Драконовы поцелуи, или фиктивная пара для некроманта (СИ) - Вельская Мария - Страница 49

Глава 16. Подземелья, драконы и тонкости взаимопонимания.

Под сводами древних пещер, которые, наверное, сотни лет уже не видели такой ожесточенной схватки, кипело сражение.Удивительное и страшное – оно происходило почти в полной тишине, которую нарушали едва слышные хрипы, короткие вздохи, когда воздух закусить пытаются, и рыки.Мир содрогался и стонал. Казалось, сами стены шумно вздыхали в такт.Я застыла, занося дрожащий от нетерпения клинок, и поняла...Он действительно пришел. Едва уловимое ощущение. Дуновение холода. Неясный силуэт, который приблизился к самой кромке, к тонкой пленке грани между миром живых и миром мертвых.Багряным закатом вспыхнули очи Владыки мертвых.В этот момент белесая муть растворилась – и я увидела его. И поняла, почему молчат те, кому довелось лицезреть его облик. Совершенство невозможно описать словами. Перед ним можно лишь преклониться. Совершенство не лика – всего его существа.Белое лицо, тонкие черты, набросанные лёгкой кистью талантливого художника. Темные брови, глубокие очи, в которых горит огонь.На нем не было одежды в привычном смысле этого слова, но и невозможно было сказать, что он обнажен. Этого просто не оставалось в памяти.Бледная ладонь с длинными пальцами, которые увенчали загнутые когти, легла на пленку мира. И он содрогнулся. Завертелся. Задрожал.Очи Владыки Душ смотрели прямо на меня – и я упала в этот взгляд, как в пропасть с обрыва.– Иди, Кейрин, драконья дочь. И прими мое благословение и награду, – произнесли бледные тонкие губы.Кошмарен. Прекрасен. Смертельно опасен.Сладкий ужас наполнил мои вены. Мне показалось, что рука бога вдруг проникла сквозь барьер и погрузилась в мою грудь, нанизав меня на себя, как бабочку. С губ слетел хрип. Владыка Душ приоткрыл рот – и мне почудилось, что едва заметное облачко серого дыхания отделилось от его губ и вонзилось в меня.Я никому и никогда не опишу то, что чувствовала в этот миг. Всепоглощающая боль и неописуемое наслаждение. Отчаяние и восторг. Радость и ужас.Прозрачные пальцы умелого демиурга коснулись каждой клеточки моего тела, играя на нем, как на костяной дудочке.Смертельно опасные когти ласково пощекотали трепещущее  сердце.– Живи, дочь Огненного. Живи, лети и помни, кому ты обязана своей жизнью. Жду вас в Некрополе, – шепнул пронизывающий холодом голос.Заложило уши, мир взорвался ослепительной вспышкой, а, когда я пришла в себя – поняла, что кто-то крепко держит мое запястье, рисуя моими пальцами, моей кровью, сочащейся из раны на ладони – неведомые мне руны.Хотя почему кто-то? Никакой визг тварей, рыки, топот и шипение магии не помешали бы мне ощутить всем сердцем знакомый жар. Змейка на запястье вдруг взвилась над моей рукой, расправляя вовсе не змеиные крылья, и одним горячим плевком высказала свое недовольство происходящим, подбив на лету нечто мелкое и верещащее.Змейка-то у меня...– Дракон? – Выдохнула.– Ты дракон, Кейрин. И брачный знак олицетворяет тебя. Всё закономерно, – раздался смешок за моей спиной. Низкий знакомый голос осел на плечах и груди искрами счастья.– Всё-таки почувствовали... Тиарграт.

– Я ещё объясню твоему папаше, что нужно иногда думать головой, а не воспаленным желанием покрасоваться на глазах у дочери и доказать, какой он достойный старший родич, – ленивый рык показал, что супруг на удивление спокоен.Почти. Отголоски бешенства ещё ощущались. А мои пальцы рисовали в воздухе новую картину. Я ощущала, как в этой печати переплетаются гармонично наши силы – моя и Тиарграта.Мне снова не было страшно. И я даже почти не удивлялась – только спина вся была мокрой, как и лицо, а ноги предательски подрагивали.Краем сознания я поняла, что отец и Эр-Даарх сражаются с двумя новыми тварями – вполне успешно.– Я сузил проход. Больше их не будет, – в голосе дракона мелькнули нотки самодовольства.Мол, смотри, дражайшая моя половина, тебе досталась самая мощная чешуйчатая зараза. Самая красивая. Самая когтистая. Самая стойкая. Самая...– О да, хвали меня. Ещё хвали, мне нравится, – низкие рычащие нотки в голосе дракона стали неожиданностью. Он едва не урчал, – продолжай, моя прекрасная леди, продолжай... Слаще меда твои слова...Мне показалось, что ледяные пальцы Тиарграта стали теплее.– Ты... Слышишь мои мысли? – Попробуй тут, не поверь!– В тебе живёт теперь крошечный зверь. Дар мрачного бога. Он в сотни раз усилит нашу связь, – острые зубы вдруг прикусили мочку моего уха.По телу прошла дрожь. С ума сошел,   некромант ты безрогий!– Надеюсь, безрогим и останусь, радость моей жизни. Иначе кто-нибудь станет безголовым, – потерся супруг носом о мой затылок.Он что там, пьяный? Не наливайте больше, магам и драконам нельзя! А ну прекратите произвол!– Прекратите! Сейчас ведь собьемся! – Пробормотала уже с неподдельным ужасом.Но дракон все так же уверенно продолжал водить моей рукой по воздуху.– Ящерка моя, с моим опытом в магии и рунном плетении, поверь, я не собьюсь и не ошибусь даже если буду пьян... Разве только в том случае, если увижу тебя, жена моя, в нашей супружеской спальне, на ложе, под светом черных лестир из глубин горных недр.Жаркий шепот. Эмоции, которые не подделаешь – и которые захлёстывает меня с головой, окружают, завораживают, уводят за собой – и убегают отливом назад, к Тиарграту. Чтобы вернуться снова. И снова. И снова.Тело звенит натянутой тетивой. Перед нашими глазами рождается сияющий магией рисунок. Череп в венке из увядших маков и неожиданно кокетливых изысканных хризантем. Тело мелко вибрирует и дрожит.От его объятий. От мощи магии, которая пронизывает все вокруг. От того, что чувствую – и вижу – работу наших хранителей. Огромный мощный пёс ксоло замер в тени у самой кромки. Уши стояли торчком, хвост нервно бил по воздуху, клыки оскалены. Увидишь ночью – заикой будешь. Если что-нибудь не откусят.И мой хранитель. Лесной хищник, кошмар теней и болот. Мройн. В зубах – какой-то клок шерсти, янтарные глазищи горят нехорошим злым пламенем, когти оставляют борозды на полу, а мохнатые штанишки – повод больше для устранения слишком языкастых и остроумных, а не для смеха.И магия. Темные потоки магии, которые напоминают полноводные реки, вышедшие из берегов. Они текуче колышутся, блестят и затягивают в свои воды. Они несутся от нас к хранителям – и обратно. И я понимаю, что это и есть тот самый магический обмен, который поддерживает силу  некромантов.– Да, хранители перерабатывают силу, вплетают в нее то, что получили от мира сами, и отдают нам обратно. Удобно, не так ли? К тому же, чем больше обрядов провел некромант, чем больше душ отпустил, чем больше нежити уничтожил – тем больше магии он получает от каждого такого события...Пальцы свободной руки запорхали по моей спине. Рисунок налился силой, хотя кровь из раны на моей ладони давно перестала идти.– Сейчас, – шепнули за моей спиной под визг ещё одной твари.Едва уловимое движение рукой.Мое собственное обжигающее желание. Требовательный рык, идущий откуда-то из самого сердца.Я как будто сдвинула один крохотный камешек – и лавина ринулась вперёд.Вспыхнув багровым пламенем, печать легла на двери. А потом... Пламя сменилось на синее. После – на зелёное. И, напоследок, на ослепительно белое – даже смотреть на него было больно.В тот же миг пустая глазница черепа вдруг игриво подмигнула нам искрой – и все исчезло.Вообще все. И твари, которых рвали на части наши защитники. И тела тех, что уже были повержены. И даже разрушения, вмятины на земляном полу, следы крови, слизи и костей.Только напряжённая звенящая тишина. Замерший в прыжке лорд Ардантэ. Выругавшийся коротко, витиевато и шипяще Эр-Даарх, который только что послал создателей тварей развлекаться самым экзотическим образом, дабы больше у них не оставалось фантазии на всякие мерзости.Ну и, наконец, мы.Руки мужа крепко прижимали меня к себе. Ноздри ласкал знакомый тонкий запах мяты и тлена, а пряди черных волос щекотали шею. По сильному мужскому телу то и дело пробегали волны дрожи.Наши пальцы переплелись, как и наши чувства. И ничего фиктивного в них сейчас не было.– Пойдешь со мной на свидание, Кейрин? – Разбил оглушительную тишину хриплый голос Тиарграта.Бархатные низкие ноты заставили вспыхнуть. И спросить, круто развернувшись и пояча в голосе нотки иронии:– Вы точно уверены, что хотите пригласить всего лишь свою покорную жену, данную властью и милостью мрачных богов, блистательный хаор Тиарграт?Белая кожа. Капельки пота на лбу. Закушенная губа, тени под глазами. И белые пряди у висков.– Она тебя уела, Тир, – облегченный смешок Огненного лорда.Я не могу оторвать взгляда от такого дракона – живого. Настоящего. От того, как длинный коготь легко наматывал на себя пряди рыже-золотистых волос. Моих волос.Он смотрел серьезно, без улыбки. И только в самой глубине глаз разгоралось нечто, отчего сжималось не сердце – душа. Как будто мы на одну иглу нанизаны.– Это будет очень сложно, моя хаосина. – Прохладным ручьем струился голос. А потом Тиарграт наклонился – и коснулся губами кончиков моих пальцев. – Сложно и для вас. И для меня. И все же я готов рискнуть...И что-то говорило мне, что сейчас речь идёт вовсе не о свидании.Да, это будет очень сложно, мой дракон. Не влюбиться в вас ещё сильнее.Я поймала на себе взгляд отца. Ни я, ни он не пожалели о произошедшем.– Спасибо тебе, – говорили мои глаза.Какая бы цена ни была уплачена, я прошла его – испытание силой. Аванс ли это. Спросится ли с меня позже втройне – я готова буду платить. Ведь моей наградой стало лучшее, о чем я и мечтать не смела. Да что там – до сих пор не могла осознать до конца!Мой собственный зверь. Мой маленький дракон. Дракон, которому не может навредить ни один яд. Дело осталось за малым – соблазнить собственного мужа. Но это уже пустяки, верно?