#9 Печать пожирателя (СИ) - Соломенный Илья - Страница 26

Хорошо.

Я повернулся к вратам храма. Воздух, тянувшийся из трещин зеленоватым дымом, тянул холодом, пах медью, ладаном и чем-то… древним. Очень древним.

— Идём.

Глава 12

Храм

Песчаник, испещрённый иероглифами, отдавал холодом, несмотря на палящее солнце. Я приложил ладонь к резному изображению бога Анубиса — его пустые глазницы пристально следили за мной из глубины веков.

— Назад, — бросил я через плечо.

Отряд шарахнулся — кроме Илоны. Она стояла вполоборота ко мне, пальцы пробежали по ментальному обручу — готовится к неожиданной атаке.

Умничка!

Фарис, Джамал, Юсуф и Лейла замерли в нескольких шагах, но их глаза выдавали страх. Особенно у трёхглазой — её третий зрачок, на лбу, сузился в игольное отверстие.

Я закрыл глаза и отпустил энергожгуты.

Магия под кожей зашевелилась, потянулась к камню — как корни к воде. Первый контакт с Храмом ударил в виски болью. Резкой, жгучей, будто кто-то вогнал раскалённый клинок прямо в мозг!

Я стиснул зубы, но не отдернул руку.

Храм дышал.

И это не метафора! Стены действительно шевельнулись, песчаник прогнулся под пальцами, и вдоль трещин ядовито-зелёные прожилки энергии засветились ещё ярче. Они запульсировали, переплетаясь в узор, который я узнал.

— Тот же принцип, что и в Тариме…

Врата с глухим скрежетом разошлись, и на нас хлынул воздух, пропитанный запахом ладана, тления и… металла.

Как кровь на языке.

А за порогом открылся лабиринт.

Мы медленно двинулись вперёд. Своды уходили вверх, теряясь в темноте. Стены, покрытые фресками, изображали процессии фараонов, богов и чего-то ещё — существ с слишком длинными конечностями и пустыми лицами. Огненные чаши, вмурованные в камень, горели без магическим пламенем, отбрасывающим движущиеся тени.

— Это… невозможно, — Джамал коснулся стены, — Мы должны быть уже под землёй, но…

— Но потолка не видно, — закончил за него Фарис. Его мутные глаза с руническими кольцами беспокойно метались.

Плиты под ногами шевелились. Не сильно, едва уловимо — но с каждым шагом ритм нарастал.

— Они реагируют на нас, — сказал я.

— На тебя, — поправила Илона.

Я не стал спорить, ведь невеста была права.

Моё магическое зрение за последние три года вышло на новый уровень — и теперь энергожгуты, невидимые прочим магам, мелькали вокруг меня, тянулись вперёд, как щупальца, ощупывая пространство.

Я чувствовал — где-то впереди бился источник — сердце Храма.

Поворот — и коридор раздвоился.

— Направо, — я даже не сомневался.

— Откуда ты знаешь? — Лейла заговорила впервые, и её голос прозвучал в голове, как скрежет ножей.

— Чувствую.

Лабиринт менялся.

Один коридор внезапно сужался, вынуждая пробираться боком. Другой — обрывался в пропасть, где внизу что-то шевелилось. Что-то огромное и многоногое… Третий — петлял, возвращая нас к началу, несмотря на прямую линию пути.

— Проклятые ловушки, — проворчал Джамал, вытирая пот со лба.

— Не ловушки, — я прикоснулся к стене, — Это проверка.

— И кто проверяет?

— Храм.

— Мы должны показать,что достойны находиться тут?

— Не вы, — я усмехнулся, — Я.

Фрески оживали при нашем приближении. Боги поворачивали головы, звери скалили клыки, а тени… тянулись за нами.

Илона внезапно вскрикнула.

Я обернулся, и увидел, как её нога провалилась в плиту. Камень растаял, обнажая яму с торчащими шипами.

Мои энергожгуты впились в пояс невесты, выдернув её из ловушки за мгновение до падения.

— Спасибо, — она выдохнула.

— Не благодари, малышка. Напугалась?

— Просто не ожидала. В следующий раз использую воздух, чтобы самой прыгнуть…

Я кивнул. Мы шли дальше, глубже в лабиринт, следуя за пульсацией энергии, что вела меня к центру.

Темнота лабиринта сгущалась с каждым шагом. Воздух стал тяжёлым, пропитанным древней пылью и чем-то ещё — горьким, как пепел сожжённых свитков.

Огненные чаши горели теперь реже, оставляя длинные участки пути в почти полной тьме. Только зелёные прожилки энергии в стенах пульсировали, как нервы живого существа.

— Тише, — я поднял руку, заставив отряд замереть.

Где-то впереди, за поворотом, раздался скрежет — будто камень тёрся о камень. Затем — шипение.

Илона тут же прижалась к стене, её пальцы пробежались по ментальному обручу.

— Их несколько, — мысленно бросила она мне.

Я кивнул.

Из темноты выскользнули существа, похожие на скорпионов, но размером с собаку. На их панцирях тоже красовались магические иероглифы. Их жала подрагивали, капая чем-то чёрным и вязким, что дымилось при попадании на камень.

— Не дайте им коснуться вас! — рявкнул я, увидев магическим зрением, насколько силён этот магический яд.

Этим магам от него не защититься — а тратить Эфир на их спасение я не собирался.

Бой начался мгновенно.

Юсуф что-то шепнул, вытянув перед собой книгу — и с её страниц сорвалась вереница иероглифов, разрывая десяток скорпионов пополам. Однако их внутренности ожили и поползли по полу, сливаясь в новую тварь.

— Чёрт!

Джамал ударил посохом — каменные шипы взметнулись из пола, пронзая тварей. Но те лишь раскололись, и из каждой половинки выросли новые.

Лейла вскрикнула — один из скорпионов прыгнул ей на плечо. Фарис рванул вперёд, отсекая жало выросшим в его руке водяным клинком, но капля яда всё же попала на руку трёхглазой колдуньи.

Кожа почернела за секунду.

— Держись! — рыкнул я, впиваясь в отраву, и высасывая чужую магию.

Ладно, тут было немного, и Эфир не потребовался…

Лейла застонала, но рука постепенно вернула цвет.

— Спасибо, — прошептала она, но её третий глаз по-прежнему смотрел на меня с подозрением.

Я не ответил — жахнул потоком смешанной магии так, что он прокатился по коридору, сметая скорпионов, отбрасывая их, ломая и обездвиживая.

— Когда противников много — их проще завалить вместе, одним ударом, — бросил я через плечо ошеломлённым колдунам.

В тот же миг коридор впереди запечатался — каменная плита соскользнула с потолка, перекрывая проход.

— Ловушка, — процедил Фарис, резко развернувшись — и позади тоже упала такая же плита.

— Из тебя предсказатель вероятностей — как из говна конфетка, — вздохнул я, — Что ты вообще в этом рейде предсказал?

Помощник шейха зыркнул на меня недобро, но промолчал.

— Это не ловушка, — я ткнул пальцем в стену, не обращая на него внимания, — Тест.

Иероглифы на камне засветились.

— «Кто достоин пройти?» — перевёл Джамал, потирая бомбу на затылке, — Бред какой-то!

— Замолчи, — Илона прикоснулась к символам, — Это головоломка. Нужно правильно выстроить последовательность трёх добродетелей.

Фрески вокруг сдвинулись, открывая скрытые панели с вращающимися камнями. Их были десятки.

— Как в гробнице Хафры, — пробормотал Фарис.

Я стиснул зубы.

— У нас десять минут, — указал на потолок, где из щелей медленно сочился песок, — Потом нас засыплет. Фарис, покажи, что ты не бесполезен. Какие добродетели у вас в деспотии в чести?

— Правдивость, справедливость и сострадание…

— Тогда ищите противоположные иероглифы, — усмехнулся я, — У создателя этого храма наверняка было извращённое чувство юмора.

— То есть… Ложь, беззаконие, равнодушие.

Камни щёлкали, вставая на места, но песок прибывал быстрее. Уже через минуту он хрустел под ногами, осыпаясь за воротник.

— Где третий символ⁈ — крикнула Лейла.

— Здесь! — Илона отыскала в стене последний камень, — Помоги мне отыскать иероглиф!

Через минуту, когда мы были засыпаны уже по пояс, стена, перекрывающая проход, вздрогнула — и поднялась.

Мы рванули в проём, едва успев перед тем, как тонны песка обрушились за нашими спинами.

Но передышка длилась недолго.

Новый коридор сужался, превращаясь в тоннель, где приходилось идти боком. Стены здесь были покрыты острыми шипами, которые шевелились, будто чуяли добычу.