Небо в огне (СИ) - Ковригин Алексей - Страница 13

… потому, что мы пилоты

Небо наш, небо наш родимый дом…

https://rutube.ru/video/a3e3ca4355d308c5eb498cdbc004f272/?r=plwd

Да уж… неделька выдалась на редкость «ударная». Это в порту грузили ящики лебёдкой, а вот у нас на аэродроме такого «девайса» как-то не предусмотрено. Но ничего, справились. Крупногабаритные ящики на землю с грузовиков спускали по брусовому пандусу, благо после ремонта у нас образовался внушительный запас «лесоматериалов». А затем уже по отрезкам труб, как по каткам перекатывали груз в ангары. Все три самолёта вместились в пятнадцать ящиков. Ещё в трёх находились «запасные» крылья, крыльевые подкосы, колёса и прочий «расходный материал». Вот уж спасибо Артуру Антоновичу, ещё б немного «запчастей» и нам можно было бы новый «Девуатин» собрать. Всё-таки хозяйственный у меня контрагент, хотя — да, в конечном итоге все это «добро» всё равно оплачиваю из собственного кармана.

В остальных ящиках пришло вооружение; шесть крыльевых пушек «Эрликон», и по шесть пулемётов «Виккерс» и «Дарн». Выбор последних обусловлен тем, что они позволяют использовать ленточное питание, причём в «Дарне» ленту можно запитывать как с правой, так и с левой стороны пулемёта. Что при размещении пушек и пулемётов в очень стеснённых условиях центроплана (центральной консоли крепления крыльев), выглядело гораздо предпочтительнее, чем то же использование крыльевых пулемётов с реечным или дисковым питанием. Всё-таки лента на восемьсот патронов выглядит намного внушительнее, чем те же пулемётные диски на триста, или тем более, реечное питание всего на сорок патронов. Да, конечно, перезарядить диск или рейку намного проще, но на земле, а вот как это всё осуществить в воздухе? Оттого и настоял, чтоб мне установили «родные» крыльевые пулемёты «Дарн», а не выбрасывали их за ненадобностью «на свалку». К тому же у «Эрликона» в «улитке» всего шестьдесят снарядов, это очередь на десять-двенадцать секунд, а что потом? Чем отбиваться? Двух «Виккерсов» с их дисковыми магазинами на триста патронов всё-таки «маловато будет». Вообще-то, в принципе можно было бы применить диски и на шестьсот патронов, такие тоже есть, но аэродинамика этого не позволяет. У капота и от таких вот магазинов уже видны «раздутые щёчки». От того и на крыльевых «Эрликонах» применяются только магазины по шестьдесят снарядов, а не по сто. Тоже из-за аэродинамики. Эти «ушки чебурашки» хоть и прикрыты снаружи обтекателями, но дополнительное сопротивление воздушному потоку всё равно оказывают.

Отдельная эпопея вышла со сборкой самолётов. У нас всего два «специалиста» по самолётам, но оба явные «теоретики». Это я о себе и Сен-Жаке. Схему сборки Артур Анатра нам передал, как всё должно происходить в теории мы тоже знаем, но вот опыта сборки у нас нет. Помог наш командующий Мартин Луна, приславший сразу троих своих авиамехаников с «Бильбо-один». Эти парни обсуживают истребители «Ньюпорт-Деляж 52» и в проблемах подобной сборки разбираются досконально. Что там, что здесь, оба самолёта практически идентичны. Обычные «парасоли», лишь формой крыльевых подкосов и различаются. Авиадвигатели тоже разные, но вот в остальном всё похоже. За исключением разве что вооружения, дополнительного навесного оборудования и бронирования. Даже пушки «Эрликоны» известны ещё со времён Великой войны. Но только как наземное зенитное оружие, а вот на самолёты их пока что никто ставить не рискует, хотя последние модели фирма «Эрликон» именно для этого и разработала. Так что поневоле в этой области стану «первопроходцем».

С «Дарнами» тоже оказалось не всё так гладко, как первоначально показалось. Это для наземной стрельбы или с турели, лента в полторы тысячи патронов хороша. Лежит себе спокойно в коробке на подставке и «есть, пить не просит». А вот в полёте, тем более во время воздушных эволюций её начнёт «мотылять» в коробе так, что мама не горюй! Перекос патрона в патроннике сразу можно гарантировать на все сто процентов. Вот и пришлось Анатре в срочном порядке «изобретать» систему из фанерных пеналов для укладки патронной ленты, исключающей этот перекос. Но «осетра пришлось урезать». Теперь в ленте всего восемьсот патронов. Досадно, но терпимо. А вот с креплением авиабомб нам уже ничего нового мудрить не пришлось. Системы для внешней подвески бомб под крыльями самолётов уже давно известны и много где применяются. По-моему, даже в Союзе они сегодня уже используются. Во всяком случае во время ВОВ, похожие балочные держатели использовались при подвеске авиабомб на наших У-2. Единственно что ещё никто так высоко эту бомбовую подвеску не задирал, ну так это особенности крыла «Парасоль». Конечно вид бомбовых стабилизаторов, висящих под крыльями самолёта прямо перед самым носом лётчика, не очень-то последнего вдохновляют, но больше их и крепить-то негде. А надо!

