называла Мара, славянская богиня смерти.

Когда Листик и бабуля ушли, нам пришлось с ней долго и обстоятельно поговорить.

Богиня не желала покидать тело Марго, пока я не дам обещание. Я блефовал, говоря, что могу выкурить её в любой момент. Это не так. Велик риск повредить рассудок сестры, а то и саму душу.

— И что ты предлагаешь? — сидя друг напротив друга с одинокой свечой по центру длинного стола, мы напоминали пару возлюбленных.

— Мне необходимо тело, — сообщила Мара, я кивнул в ответ, но после следующего запроса расстроился. — Не простое тело смертной, а оболочку, что сможет выдержать мой дар.

— И где я тебе достану такое тело?

— Проблемы, что меня не касаются, — отмахнулась стерва. — Твоя сестра этого стоит, поверь.

— Попробуй хоть что-то сделать с ней, — елейно промурлыкал я.

— Ты не так понял. Тело твоей сестры, это универсальный сосуд. Вы плотно переплетены. Поэтому она уникальна. Не могу раскрывать всех секретов, но мне не подойдёт обыкновенный человек или даже сильный маг. Тело придётся либо создать, либо украсть.

Я надолго задумался.

И когда всё так изменилось? Раньше я просто сражался, а сейчас мне на головы норовят высыпать очередной мешок проблем, из разряда: «Пойди туда — не знаю куда, найди то — не знаю что».

— Надеюсь ты знаешь, как создаётся тело? — спросил я.

— Знаю, — кивнула Мара. — Но, сначала сделка.

— Хорошо, даю слово, что найду тебе новое тело.

Она гибко встала и подошла ко мне, протягивая ладонь. Мы заключили сделку, Марго глубоко вздохнула, вытянулась в струнку, как балерина, когда плывёт на носочках, а затем упала мне на руки.

Положив сестру на стол, я погладил её по щеке, а на душе стало гораздо спокойнее.

В зале стало светлее, ушёл весь сумрак, исчезло давление аур, загорелись светильники. Я рассмотрел на своей руке пятно, которое быстро превратилось в маленькую татуировку снежинки.

Голос сотряс пространство, заставляя реальность вибрировать.

— Ты дал слово, паладин.

Час от часу не легче.

Марго пришла в себя и улыбнулась.

— Всё закончилось?

— Да, маленькая, всё закончилось, — ответил я. — Как ты себя чувствуешь?

— Хорошо, — прислушавшись к себе, выдала вердикт сестра. — Ты только не обижай Мару, она хорошая, у неё не было выбора.

— Почему ты никому не сказала?

— Я не думала, что это нужно. В моменте меня переполняла такая сила, что разум попросту выключался, я словно плавала в тёплом бассейне. Мысли были такими ленивыми, а мир вокруг скучным. Потом я приходила в себя, но тут же забывала, что что-то произошло.

— Теперь всё в порядке.

Поговорив с сестрой, услышал робкие шаги и отдал её на растерзания помолодевшим бабулям.

Пришла пора возвращаться к делам.

— На ловца и зверь бежит, — расплылся в улыбке больше похожей на оскал Молот.

Здоровяк встретил меня на выходе во двор, а за его спиной стояли и крутили головами пара представительных мужчин за сорок.

Вопросительно подняв подбородок, остановился, ожидая объяснений.

— Просятся к местному главе, — произнёс паладин, пожимая круглыми плечами. — Я отправил было к твоему отцу, но он быстро сбагрил их назад.

— Понял, спасибо, уважаемые, следуйте за мной, — поймав взгляды гостей, пригласил их в беседку.

Вторая, что неусыпно следовала за мной на территории замка тут же испарилась, чтобы подать холодный чай.

Расположившись в беседке, услышал имена.

— Трофимов Константин, — высокий худой дядька с щетиной и впалыми глазами. — Рад знакомству.

— Куертов Артур, — это уже второй, пухлый и низкий, производящий впечатление человека доброго и любящего кухню, любую кухню.

— Святослав, — кивнул я. — Что вас привело ко мне, господа.

— Святослав? — намекая на фамилию или отчество, спросил низкий.

— Да, просто Святослав, — раздражённо ответил я.

Гости сориентировались быстро.

