Золотая паутина - Гандольфи Саймон - Страница 11

Англичанин избегал смотреть Тренту в глаза, на щеках его заиграл румянец. Он посмотрел на часы, как будто нить или не пить пиво зависело от времени. Трент тем временем уже сделал заказ.

– Аурия сказала мне, что вы разыскиваете своего отца, – произнес он.

Теперь должен был что-то ответить Ричард, но он колебался. Выручило лишь то, что в это время принесли пиво. Он принялся настаивать, что заплатит, и даже встал, чтобы достать бумажник из заднего кармана, но тут вмешалась Аурия. Она уверенно заявила официанту, что оплатит кредитной карточкой, когда они будут уходить.

Трент понял, что она привыкла к деньгам – может быть, не очень большим, но достаточным, что придавало ей уверенности. Вероятно, именно этого не хватало в детстве Ричарду, так же, как и ему самому. Одежда Ричарда была совершенно неподходящей для Карибских островов. Возможно, он не рассчитал время своего пребывания здесь, потому и не приобрел одежду для тропиков? Или он просто скуповат? Или и то и другое вместе?

– Вы ищете судно? Скажите мне, какое именно, и я, возможно, смогу помочь, – сказал Трент.

Ричард начал, мало-помалу, рассказывать свою историю, а Аурия время от времени осторожно подсказывала ему, помогая преодолевать застенчивость.

Родители Ричарда официально были не разведены, но жили отдельно. Отец, профессиональный шкипер, специализировался на доставке яхт из порта в порт. В последний раз он выполнял задание агента из компании Ллойда, перегонял яхту «Красотка» из Анголы в Ньюпорт на побережье Коннектикута. Сначала владелец яхты рассчитывал перезимовать в Кейптауне, но яхту пришлось поставить в Анголе на капитальный ремонт. Некоторые детали невозможно было найти на месте, пришлось заказывать в Англии и переправлять в Анголу. Поэтому владелец яхты вынужден был рассчитать прежнюю команду и снова вызвать отца Ричарда, по завершении работы. К тому времени зимний сезон уже закончился.

Теперь в повествовании появился отец Аурии – владелец ресторанов в Нью-Джерси и в Ньюпорте, – который повстречался с хозяином «Красотки» и арендовал яхту на шесть месяцев.

– «Красотка», – объяснила Аурия, – прекрасная классическая яхта, хотя немного и старомодная. Отец задумал использовать ее при перевозке самых дорогих грузов для ресторана. А может быть, это была идея владельца яхты. В случае, если бы это принесло прибыль в первый год, отец имел право выкупить яхту. Я думаю, он намеревался подключить к этому делу Марко, – добавила девушка.

Хьюитт-старший прислал Ричарду открытку из Анголы. А потом они получили сообщение, что «Красотка», вероятно, потоплена орудийным огнем у северного побережья Кубы.

– Что там было написано, пожалуйста, подробнее, – попросил Трент.

Ричард вынул из кармана письмо. В нем говорилось:

Дорогая миссис Хьюитт,

Ваш бывший муж, Уильям Хьюитт, нанятый шкипером на моторную яхту «Красотка», должен был доставить судно из Западной Африки в Ньюпорт. К, нашему глубочайшему сожалению, должен сообщить Вам, что «Красотка» вот уже восемь недель как пропала без вести, и велика вероятность, что Ваш муж погиб в море.

Жизнь Вашего мужа по его просьбе застрахована на сумму двести тысяч долларов в Вашу пользу и в пользу Вашего сына Ричарда. Со своей стороны, владельцы ”Красотки" учредили пенсионный фонд для своих служащих, из которого Вам как вдове погибшего причитается двести пятьдесят долларов в неделю. В настоящее время страховые инспектора компании Ллойда пытаются выяснить судьбу Вашего мужа и судна. Вы, вероятно, прочли в «Дейли телеграф» сообщение, где высказывается предположение, что какая-то яхта затонула у берегов Кубы. Маловероятно, чтобы это была «Красотка». Однако, насколько мне известно, страховая компания направила кубинским властям запрос по этому поводу. Надеюсь, в ближайшее время известить Вас о результатах расследования.

Сообщаю Вам еще одно обстоятельство – “Красотка" была зафрахтована. Согласно договору о фрахте, фрахтователь несет ответственность за любой ущерб и по любым претензиям, предъявляемым владельцам «Красотки», не покрываемым суммой страхового полиса. Если страховая компания по той или иной причине откажется выплачивать страховую премию. Вы и владельцы, ”Красотки" имеете право обратиться в суд США с иском к фрахтователю. С выражением глубочайшего сочувствия

Остаюсь

Искренне Ваш

Дэвид Роджертон-Смит.

К письму были приложены газетные вырезки из «Майами геральд» и «Дейли Телеграф». Текст их был идентичен, так что, очевидно, сообщения были получены непосредственно из телеграфных агентств: «Прошлой ночью еще двадцать человек бежало с Кубы от диктатуры Кастро на рыболовецком судне. Сойдя на берег сегодня утром, беженцы сообщили, что видели, как огнем кубинской береговой артиллерии была потоплена какая-то яхта».

Трент попросил показать ему открытку от Хьюитта-старшего. Это был обычный пляжный сюжет: группа пальм, полоса прекрасного песка, белые гребни волн, разбивающихся о рифы. Москиты и хехены[5] в кадр не попали.

Плохая печать и скверная бумага не оставляли сомнений – это была продукция коммунистической страны. На открытке стоял штамп столицы Анголы, а ниже – коротенький текст: «Отплываю в Штаты на следующей неделе. Может, приедешь ко мне на каникулы? Отец».

– Писем от него не было? – спросил Трент.

Ричард пожал плечами:

– Отец не любил писать письма. Мы частенько месяцами ничего не получали. А потом вдруг две или три открытки сразу.

«Мы… – подумал Трент. – Значит, Ричард все еще живет воспоминаниями детства», – а вслух спросил:

– Вы когда-нибудь навещали его?

– Несколько раз – я тогда еще учился в школе. А в последнее время бывал у него дважды. Он часто приглашал меня к себе.

Трент наблюдал, как красивый смуглый молодой человек в купальном костюме, сидевший в шезлонге возле бассейна, сосредоточенно и самовлюбленно натирает себя кремом для загара. С верхней лоджии отеля на него засмотрелись какие-то две девицы. Тренту были хорошо знакомы подобные сцены из жизни яхтсменов. Он представил себе, как отец Ричарда небрежно царапает послание сыну в минуту одиночества в межсезонье. А затем у него появляется очередная подруга, и на время пропадает желание писать домой. Но теперь Хьюитту уже за пятьдесят, так что девиц завлекать стало труднее.

Трент сложил вырезки.

– Если даже это и была «Красотка», то северное побережье Кубы слишком велико. Вы, наверное, справлялись у Роджертона-Смита, что сказали кубинские власти?

– Американец с яхты высадился на парусной лодке. Он заявил кубинским властям, что на яхте были слышны два взрыва, но кубинцы категорически отрицают свое отношение к ним. Никаких следов «Красотки» пока не обнаружено.

– Вы говорили с этим американцем? Ричард еще больше нахмурился и покачал головой:

– Кубинцы посадили его на самолет, отправлявшийся в Канкун, и с тех пор никто больше о нем ничего не слышал.

– А Ллойд не уплатил страховку?

– Пока нет. – Ричард в смущении заглянул в свою кружку. – Я хочу сказать…

– Роджертон-Смит оказался мошенником, – вмешалась Аурия и с горечью, в явном отчаянии, объяснила:

– Он окопался в Нассау и умыл руки. Рик позвонил ему, а он ответил, что в сложившихся обстоятельствах ничего не может поделать. – Она посмотрела на Ричарда, потом опустила глаза и замерла, сложив руки на коленях. Трент видел, как напряглись ее сильные пальцы и впились в ладонь, как будто она пыталась раздавить ими собственные мысли.

Ричард потянулся рукой к Аурии, но на полпути остановился – видно, смелость тут же покинула его.

Девушка подняла глаза на Трента, в ее взгляде появилась усталость и растерянность.

– Отец оформил собственную страховку на случай непредвиденных обстоятельств, – сказала она, – но они не оплатили ему полис. Возможно, подозревают, что отец с Роджертон-Смитом мошенничали со страховкой.