Мертвые канарейки не поют - Леонтьев Антон Валерьевич - Страница 61

Барковский, с которым Рита за прошедшие без малого двадцать лет ни разу не пересекалась, во всяком случае лично, обошел стол и, остановившись перед Ритой, взглянул на нее своими пронзительными изумрудными глазами.

Он был все тем же красавцем, возмужавшим и заматеревшим, что очень ему шло. Рита вспомнила информацию в досье, которое по ее просьбе собрали на Барковского: прибыльный бизнес в области интернет-технологий, женат на дочери крайне могущественного банкира, две прелестные дочки, одиннадцати и шести лет.

Гоша, усмехаясь, опустился в кресло напротив.

– Ты тоже расцвел! – произнесла женщина холодно, стараясь скрыть свое волнение. – Однако не называй меня… так!

После того как они изучили меню и сделали заказ, а вышколенный официант налил им вина и исчез, Гоша наконец произнес:

– Извини, Рита. Конечно, понимаю. Но не смог сдержаться от этой банальной метафоры – ты ведь и в самом деле расцвела! Еще бы, такая крутая бизнес-дама, наверное, уже миллиардерша?

– А ты? – парировала Рита. – Кажется, тоже?

Барковский, смущенно улыбнувшись, заметил:

– Ну, нет, куда мне до тебя! С тобой никто сравниться не может… Однако скрипим потихонечку.

К этому стильному, пышущему здоровьем и физически привлекательному мужчине, которому только исполнилось сорок, явно не подходило выражение «скрипим понемножечку».

– Хочешь до губернаторского кресла доскрипеть? – произнесла Рита иронично и, поднимая бокал, сказала: – За твою победу!

Она отпила глоток раритетного вина, а Гоша Барковский, сверкнув изумрудными глазами, сказал:

– Знаешь, а ведь это ты меня сделаешь губернатором. Хотя твоя пиар-фирма на меня не работает, а до недавнего времени поддерживала моего самого опасного конкурента. После того как ты расторгла с ним договор, у меня появился реальный шанс!

Теперь Барковский по независимым опросам опережал бывшего клиента Риты почти на пятнадцать процентов.

– Если бы ты не дала ему от ворот поворот, я бы не сумел вырваться вперед. Это ведь все мой честолюбивый тесть подталкивал меня на политическую стезю, хотя я сам этого совсем не хотел. Однако он вместе с дочкой, моей женой, так долго обрабатывал меня, что мне пришлось сдаться. Думаю, ну, проиграю выборы, они и отстанут, а тут нет. Мне придется их выиграть!

Он огорченно вздохнул, причем, кажется, вовсе не притворяясь и не рисуясь.

– И моя размеренная, счастливая частная жизнь успешного бизнесмена закончится. И все из-за тебя, Ритка-маргаритка! Извини, конечно же, Рита!

Поставив бокал на стол, Рита сказала:

– Не из-за меня, а из-за твоего конкурента-насильника. Сейчас, в век Интернета, утаить прегрешения стало гораздо сложнее. И пусть он утверждает, что девица врет, ему не верят.

Гоша расхохотался, выказывая блестящие белые зубы:

– Не верят, потому что он постоянно врет!

– Но и ты ведь тоже? – произнесла спокойно Рита. – Твои пиарщики, зная, что смрадную историю двадцатилетней давности не утаить, представляют твоего отца жертвой произвола тогдашних продажных областных властей и вообще чуть ли не диссидентом. А ты ведь знаешь, что это не так, и молчишь!

Гоша вздохнул, отвел глаза и проронил:

– Это не я, а моя пиар-фирма… Ну, та, что тесть для моей раскрутки нанял. Мне это тоже ужас как не нравится, но они все равно делают то, что им тесть велит, а меня не слушают. Я ведь всего лишь «проект».

Он вдруг оживился:

– А хочешь теперь на меня работать…

Он запнулся, а Рита спокойно и четко ответила:

– Нет.

