Идеальный мир для Химеролога (СИ) - Сапфир Олег - Страница 63

Кеша тяжело вздохнул, так, как это делают уставшие от жизни мудрецы.

— Хозяин, вот если бы ты был сутенером, то да.

Я нахмурился, пытаясь вспомнить значение этого слова из инфопакета Вестфаля. Кажется, что-то не очень хорошее.

— Ладно, Рядовая, — махнул я рукой. — Давай это… Отнеси её, положи где-то. Проснётся — поговорю с ней.

Обезьяна посмотрела на меня и растерянно пожала плечами.

Действительно, куда? Не в мою же постель её тащить. Я, конечно, плохо разбираюсь в местных обычаях, но даже мне понятно, что это будет воспринято… неоднозначно.

— Ну что, неси тогда в операционную, там на стол положи. И подушку под голову не забудь.

Кеша снова вздохнул, на этот раз ещё более трагично.

— У меня есть подозрение, хозяин… что лучше бы ты её в постель отнёс…

Глава 19

Ветеринарная клиника «Добрый Доктор»

Она проснулась.

Первой мыслью было — как же жёстко. Второй — как же знакомо. Обшарпанные стены с облупившейся краской, тусклый свет одинокой лампочки, какой-то до боли родной запах сырости…

И она улыбнулась.

«Ну, я дома, — пронеслось в её голове, принося с собой волну странного, почти мазохистского облегчения. — Это радует».

Да, всё было хреново. Но зато так, как и должно быть. Привычная картина мира, в которой она прожила последние несколько лет, не давала поводов для беспокойства.

И в один момент её сердце предательски ёкнуло. Что-то было не так. Она прислушалась к себе, к комнате, пытаясь понять, что именно нарушило эту хрупкую гармонию.

«Подождите-ка… — её замутнённый взгляд скользнул по стенам, по полу. — А где?..»

Тут нет тараканов.

Она медленно села, сбрасывая с себя тонкое, похожее на простыню, покрывало.

Это была не её кровать. Даже не её продавленный матрас, который она с гордостью называла кроватью. То, на чём она сидела, было твёрдым, холодным и покрытым тонкой клеёнкой.

Её губы тронула циничная усмешка. Ну конечно. С её-то везением проснуться в собственной постели было бы слишком просто.

Она повернулась.

И увидела, что сидит на операционном столе.

А рядом, у стены, сидел… человек? Или не человек. Существо было очень сильно заросшим — волосы покрывали почти всё лицо. На нём был медицинский халат, шапочка и синие перчатки, которые, казалось, были все в крови. А на лице — медицинская маска.

В следующий момент она снова улыбнулась.

— Здравствуйте, — вежливо сказала она.

И тут её прорвало.

Она начала пронзительно орать, вкладывая в этот крик весь ужас последних недель, всю безысходность и страх. А затем её глаза закатились, и она безвольно рухнула обратно на стол.

Психика не выдержала.

Я вошёл в операционную под утро, чтобы проверить, как там моя новая сотрудница. И застыл на пороге, глядя на открывшуюся мне картину.

— Да ё-моё… — процедил я сквозь зубы. — Я же просил по-нормальному!

Посреди операционной, нацепив на себя мой белый халат, стояла Рядовая. На голове у неё была набекрень съехавшая медицинская шапочка, а на шее болтался стетоскоп.

Но это было не самое страшное.

Её руки, лицо и весь перед халата были вымазаны чем-то тёмно-красным и липким. В лапе она сжимала полупустую банку вишнёвого варенья и с довольным видом облизывала пальцы.

Я перевёл взгляд на девушку. Она всё ещё лежала без сознания на операционном столе, но её лицо было бледнее мела.

— Что ты смотришь? Что ты наделала? Какая, к чёрту, маскировка⁈ — рявкнул я на обезьяну.

Рядовая непонимающе захлопала глазами и протянула мне банку, предлагая угоститься.

Кеша, который влетел следом и уселся на шкафчик, лишь тяжело вздохнул:

— О-о-о… Бедняга. Кеша, хоть и не самый умный, но даже он понимает, что так делать нельзя!

— Конечно, нельзя! — взорвался я, указывая на Рядовую. — Посмотри! Она съела банку варенья, все руки перепачкала. А девушка что подумала? Что это кровь! Что ей почку вырезали! А-а-а!

Я схватился за голову, мечась по операционной.

— Твою мать, твою мать… Ладно, я спокоен. Я совершенно спокоен. Всё. Хватит с меня делегирования. Всё нужно делать самому.

Я развернулся и ушёл, чтобы привести себя в порядок. Принял душ, тщательно побрился, надел чистую одежду — в общем, сделал всё, чтобы выглядеть как можно более цивилизованно.

Вернувшись, я решительно подошёл к девушке, которая всё ещё лежала без сознания на столе. Положил руку ей на лоб, и в неё вошёл слабый магический импульс. Она резко дёрнулась и открыла глаза.

— Так. А теперь слушай меня. Всё, что было ранее, — забываем. Никто тебя не похищал. Ни в какое рабство не забирал. Никакую почку не вырезал. Тебя просто пригласили на собеседование. Понимаешь меня? Кивни, если понимаешь.

Она смотрела на меня широко раскрытыми глазами.

— Угу… понимаю.

И тут же снова потеряла сознание.

— А-а-а!

— Хозяин, — подал голос Кеша со шкафчика. — Нехорошее там место. Лучше с другой стороны встать.

Я повернул голову и увидел на полке прямо за собой большую стеклянную банку. В ней, в мутной жидкости, плавала отрубленная голова одного из тех лютопсов, что нападали на нас. Я оставил её для изучения.

Я снова привёл девушку в чувство.

— Ты идёшь за мной.

Я взял её за руку, повёл в свой кабинет и усадил на стул.

— А теперь поговорим нормально. И не пытайся потерять сознание. Не получится.

На всякий случай я заблокировал ей эту возможность.

— Хорошо, — тихо ответила она.

— А у тебя, кстати, хорошая способность — отрубаться в самые выгодные моменты.

— Без неё я бы пропала, — она позволила себе слабую улыбку.

— В общем, так, — перешёл я к делу. — Слушай меня. Кеша — попугай, который привёл тебя сюда, — мой питомец и сотрудник. Понимаешь?

— Понимаю, что вы, возможно, немного сумасшедший.

— Чего это вдруг? — удивился я. — Кеша, а ну-ка, иди сюда.

Кеша подлетел и сел на край стола. Я взмахнул рукой, и вспышка магии окутала птицу. Тот на глазах начал увеличиваться в размерах: вытянулся хвост, удлинились лапы, тело раздалось вширь, превратившись в подобие небольшого птеродактиля.

— А так? — спросил я.

Она смотрела на мутировавшего попугая широко раскрытыми глазами и прошептала:

— Химеролог… Лучше бы, конечно, сумасшедший.

— В общем, я дал задание своему попугаю найти мне сотрудника.

— На «Мосту Самоубийц»? — уточнила она.

— Ну да. А что здесь такого?

— Понимаю. Вам нужен был совершенно отчаянный человек…

— Да. И с образованием, опытом в администрировании и так далее.

— О, так это я. Но я вам не подхожу.

— Почему?

— Я боюсь крови, убийств и… химер. Сразу три варианта.

— Ладно, если без шуток. Вот бланк, — я протянул ей лист бумаги. — Заполни.

Она неуверенно посмотрела на бланк.

— Просто, — устало сказал я, — заполни. Потом будем об остальном говорить.

— О’кей.

Она взяла ручку, и я остался наедине со своими мыслями.

У меня были ученики, ассистенты… А сейчас я понял одну вещь: я понятия не имею, как нанимать кого-то на работу. Да потому, что я никогда никого не нанимал! Обычно я, наоборот, от всех отмазывался, отталкивал.

Все хотели попасть к великому Викториану. Это было всё равно что выиграть золотой билет в лучшую жизнь, родиться в императорской семье… Это было лучшее, что могло случиться с тем, кто владел даром химерологии.

Однажды я проходил мимо какой-то выставки, зашёл из интереса и указал одному химерологу на его ошибки, показал пару заклинаний. Так этого придурка через какое-то время сделали главным химерологом королевства! Ему хватило того, что он мог говорить: «Меня наставлял сам Викториан». Любая дверь была для него открыта.

А тут я не могу нанять на работу одну обычную женщину… Да что ж такое.

Мои размышления прервало тихое пение.