Чужие интересы. Окталогия (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич - Страница 258

– Не дайте уйти магам! – услышал я со стороны башни, после чего в отступающих понеслись смертоносные техники. Удалось ли уничтожить именно одарённых, было неясно, так как части ретировавшихся всё же удалось уцелеть.

Уже к третьей попытке взять нашу башню у её защитников не осталось метательных снарядов. Ни на нашем фланге, ни на противоположном, ни в самой башне. Будь у нас отряд стрелков с хорошим запасом стрел, мы бы измотали противника, так и не подпустив его к воротам. Но почувствовав, что с нашей стороны практически ничего уже не летит, враг снова осмелел и ринулся на приступ. К этому моменту мы еда ли сократили численность вражеской армии хотя бы на полсотни бойцов.

В ход пошла новая черепаха, следом за которой двинулся отряд лучников. Командование посчитало, что прицельный обстрел непосредственно с каменного моста принесет куда больше пользы, так как заставит замолчать нашу одарённую артиллерию. Да тут ещё из недр приозерского хирда в нашу дверь полетели сгустки наподобие моего «града», изрядно повредившие и без того пострадавшие доски.

– Двигаем внутрь! – отдал команду я, убедившись, что заниматься скалолазанием враг сегодня не намерен.

На первом этаже уже выстроились бойцы Гунделя, готовые встретить врага, отчего с нашим появлением там стало откровенно тесно. Сам он отдавал последние приказы, когда заметил нас.

– Я уж думал вы сбежали, поджав хвост. Мазай, к бойнице! Залп по команде Кромвеля!

Спорить я не стал, выбрав для себя одно из узких оконцев на втором этаже. Услышав команду приготовиться, я левой рукой сформировал перед собой небольшой щит, а правой подвесил сразу две «градины», которые отправил в полёт после очередного приказа.

Предусмотрительность со «щитом» оправдала себя на все 100%, так как в него влетело сразу несколько стрел от карауливших все бойницы лучников. Зато я увидел, как по‑настоящему должен выглядеть «град», оправдывающий такое громкое название. Сразу несколько десятков заряженных шариков разных размеров и убойной силы врезались в штурмующий крепость строй. Это действительно было похоже на магическое стихийное бедствие с опустошительными свойствами. Щиты силовые и щиты деревянные полопались как мыльные пузыри, кольчуги, в которые были облачены большинство бойцов, не выдерживали такого натиска, а более серьёзных доспехов у нападавших не было. В таких бы они сюда попросту не добрались. В итоге, был нанесён серьёзный удар не только по численности, но и по психике солдат.

Но дрогнувшие было войска вовремя поддержало новое подкрепление, с криком «за короля!» понёсшееся следом. Сотворить второй «град» подряд сможет далеко не каждый маг, а потому наш последующий залп был куда менее стройным и мощным. В ход пошли индивидуальные техники отдельных магов, каждый из которых по‑своему пытался остановить прорыв, и отсутствие нормальной сработанности порой играло против нас. Вот и сейчас одного и того же воина поразило сразу два сильных заклинания с разных сторон, буквально размазав по мосту. Потратить столько силы ради одного рядового бойца… Уже через пару минут, маги начали выдыхаться и явно не спешили тратить последние запасы. Это придало сил нападавшим, которые уже остервенело доламывали деревянную дверь. Наверное, им казалось, что если они вломятся внутрь, то победа будет у них в кармане.

– Кромвель! – заорал Гундель. – Сделай уже что‑нибудь, иначе мы их не удержим! Ну же!

Рано, черт возьми, рано! Слишком похоже на провокацию. Надеюсь, наставник это понимает.

Дверь всё‑таки рухнула, и хлынувшие внутрь приозерцы увязли в сражении с воинами Гунделя. Ещё пару минут им удавалось удерживать неширокий проём, изредка огрызаясь отдельными заклинаниями, но в основном за счёт пехотного строя, бойцы которого менялись местами, чтобы дать отдохнуть друг другу. Но точно так же действовал и противник, и у него «скамейка запасных» была куда длиннее. В итоге, линия соприкосновения постепенно расширялась, а ситуация становилась всё критичнее.

– Отходите! – крикнул я Гунделю, видя, что они начинают сдавать и уже потеряли пятерых. – Мы прикроем!

Зайцы встали на позицию и аккуратно пропустили сквозь свои ряды измотанных гвардейцев, после чего также слаженно сомкнули строй и начали пятиться к противоположному выходу, впуская в башню всё больше солдат. Я пару раз был вынужден ломать «тараном» вражеский строй, чтобы избежать потерь среди своих.

И вот, когда мы уже стояли под сводами никак не запираемого второго выхода, а некоторые вражеские бойцы додумались начать вылазить наружу через широкие тыловые окна, я заорал во всё горло, чтобы перекрыть грохот сражения:

– Хорки! Давай!

Парень, просидевший в засаде всё сражение наконец‑то дождался своего звёздного часа. Он потянул верёвку, хитр о  связавшую воедино целую цепь заготовленных ящиков из‑под овощей и солонины, которые мы старательно наполнили камнями и булыжниками. Импровизированные бомбы одна за другой срывались вниз и, пролетев сквозь пролёты, падали прямо в скопившуюся на первом этаже толпу, чиня там страшный урон. На короткое время б о  льшая часть нападавших была отрезана от нас, что позволило нам выскочить наружу и выставить новый рубеж обороны. Теперь мы старались не выпустить никого из башни, а бойцы Гунделя при этом встречали тех, кто пытался лезть через широкие, ничем не прикрытые окна. Долго нам этот сжатый ком, в который превратилась сторожевая башня, не удержать.

Но тут своё слово сказал Кромвель. Я даже не видел толком, что там произошло, лишь отдельные вспышки да множественные крики боли возвестили о том, что внутри начался твориться форменный ад. Хорки, который дольше нас задержался в башне и какое‑то время успел понаблюдать за всем этим сверху, позже уверял, что видел какой‑то неуловимо быстрый и искрящийся сгусток, который хаотично метался от одной стены к другой, словно взбесившаяся оса и, проходя сквозь или даже просто касаясь человеческих тел, вызывал у них судороги и агонию. А запах обожжённой плоти, думаю, навсегда въелся в стены сторожевой башни.

Остатки королевских войск, столкнувшихся с порождённым Кромвелем ужасом, в панике начали отступление обратно на другой берег. Мы же добили тех, кто сумел выбраться из устроенной западни. Для обеих сторон настало время зализывать раны и перегруппировываться.

Дозорные сообщали, что противник пытается прийти в себя и сформировать новые десятки. Но не думаю, что хоть кто‑то из уцелевших готов сегодня снова идти в бой. Из почти 3‑х полноценных сотен королевских солдат в строю осталось меньше половины. Наши же потери исчислялись десятками, в том числе штурм не пережил ещё один новобранец, а Шуст валялся сейчас в бессознательном состоянии с разбитой головой.

– Зеф, ты же вытащишь его? – я смотрел на нашего мага, и мне совсем не нравилось, что он не торопится с ответом. – Зеф, мать твою, не молчи! Ты вытащишь его⁈

– Я не знаю! – вдруг заорал он. – Не знаю я! Голова – это не задница! Мало залатать рану, нужно восстановить связи. А я… Да я хер его знает как это делается!

– Ну что‑то же можно сделать? – уже куда более спокойным тоном спросил его я.

– Я и так делаю, что могу, просто не мешай. А дальше… Дальше остаётся надеется, что этого будет достаточно.

От отряда Гунделя остался лишь десяток, ещё семеро было раненых. Также мы потеряли двух магов 2‑й ступени. У одного банально торчала стрела в голове, у второго этой головы не было вовсе. Всё‑таки и со стороны приозерцев летели убийственные техники.

Мы были истощены, ворота в крепость сломаны и, что самое главное, у наших магов были практически пустые резервы. Решись королевские войска на ещё один штурм, и он точно станет успешным. Остаётся надеяться, что они неверно оценивают наши силы. А чтобы закрепить подобное впечатление, не мешало бы развести побольше суеты.

– Так, ребята! Те, кто не занят, почаще мелькайте в окнах и над стенами. Это касается и магов и раненных, которые могут хотя бы пошевелить копьём, а лучше двумя. Только стрелу не словите. Тащите ящики и бочки, заполняйте их щебнем, и перегораживайте проход. Время играет на нас, как только наши маги отдохнут, мы снова сможем дать бой.