Они помолчали. Гоша вдруг посерьезнел и добавил:

– Спасибо тебе за то, что ты… Что ты, хотя у тебя и была возможность размазать меня в СМИ, не вернулась к этой старой истории. Ну, ты знаешь…

Еще бы она не знала – под старой историей Гоша имел в виду ее изнасилование его отцом и тот не известный общественности факт, что он сам ассистировал своему родителю-монстру.

– Тебе выпал второй шанс, и ты его использовал, – произнесла Рита медленно. – У тебя крупный бизнес, карьера, красавица-жена и чудные дочери. И никакого компромата.

А что было у нее?

Гоша, понурив голову, помолчал несколько секунд и подавленно произнес:

– Еще раз спасибо тебе, Рита…

А потом, преобразившись, быстро сменил тему:

– Кстати, Рита, не хочешь войти в мою команду? Думаю, в новом областном правительстве тебе найдется достойное место…

Рита качнула головой и, посмотрев на лежавший на столе мобильный, произнесла:

– Благодарю за доверие, но я, как и ты, очень дорожу своей счастливой и размеренной жизнью успешного бизнесмена.

Не размеренной – и уж точно не счастливой.

– Извини, что не могу отужинать с тобой, но у меня экстренный вызов. Желаю тебе выиграть выборы. Передавай привет родному городу!

Городу, в котором она не была почти десять лет, с момента похорон мамы.

Поднявшись, Рита вышла прочь.

Только в автомобиле она успокоилась. Никакого экстренного вызова, конечно, не было. Она просто поняла, что не может…

Не может находиться за одним столом с Гошей Барковским, потому что призраки прошлого тотчас начинают выть, заглушая все вокруг.

Несколькими днями позже, работая поздно вечером в своем кабинете, Рита вдруг увидела всплывшую на ноутбуке экстренную новость:

Открыв новость, Рита пробежала ее глазами – буквально полчаса назад в ее родном городе, во время выступления кандидата на центральной площади, на сцену прорвался какой-то молодчик, охотничьим ножом ранивший старшую дочку Барковского, а также его самого.

Имелось и короткое видео: Рита смогла рассмотреть, как какой-то странного вида тип вдруг выскакивает из-за кулис на сцену и набрасывается на дочку Барковского, а тот кидается на помощь своему ребенку.

Последовали выстрелы. Нападавший был на месте убит телохранителями Барковского.

Просмотрев новости, Рита убедилась, что девочка в порядке, у нее лишь задета рука, а самому Барковскому нож рассек сухожилие, сильно повредив запястье, из-за чего раненый потерял много крови, и ему пришлось сделать операцию в больнице.

Новостные порталы сообщили, что кандидат в губернаторы отказался от доставки его в столичную клинику, заявив, что оперировать его будут, как и всех жителей региона, в областной больнице.

Рите показалось, что это попахивает пиаром, однако на постановочное покушение не походило – вряд ли Барковский подставил бы свою дочку, да и себя самого. Может, недоработка плана, но Рита так не думала: Барковский и так лидировал в опросах, в особенности после того, как его конкурента обвинили в изнасилованиях еще четыре женщины, и разрыв увеличился почти до тридцати процентов.

Никто из политических наблюдателей не сомневался, что новым губернатором области станет Георгий Барковский, и ему требовалось только подождать пару недель и с триумфом выиграть выборы.

Зачем же еще устраивать ненужную и опасную пиар-акцию, в которой он явно не нуждался?

Вот именно, незачем. Следовательно, это было реальное покушение, и Рита надеялась, что дочка Барковского быстро поправится.

Да и он сам тоже.

Через несколько дней – Рита продолжала следить за этой историей, впрочем, быстро исчезнувшей из новостных полос, – Гошу Барковского выписали из областной больницы, и он, с перевязанной рукой, красивый, как никогда, сверкая изумрудными глазами, в сопровождении прелестной жены и двух юных девочек, облаченных в одинаковые платьица, бойко и с толком отвечал на вопросы во время импровизированной пресс-конференции.

Рита просмотрела ее в записи, и то выборочно, желая в первую очередь удостовериться, что с дочкой Барковского все в порядке.

До нее донеслось: