На все руки доктор (СИ) - Марей Соня - Страница 95

— Тише, милая. Нас могут подслушать, — она прикрыла веером губы.

— У нас появились новые друзья.

— Вы с Олеттой делаете успехи на зависть недругам. Но только Ризая Солар — не лучшая компания для молодой незамужней нейры.

— Почему? — искренне удивилась наивная Дафина. Она всегда была нежным цветочком.

— Магичкам всегда было позволено больше, но она перешла все границы. Ризая родила своих близнецов вне брака, никто даже не знает, кто их отец. Глава рода, ее брат, признал детей и дал им свое имя, но все же…

Глаза внучки распахнулись от изумления.

— Я не знала. Но она такая хорошая женщина.

Коко вздохнула.

— Общество беспощадно. Но чем быстрее вы с Олеттой примете правила, тем проще вам будет.

Кокордия наблюдала за гостями и своими внучками из тени, стараясь не пересекаться со сплетниками и любимыми соседями. Но они сами искали с ней встречи. Вот и Невус Бенье, жадный банкир, прошипел:

— Ах, это ты, Кокордия. Ничего у тебя не выйдет, мой банк процветает, как бы тебе ни хотелось обратного.

— Ты уже все соки высосал из заемщиков. Не боишься, что народ взбутнуется и снесет твой банк?

Ей так хотелось отхлестать заносчивого и наглого старика веером! Но нельзя. Надо держаться.

Лицо его, покрытое бородавками, покраснело.

— Это угроза, дорогая соседка?

— Всего лишь совет не наглеть.

Ничего, их страж финансов уже копает документы и законы, пытается разобраться, как прижать жадного Бенье, и понять, все ли чисто с доверенностью, по которой прежняя Олетта получила деньги.

Невус Бенье уполз, как змей в свою нору. Наверное, он ждал от Коко извинений, но холодность и презрение его сразили.

Следующим был граф Савад. Он еле сдерживал гнев, кулаки его сжимались от досады и злости. Улучив момент, когда графиня осталась одна в тени колонны, сосед бросил презрительное:

— У меня было выгодное предложение для вашего вшивого семейства, но вы упустили свой шанс. Я знаю, твоя внучка что-то сделала с моим сыном. Я хотел по-хорошему.

— Оставьте нашу семью в покое, граф, — холодно процедила Коко. — Вам никогда не получить ни Олетту, ни наши земли. Смиритесь.

— Посмотрим, — напоследок он окинул старушку многообещающим взглядом и удалился.

Кокордия продолжала наблюдать. Ее девочки танцевали то с одним, то с другим, даже сама она подарила танец галантному графу Солару. Красноволосый маг огня развлек старушку непринужденной беседой, похвалил ее внучек и тоже сделал выгодное предложение, которое могло помочь развитию графства Готар.

Этот вечер стал не только вечером испытаний, но и открывшихся перспектив. И виной тому Олетта. Она была удивительной, слишком прямой и порядочной для их общества, не скованной цепями правил и предрассудков. Когда она покинула зал, чтобы вылечить разносчика, Коко даже не удивилась.

Ну а потом произошло уж совсем невероятное.

Явился сам герцог Моро. Никто не ожидал, что он посвятит все свое внимание Олетте. Все взгляды были прикованы к их паре, казавшейся воистину прекрасной и гармоничной. С волнением Кокордия наблюдала за тем, как прекрасный светлячок в объятиях герцога кружит по залу.

Выходит, Ольга была права, когда подозревала в том незнакомце из зеркала-артефакта Леррана Моро. Они познакомились задолго до этого вечера, между ними уже зародилась невидимая связь.

— Какая неслыханная наглость.

— Не того полета птица.

Ядовитый шепот то и дело достигал ее ушей, и Кокордия старалась отойти подальше. Но были и те, кто с теплом отзывался об Олетте. Каким бы бездушным ни казалось общество, многих тронула история с разносчиком. То, как Олетта, не раздумывая и не боясь испачкать платье, бросилась ему на помощь.

Дафина как раз закончила танец с одним из кавалеров и, сияя, подбежала к бабушке.

— Ты видишь? Глазам своим не верю! Наша Олетта уже так долго танцует с герцогом. Может, он в нее влюблен? Вот было бы здорово.

Внучка радовалась так наивно и искренне, что графиня тоже не выдержала и улыбнулась.

— Время покажет, моя дорогая.

— Ох, это уже четвертый танец, — Дафина приложила ладошку ко рту. — И что теперь будет? Ты говорила, не больше двух…

— Мало ли что я говорила, — хмыкнула Кокордия.

Чутье подсказывало, что все это неспроста.

Далеко не всех радовало присутствие Готаров на приеме. Графы Лок, Савад и Бенье собрались тесным кружком в тихом уголке на улице, чтобы обсудить план действий.

Требовалось наказать зарвавшихся выскочек. А они уже каким-то образом привлекли внимание герцога!

— Все могло получиться. Только эта нейра Олетта явилась слишком невовремя.

— Лучше бы она сгнила в своем монастыре.

И правда, с ее возвращением дела у клятых соседей пошли в гору. Сегодня граф Савад смотрел в самоуверенное лицо Олетты Готар и думал о том, как же он ее ненавидит. Откуда взялась такая лютая ненависть? Он и сам не знал.

Ему казалось, что из монастыря вернется забитая скромная девица, которую будет легко прогнуть под себя. Но она только посмеялась над ними! Она была слишком наглой и слишком красивой. Просто ужасное сочетание!

Еще бестолковый Мирзэ весь план испортил. Он должен был хотя бы скомпрометировать ее, чтобы у Готаров не осталось выбора. Но сын не справился! Позволил девчонке применить к нему какую-то оглушающую магию и усыпить. Позорник.

Но ничего, настанет и час Савадов. Земли Готаров однажды отойдут к нему и его сторонникам, даже заступничество герцога Моро не поможет. Ушлая девица и к нему как-то клинья подбила. Настоящая змея.

— Послушайте, — обратился граф к Бенье и Локу, — все зашло слишком далеко. Готары задрали носы, но это они должны нас бояться.

— У тебя есть какие-то идеи? — поинтересовался граф Лок.

— О, да. Идеи у меня есть, — граф Савад злорадно усмехнулся.

Он раздавит своих глупых соседей, как букашек.

Глава 68

Путешествие по воспоминаниям

Путешествие зеркальным порталом вышло весьма неожиданным. Меня каким-то образом забросило в воспоминания настоящей Олетты. Причем они были настолько реалистичны, что я не сразу это осознала. Все происходило как будто со мной.

Я видела себя маленькой. Играла, бродила по замку, бегала по лесам. Видела родителей, Кокордию, старшего брата. Лайнель всегда обижал меня, но я боялась пожаловаться, потому что он — любимчик матери и наследник. А я — просто неуклюжая девчонка и лишний рот. Только Коко проявляла ко мне тепло и сочувствие.

С раннего детства я любила возиться с животными, пыталась лечить больных и хилых, иногда даже получалось. Но однажды пробудившийся дар некромантии отобрал жизнь у слуги, упавшего с крыши. Хотя я всего лишь хотела ему помочь.

С тех пор я замолчала навсегда, а родные стали меня бояться. Однажды отец объявил, что я еду в монастырь Пресветлой Матери. Мне так не хотелось расставаться с бабушкой и маленьким Костадином, который в ту пору был совсем малышом — пухлым, розовощеким, смешным. И с сестренкой Дафиной, которая только-только начала ходить.

Монахини обращались со мной хорошо, но заставляли учиться, молиться, работать в саду и в поле. Настоятельница помогала сдерживать дар некромантии, а я работала в лечебнице при монастыре.

Бабушка иногда меня навещала, а вот родители и старший брат — не приезжали ни разу. Я помнила, с какой жалостью и горечью смотрела на меня Коко. Она знала, что судьба мне уготована не слишком счастливая: два противоположных дара будут истощать мое тело и однажды мое сердце просто разорвется. Кокордия привозила мне маленькие подарочки, писала письма.

Но был и еще кое-кто. Друг, который про меня не забыл.

Наш управляющий, Оливер Гиллаус, последние годы начал тайно заезжать ко мне в гости. Он договорился с одной из монашек, и она пропускала его через брешь в стене. Там был густой, полузаброшенный сад, и никто кроме той монахини не знал о наших встречах.