И последний штрих в отличиях наших «Девуатинов» от «Ньюпортов», это бронирование. Ещё от Поля Рене Фонка слышал, что во время Великой Войны пилоты под свою «пятую точку» подкладывали обычные чугунные сковородки, а спинку кресла обшивали «подручным материалом», от лиственных брусков до листового железа. В общем, кто на что был горазд. Понятно, что «бронекапсулу» мне Анатра не изобрёл, но и спинки, и чашки кресел пилотов изготовлены из восьмимиллиметрового котлового железа. А дополнительной защитой служат батареи питания от «Телефункена» закреплённые на спинке кресла. Батареи заменить проще, чем пилота. И вообще самолёт в отличие от «исходника» получился более тяжёлым. Одна лишь пушка «Эрликон» весит без магазина сорок три килограмма, сам магазин и к нему шестьдесят снарядов по 125 граммов ещё «тянут» на полпуда. А таких пушек две! К тому же и пулемёт «Дарн» тоже отнюдь не лёгонький. Вместе со снаряженной лентой его вес почти на десять с половиной кило выходит, а их тоже два. Ну, ладно, «Виккерсы» можно не учитывать, их вес сразу входит в изначальный вариант расчёта нормальной взлётной массы самолёта, но дополнительная броня тоже тянет на восемь килограммов и плюсом идут четыре килограмма от двух балочных креплений авиабомб. Итого общий вес истребителя увеличен без малого на полтора центнера. И это, если не учитывать девяносто одного килограмма от двух английских авиабомб, с которыми тоже придётся взлетать. Две французские вообще потянут на дополнительный центнер. Охренеть! Но нет ничего лишнего, даже бронеспинку не выкинуть. Уж «лучше быть немножко медленным, но живым, чем слишком шустрым, но мёртвым.»© Придётся привыкать.

Сборку первого самолёта начали в среду утром и закончили в пятницу к вечеру. Можно было быстрее. Но мы с Шарлем «сборщиков» не торопили. Пусть наши парни учатся и руками пощупают все детали. Сомневаюсь, что командующий оставит нам своих механиков до самого конца «сборочного процесса», так что «мастер-класс» надо использовать на всю катушку. Остальные самолёты наши механики начнут собирать уже без подсказок. Но польза от такой вот «вдумчивой сборки» тоже есть немалая. Закрепление навыка происходит намного лучше и увереннее при таком вот неспешном подходе к делу. После завершения сборочного процесса заправил самолёт и совершил несколько пробных пробегов по взлётной полосе с короткими подлётами, чем вызвал бурю восторга у своих подчинённых. Ещё бы! Они своими руками впервые собрали «аппарат» способный летать. Разве могли эти парни мечтать о подобном ещё каких-то полгода назад? Да они бы ни в жизнь никому не поверили, случись им такое услышать. А вон, смотри-ка. Стоит же! И вот теперь уже по праву можно считать себя авиамехаником. Пришлось всем пообещать устроить завтра праздничный обед. Грех такое великое дело не отметить, а сборкой остальных машин займёмся с понедельника. В среду в порт прибывают следующие три самолёта, а ещё через неделю остальные шесть. Вот всем и привалит «забот невпроворот», но парни этому только рады. Учёбе конец, началась настоящая работа!

Вот кто сказал, что «понедельник — день тяжёлый»? Врут! Для меня сегодняшний понедельник, восьмого июля тысяча девятьсот тридцать пятого года, несмотря на сплошную серую небесную хмарь и туман в горах, день почти что праздничный. Сегодня первый боевой вылет моей «единички». Собственным именем мой «боевой товарищ» пока что ещё не обзавёлся, посмотрю как он себя покажет в бою, а там и видно будет, какого имени он достоин. Так что всё у него впереди. Вчера перегнал свой «Девуатин 371−01» на аэродром «Бильбо-один», пристрелял пулемёты и пушки на аэродромном стрельбище и завершил покраску. Была б моя воля, так и вовсе оставил бы самолёт в двух цветах; «неба голубого» с нижнего ракурса и бледно-серого с оливковыми разводами при взгляде сверху. Но подполковник Луна был категоричен: