Драконовы поцелуи, или фиктивная пара для некроманта (СИ) - Вельская Мария - Страница 50

Иногда куда проще что-то сказать, чем сделать. Это я о себе – не о драконах.Катакомбы запечатали, теперь там устанавливали магические решетки на входах и выходах – все для того, чтобы никто сюда больше не проник – случайно или умышленно – даже призраки.Я не стала вызнавать подробности – ни к чему мне это. Вот то, что призрак зловредного старика сгинул, как будто и не бывало – это было обидно и грустно. Не нравился он мне, не верила я в его искренность. И только слова Эр-Даарха о том, что недолго тому осталось времени в тварном мире – успокаивали.Я ощущала свою ответственность за то, что происходит с призраками. Как я поняла – это и был мой дар. Видеть их, слышать даже тех, кого другие некроманты услышать не могут и, наверное, управлять ими. Границ своего дара я пока не знала.После нашего небольшого приключения я все ещё чувствовала себя странно. Действительно, иначе как-то. По-новому. Но в то же время – неуверенно, как ребенок, только-только познающий совершенно незнакомый ему мир в неизвестной обстановке.Как должен был проявляться дракон внутри меня? Как это вообще будет выглядеть? Оборот? Обращение? Сейчас – или много позже?Прошло уже несколько часов, дело было к вечеру, а казалось, что неделя пролетела.– Ты такая смешная, – Миралис засмеялась, ловко заплетая  мне волосы по бокам в две огненные косы, а потом – излишне вычурно закрепляя их сзади, на затылке.Кэрхе я навестила сразу же, как смогла. И, если за мать с сыном сердце уже не болело, то за малышку Ори...– Почему? – Спросила с лёгким интересом.Как приятно оказалось быть рыжей! Никто не смотрел на меня косо, никто не смел осудить или насмешничать – достаточно было увидеть в конце коридора огненную шевелюру лорда Ардантэ, чтобы все встало на свои места.Волосы мягко пощекотали мне щеку.– Да, я такая же была, – грустно и мечтательно прищурилась кэрхе, пока ее руки ловко продолжали укладывать мне волосы, – летела на встречи с ним, как мотылек. Насмотреться не могла. Надышаться. Разные мы? Косо смотрят? Поначалу боялась, а после – и думать забыла. А ведь много чего было, много...Голос женщины надломился.– Ты не обращай внимания на то, что я мелю. Мы тогда совсем оба сосунками были глупыми. Лорд Кальсиар уже давно не мальчишка...– Это сколько ему, напомни? – Поинтересовалась небрежно.– Да уже вторая сотня лет пошла, – охотно поделилась со мной "секретными" сведениями Мири, – для них пустяк, для драконов, но опыта у Карающего меча Владыки поболе, чем у кого-либо другого.Как говорится – столько не живут! Вашего ж дедушку, дракон мой!– Лорд Тиарграт обещал, что поможет вам, – я обернулась и крепко сжало дрогнувшую руку... пожалуй, что подруги.И вроде знакомы мы всего ничего, но как может быть иначе? Что-то свело нас на пути, переплело судьбы.– Я верю. Лорд Тиарграт, наверное, единственный, кто может что-то сделать. Но с другой стороны – имею ли я право впутывать его в войну с другим кланом? Ему этого не простят, а ведь у него и так все непросто, – порывисто выдохнула кэрхе, смешно прижав мохнатые ушки к голове.Да, Кейрин, можешь поздравить себя с тем, что ты все ещё – непроходимая провинциалка. Даже в голову такого не пришло – привыкла я к силе драконов, а вот об их традициях и обычаях знала прискорбно мало. А ведь достаточно посмотреть на грызню родовой аристократии в Дардии, как станет ясно – гадюшник там ещё тот, не в обиду гадюкам.– Думаю, лорд Тиарграт понимает в этом больше, чем мы вместе взятые, – покачала головой, – как ты верно сказала – опыта у него гораздо больше. Полагаю, он осознает все риски своих поступков. – И не думаю, что сделает что-то без выгоды для себя – заметила сама себе мысленно. – Но есть такие проступки, которые нельзя прощать, и спускать нельзя, Миралис.– Верно сказано, моя леди Кейрин, – бархатный голос драконьего посланника заставил замереть, – видите, ли, ничто и никто в этом мире не заставят меня поступать так, как я не желаю, – мягкий, почти вкрадчивый тон. А за ним прячется сталь.