— Мы пришли просить разрешение об открытии торгового дома в вашем округе, — сказал Трофимов.

— Почему именно здесь? Вам мало империи? — озадачился я.

— На это есть свои причины, — ответил торговец и начал перечислять. — Ваши земли подчиняются лично вам, а уже вы императору. Вы не представляете, как это важно. Бюрократия, логистика, тарифы и налоги.

— А ещё вы один из немногих, кто может дать укорот Стародубцеву, — вставил второй и Трофимов посмотрел на приятеля с укором. — Буду честен, мне интересно лично это.

— Так, поясните, — забарабанил пальцами о стол я.

— Никита Сергеевич плотно занялся политикой, он является самым большим землевладельцем… По крайней мере являлся, пока вчера днём не было объявлено о новом княжестве. Все несогласные со Стародубцевым долго не живут. Не подумайте, он не убивает людей налево и направо, но может сильно осложнить жизнь. Так произошло со мной. Род Ленских, земли которого были арендованы моим предприятием, резко потерял власть, а новые условия оказались для меня не приемлемыми.

— Любопытно, а подробнее?

— Условия Стародубцева везде одни и те же, либо доля в бизнесе, либо ищите другое место, — криво усмехнулся Куертов.

— И император подобное позволяет? Это же похоже на вымогательство.

— Юридически он ничего не нарушает, — пожал плечами Куертов. — В правилах прописан такой сценарий.

И правда, написанные полтысячи лет назад правила являются законом. Никто не спешил их менять, а сейчас уже поздно, других проблем хватает.

К императору рядовой бизнес и все обездоленные не пойдут, ибо тогда станут кричать о том, что монарх играет в самодержца.

Получается, что Старик начал бить по самому больному, аморфной и неповоротливой бюрократической и социальной машине.

— А другие аристократы?

Вопрос очевидный, но вдруг всплывёт что-то новое.

— Они не хотят портить с ним отношения, — скривился толстячок.

— Следующий вопрос, — вздохнул я, возвращаясь к теме грозы для бывшего ректора академии. — Какое количество людей в империи уже знает о том, что я некий тёмный паладин из прошлого.

— Все кому это надо, — ответил Трофимов. — Лично к нам информация спустилась из армии. Позволю себе смелость предположить, что ваш образ и чудесное возвращение из небытия кем-то компрометируются, вполне возможно самим Стародубцевым.

— Каким образом?

— Вы не читаете прессу? — изумлённо спросил Куертов, подпрыгнув в кресле. — Новостные порталы постоянно упоминают вас и муссируют ваше возвращение, уже как вторые сутки.

— И что пишут?

— Что вы ненавидите аристократов, эдакий кровавый диктатор, желающий власти.

— И вам не страшно было приходить ко мне?

Дельцы промолчали. Страшно, но видимо все иные перспективы страшнее.

— Вы только что подтвердили тот факт, что это не особо важное дело, отвлекаться на новости, — констатировал я. — Возвращаясь к вопросу о торговом доме. Мне понятны ваши мотивы. Император не помощник, его сдерживают рода и закон. Стародубцев имеет большой вес и прогибает всех и каждого….

Я задумался. Выходила какая-то путаница.

Законы, что были придуманы, идеально работали для мирного времени, но пришла война и… Главная проблема в том, что война как бы идёт, но по факту её нет.

Империя защитила рубежи. Демоны атакуют только диверсионными отрядами, все застыли, словно мухи в меду.

Вопрос, зачем Стародубцеву столько влияния? Он жаден до власти, это очевидно, но почему действует сейчас? Ответ неприятен, но очевиден. Он знает, что полноценного вторжения демонов в ближайшее время не будет. Причины не важны, он в этом уверен, иначе бы не разыгрывал комбинации, а брал всё грубой силой. Откуда знает? Лебедева? Да, Лебедева…

В эту же схему отлично ложится переданная мне власть над частью Сибири и отправка в Британию.

Император сделал свой ход, создал противовес в моём лице, чтобы вот такие вот люди собирались вокруг меня, одновременно с этим он тоже уверен, что угроза вторжения демонов не существенна и отсылает меня… для чего? Какую он видит проблему на острове? Следует туда прибыть и часть завесы приоткроется.