В прицел судьбу не разглядишь - Байкалов Альберт - Страница 72

«И зачем я сюда приехал? – неожиданно подумал он. – Что сейчас скажу? Извините, ваша дочь из-за меня погибла. Я не хотел».

Однако ноги сами понесли его вперед. Вот он уже у дверей. Некоторое время постоял, собираясь с мыслями. Но в голове было пусто. Он постучал. Залаяла собака. Но к дверям никто не шел. Павел уже подумал, что Николай Львович попросту не перенес страшного известия, как за дверями соседней квартиры что-то звякнуло, щелкнул замок, и на площадку выглянуло сморщенное, как моченое яблоко, лицо старушки.

– Здравствуйте, – Павел кивнул. – Не знаете, где сосед ваш?

– Знаю, – бабка вышла полностью. – А ты, кажись, у него гостил недавно?

– Угу, – пряча взгляд, подтвердил Павел.

– Он у дочки, в больнице. – Женщина вытерла пальцами уголки губ. – Подстрелили сегодня. Кое-как спасли. Чудом выжила. Сначала, говорят, вовсе мертвой посчитали...

– Что! – по спине Павла побежали мурашки. Забыв про все на свете, он схватил опешившую бабку за костлявые плечи и тряхнул так, что у нее едва не отлетела голова. – Жива! Значит, Он есть! Есть... Я молился...

С этими словами он обнял старуху и расцеловал.

Глава 22

К моменту возвращения с вокзала чеченцев Антон, Кот и Банкет нашли четыре люка. Два из них находились во дворе лицея, еще два за его пределами, на пустыре, в зарослях кустарника и травы. Все это время Дрон караулил обнаруженный в спальне выход. В его задачу входило контролировать по возможности поведение нового хозяина коттеджа. Маловероятно, но не исключено, что он поддерживает связь с чеченцем. Там, в доме, Антон утвердился в мысли, что Зевс никуда не уезжал, а находится в окрестностях лицея. Еще накануне днем он обратил внимание, но не придал значения, что с третьего этажа учебного корпуса хорошо просматривается летное поле аэропорта. Если взобраться на крышу, то обзор будет еще лучше. Вооружившись биноклем, можно спокойно наблюдать за происходящим на взлетно-посадочной полосе и у терминала. Расстояние до него не больше четырех километров. Идеальная дальность для ПЗРК. Кроме того, крышу можно использовать для корректировки огня. Не исключено, что стрелки находятся в другом месте. Так или иначе, но после покушения можно спуститься обратно и переждать переполох. Если хорошо просчитать такой план, то безнаказанность обеспечена. Антон, как и его подчиненные, думал так же, как в подобных случаях террористы, принцип действия которых схож с диверсионной работой.

Он посмотрел на силуэт Кота, потом на часы. Почти полночь. В этой части города было скудное освещение. Свет редких фонарей тонул в листве деревьев, желтоватыми заплатками освещал небольшие островки тротуаров и дороги.

– Пойдем к перекрестку. Горцы должны подъехать.

Они направились к видневшемуся впереди повороту, где назначили встречу.

– Знаешь, о чем я подумал? – Кот задрал голову и посмотрел на крышу лицея. – Если позиция выбрана именно здесь, то ПЗРК уже наверняка пронесли.

– Проверим, – успокоил Антон. – Возможно, ты и прав.

– Почему возможно? – удивился Кот.

– Здание можно использовать и как командно-наблюдательный пункт.

– Согласен, – Кот пригнулся под свисающей веткой тополя. – Значит, оставили средства связи.

Они остановились у обочины.

Мягко шурша шинами по прогретому за день асфальту, подкатил «Опель». Внутри вспыхнул свет. Сидевший на переднем сиденье Джин стал рассчитываться с водителем. Шаман и Стропа вышли наружу.

– Задача следующая: я с Дроном и Стропой занимаюсь проходом под землей. Остальные рассредоточиваются и находятся вблизи люков до того момента, пока не дам «отбой». Не исключаю, что стрелок ПЗРК укрылся до акции там. Это оптимальный вариант. Тем более уже завтра здесь начнут работать и милиция, и ФСБ. Если кто выскочит, постарайтесь взять живым.

Через несколько минут Антон с Истрапиловым были у дома Зевса. Калитка оказалась не заперта, входные двери открыты. Это даже насторожило Антона, и он на всякий случай достал пистолет. Когда они вошли в спальню, Дрон с безучастным видом сидел на полу у кровати и, привалившись к ней спиной, смотрел телевизор. Рядом скучали хозяин дома и два его охранника. Антон догадался, что Дрон не стал усложнять задачу, а попросту все это время не выпускал никого из комнаты.

– Открывай, – Антон взглядом показал на крышку люка.

Дрон выключил телевизор и направился выполнять приказание. Люк поднимали с большой осторожностью. Но никаких сюрпризов под ним, кроме могильного запаха сырости и плесени, не было.

Через полминуты крышка уже была снята и лежала сбоку. Специально прихваченным с собой фонариком Антон посветил в прямоугольный бетонный колодец. В одну из стен были вмонтированы металлические скобы. Ни паутины, ни пыли. Зато на гладкой цементной поверхности множество царапин. Словно вниз что-то часто спускали.

«Может, там склад боеприпасов?» – мелькнула мысль.

– Ну? – одними губами проговорил Дрон.

– Давай, – Антон дотронулся рукой до плеча Стропы.

Без лишних слов тот снял джинсовую ветровку, которая скрывала кобуру, взял в зубы небольшой фонарь, сунул пистолет за спину под ремень и стал спускаться. Антон сверху наблюдал за ним. Вот свет фонаря замер на месте.

«Около двух метров», – примерно прикинув до него расстояние, пришел к выводу Антон, а вслух едва слышно спросил:

– Есть?

Стропа не ответил. Лишь задрал голову и показал большой палец. Все ясно, они не ошиблись в расчетах. Это не укрытие и не тайник, а проход.

– Остаешься здесь. – Антон посмотрел на Дрона и начал спускаться.

Вскоре ноги потеряли опору. Антон повис на согнутых в локтях руках. Почти сразу почувствовал прикосновение руки Стропы и спрыгнул. Все старался делать как можно тише. Тем не менее звук был сильный. Он оказался в узком коридоре, в котором можно пройти, только сильно пригнувшись и прижав локти к туловищу. По крайней мере человеку с его габаритами здесь тяжело перемещаться. Фонари выключили. Шли медленно, на ощупь. Вскоре по лицу потекли капли пота, спина заныла, а ноги одеревенели. От напряжения сердце стучало, будто после стометровки. Прошли всего несколько десятков метров. Но как! В буквальном смысле по сантиметрам. Неожиданно Стропа замер. Антон едва коснулся его спины и тоже встал, пытаясь понять, что насторожило капитана. Нос защекотал знакомый аромат. Он резко контрастировал с запахом пыли и плесени. Антон понял: где-то недавно разводили лапшу быстрого приготовления.

Теперь нужно было двигаться очень медленно. Любое резкое движение может вызвать хруст суставов, шорох одежды. С учетом стен звук разнесется на большое расстояние. Неожиданно Стропа оступился. Стук подошвы и всплеск воды заставили замереть. Судя по эху, они оказались в более широком проходе. Антон направил фонарь в пол, закрыл его ладонью и включил. Постепенно раздвигая пальцы, добился едва заметного свечения и огляделся. Это была ливневая канализация. Под прямым углом в нее выходил вырытый под домом проход. Неожиданно он сообразил: запах приготовленной пищи пропал! Кроме того, здесь заметно сквозило. Несло нечистотами. Попасть в проход отсюда они не могли. Значит, укрытие бандитов осталось позади!

Антон резко развернулся и убрал руку с фонаря. По спине пробежали мурашки, а сердце екнуло. В пяти шагах от него стоял на одном колене мужчина. На нем был обыкновенный армейский камуфляж и кроссовки. Он был не слишком здоровым, но крепким. Тонкий с горбинкой нос, сросшиеся на переносице брови. Нижняя часть лица покрыта трехдневной щетиной. В правой руке пистолет. Сверху отчетливо был виден зияющий пустотой квадрат. Стало понятно: логово этого человека там.

– Черт! – Антон толкнул спиной Стропу. Он надеялся, что тот уйдет с линии огня и скроется за углом. Но чеченец лишь развернулся. Антон почувствовал его дыхание в затылок.

– Если ты и есть тот самый Зевс, то не стреляй, мы свои! – выпалил Стропа на чеченском языке.