Не пустая глупая самоуверенность, а уверенность, которая основана на безоговорочном понимании своей правоты.– Шейда Миралис, целитель Шаоруун обещал, что юная госпожа Орхидея благополучно доживёт до того момента, когда ей окажут помощь. Слово Мертвых Душ, – пальцы дракона сложились в замысловатый узор, – что же касается молодого наследника Кареллита Дарона Лаэ...Мири затаила дыхание. Я видела как напряглись и задрожали ее плечи.Это ее бывший муж? Ее пара?– Лаэ утратил способность к обороту и большую часть магии. На публике его не видели давно, ходят слухи, что в клане всем заправляет его старший кузен, на самом деле – дальний родственник со стороны матери.В глазах кэрхе блеснули слезы. Казалось, могущественная сила пытается согнуть и сломать эту хрупкую женщину.– Вы... ты сможешь ему помочь? Им... помочь? – Тихо спросила.Я была почти уверенна в ответе и пораженно замерла, услышав:– Я не бог, пламенная моя леди Кейрин. Только они вправе карать и миловать тех, кто осознанно отрекся от дара истинной связи. Почти наверняка возможно спасти малышку – она невинное дитя. Полагаю, шейда Миралис также не слишком пострадает. Но, боюсь, юный Лаэ сам себе выписал смертный приговор.Миралис беззвучно заплакала и бросилась прочь из комнаты.Я же резко вскинула голову. Пальцы сжались от пронзившей меня злости. Какая-то глубинная, нерассуждающая сила желала добраться немедленно до тех, кто причинил боль моей подруге.В груди запекло, по коже пробежали гусиные лапки.Дракон же как стоял незыблемой уверенной в себе глыбой – так и замер, только подался вперёд, ко мне. Волосы рассыпались по плечам. Одет "с иголочки", в черный с серебром элегантный камзол, больше напомнивший мне военный мундир без знаков различия. Эполетов у него, разумеется, не было. Вместо этого справа, точно напротив сердца, была вшита брошь в виде черепа и двух пересекающихся за ним мечей. Над черепом замер тонкий обод короны.Взгляд  миндалевидных холодных глаз – внимательный, острый и жуткий.Сейчас я почти не ощущала его эмоций. Только отголоски, которые распознать не удалось.– Вот так вы живёте? Оступился и никакой  жалости? – сжала зубы. Ошиблась в прогнозах. Непростительно расслабилась. А ведь драконы не люди.– Если оступлюсь я, поверь, меня никто не пожалеет. Как и твоего отца. Вот только Кей скорее бы глотку себе вскрыл, чем позволил кому-то причинить вред своей истинной и ее детям. Наизнанку бы вывернулся.В голосе Тиарграта – холодная уверенность. Теперь я осознаю, что действительно вижу перед собой олицетворение правосудия драконов.Жалости он не ведает. И меня – предупреждает. Просто на всякий драконий случай. Что нет пути назад, что он признал меня своей парой, что больше не отпустит. Очень по-драконьи указал.

– Может, этот дракон и вывернулся. Откуда ты знаешь, как его заставили отречься и чем надавили? – Наши взгляды схлестнулись.Вот только я больше не готова была уступать. Договор ли между нами? Брак? Парность? Желание что-то доказать друг другу или просто влечение?– Но и ты знаешь о нем и о всех нас меньше, чем мы о людях, дорогая моя Кейрин. – Губы супруга раздвинулись в усмешке.Глаза холодные, черные, бездонные как омуты. Вот такого – жалеть?! Не мальчик. Сам знает, что делает и на что идёт.– Вы не бог, Тиарграт. Здесь вы верно сказали. Вы не можете решать, кому жить – а кому погибнуть. Зато если пожелаете – вы можете найти способ, как все обернуть всем на пользу, – ответила, не отводя глаз.– Вы плохо понимаете о чем просите, огненная моя. И да – сила горит в тебе ярко. Видишь? – Жёсткая рука в перчатке подхватила мою косичку у левого виска, поднося к глазам.По ней бегали искры пламени. – Потому что ты не идёшь против себя. Чем больше гармонии в душе мага, тем он сильнее. И, да, гармония, увы, не значит доброта и добро. Главное, чтобы ты жил в согласии с собой. А уж в чем оно для каждого заключается – дело личное. Лаэ пошел не просто против себя – против самой сути, законов мира. А мир, он живёт по своим законам. И сами боги порой не помогут.– То есть все как у всех и всегда? – Горько усмехнулась, выдернув волосы из его пальцев, – Право сильного? А если ты слаб и оступился – все равно виновен?– Глава рода не может быть слаб. Потому что если он слаб... – подушечки пальцев у Тиарграта  были жёсткие. Но очерчивали контур моего лица мягко, едва заметно. Он был выше меня на голову или чуть больше – не так уж много для мужчины, – если Глава слаб – тогда страдают те, кого он должен защищать. Такие, как его семья. Его дитя. И многие другие. И среди них тоже будут и женщины, и дети. Те, что ему доверились. Это по-твоему будет справедливо и правильно? Ты готова будешь войти в род такого главы? Будешь ему поклоняться, ему доверять? – Пригвождал к полу безжалостный голос.– А знаешь... Не стану говорить "нет", – отвернулась, разглядывая затейливые узор на шкафу, – если этот глава заплатил за свои ошибки, если он искупил то, что сотворил, своей кровью, если готов покарать всех, кто был причастен к боли существ, которые ему доверились...Солнце медленно ползло к закату, оставляя за собой золотисто-багровые полосы.– Вот как? Смело, учитывая незнание наших традиций.В голосе дракона – напряжение.– Вот так. Они не заслуживают того, чтобы их отвергли. Они все. - Выдохнула, вспомнив всю семью Миралис. - Возможно, когда ты был так же юн, ты тоже совершал ошибки, Тиарграт... – Заставила себя сказать.Лицо горело. От собственной смелости, от смеси горечи и надежды, от своих разбитых ожиданий... Да мало ли что приходит в голову юной наивной девице?– А что лично ты готова будешь отдать ради чужого счастья, раз уж ты так ратуешь за него, душа моя? – Не обманываюсь – он зол и ищет повод высказаться.Просто сделает это в своей, драконьей манере.– Раз мы перешли к торговле – назовите цену, – отвечаю, когда мы оказываемся лицом к лицу.Его пальцы смыкаются на моем запястье, моя ладонь упирается ему в грудь, цепляясь за ткань камзола.– Мне нужна ты, Кейрин Ардантэ. Душой, телом и мыслями. Я желаю, чтобы ты была со мной, принадлежала мне, – произносит мужчина напротив меня, сбрасывая маски.Черты лица его заострились резче обозначились скулы, пролегла морщина на лбу. Это делало его более живым. Капелька крови на вороте рубашки, золотые блики в глазах и голодная стужа, исступленная жажда, что обнимала длинными серыми костлявыми пальцами за талию.– Разве я и так не ваша... жена? – В голове пусто. Только на сердце смятение, короткий испуг, желание не сдаваться – во что бы то ни стало.Наша сделка и так не предполагает обратного хода, не так ли?Но я ведь знаю, чего он хочет. Знаю, что ему нужно.Не формальность, не сделка. Вся я.– Сделкой, даже такой, едва ли купишь искренние чувства, – ответила, чтобы хоть как-то заполнить давящую паузу.– Но раз уж ты и так моя жена – разве эта сделка не стоит того? Ты ничего не теряешь, Кейрин...Навис, змей. От этого взгляда голову кружит и шумит в ушах. Или от чего-то иного? Желания выпалить долгожданное согласие, например?Гулко хлопают двери. Сейчас мы в так называемых "общих" покоях. То есть помещении, похожем на гостиную в богатом доме, где могут собираться в любое время члены семьи.Не самое лучшее место для разговора.Я дергаюсь и отшатываюсь. И – вот диво – в голове проясняется.А на пороге стоит, смеривая нас презрительным взглядом, женщина ослепительной красоты. Высокая грудь скрыта под светлым камзолом, длинным, с разрезами на бедрах, а штаны – ужаснейшие, возмутительно узкие, обтягивают ноги, как перчатка запястье. У драконицы карминные губы и золотые глаза, в которых плещется сила. Ее густые черные волосы частично собраны в какую-то изящную корзиночку на голове, частично распущены и свисают до самой талии.Холодная застывшая красота. Сила. Воинственность – в каждой чёрточке.– Сын, все с очередной девкой развлекаешься? Не рассказывай мне сказы про свою женитьбу. Твой брак не стоит ничего, пока он не скреплен на родовом алтаре, а такого позволения я тебе не дам. Притащить человеческую девку!И, не размениваясь больше на слова, драконица в мгновение ока швырнула в мою сторону раскаленное добела золотистое облако.