Плач феникса (СИ) - Шебалин Дмитрий Васильевич - Страница 54

— Да, — односложно ответил я и по его лицу понял, что другого ответа он и не ожидал.

— Тогда идём. Бойцов своих оставь здесь. Когда будем уходить, они нас только задержат. И вот ещё…

Он сунул руку в карман и, бросив два коротких взгляда по сторонам, словно какой-то воришка вложил мне что-то в ладонь. От прокатившейся по всему телу дрожи и от того, как заворочался внутри меня Бес, я сразу понял, что это такое. Эти ощущения запертой в жертвенном кристалле энергии сложно было перепутать с чем-либо ещё.

— Тут осталось немного, но тебе оно сейчас нужнее, — добавил мастер.

Не раздумывая и не отнекиваясь, я начал втягивать в себя остатки силы, ощущая, как прохладным потоком они смывают с меня усталость и наполняют собой мой источник.

Отдав короткий приказ отряду, я последовал за Кромвелем, который уверенно побежал в сторону ближайшего проулка, ведущего на восток. Там над крышами двух- и трёхэтажных домов виднелась верхушка той самой колокольни, на которую когда-то хотел взобраться пьяный Шуст, чтобы осчастливить всех жителей Фельса. И именно оттуда с минуты на минуту появятся первые волны захватывающей город орды.

Через 200 метров петляний мы вышли к другой широкой улице, и теперь привлёкшая моё внимание башня-ориентир возвышалась прямо над нами. Я помнил это место. Тут неподалёку находилось здание гильдии, а чуть дальше — ярморочная площадь с фонтаном, который однажды шутки ради заморозил Кромвель.

Выглянув из-за угла, мы тут же снова втянули свои головы обратно. В паре сотен метров от нас топали многочисленные сапоги вражеских солдат, сплошным потоком заполнивших собой практически всю выложенную камнем мостовую.

— Я останусь здесь, тебе же нужно перебраться на ту сторону, — поделился со мной своим планом мастер. — Я постараюсь их задержать, а ты бей в толпу и уходи. Попробуем выловить рыбу покрупнее. Помнишь дорогу до моего поместья? Вот и отлично, отходи туда и не влезай в бой, пока я не подоспею. Начали!

В таком цейтноте на более подробные указания рассчитывать не приходилось, и я, укрывшись «пологом», скользнул на другую сторону улицы. Нырнув в тень одного из проулков, я оценил высоту ближайшего ко мне здания и в несколько этапов взобрался на его крышу. Стоя уже на заснеженной и обледенелой черепице, я вжался спиной в холодный камень небольшой декоративной башенки. Отсюда я хорошо видел не только продвигающееся в центр города войско, но и мастера Кромвеля, что-то колдующего возле колокольни. Он шарил руками по каменной кладке её основания, будто что-то разыскивая, а затем замирал на несколько секунд. Так повторялось снова и снова, пока времени у нас не осталось вовсе.

Когда передние ряды поравнялись с тем местом, где прятался я, мастер привёл свой план в исполнение. Раздалась череда взрывов, и осколки дроблёного камня шрапнелью ударили во фланг марширующим мимо захватчикам, а улицу заволокло поднявшейся пылью. Но это было лишь началом. В чудовищном треске, перекрывшим даже марш десятка тысяч сапог, мне послышался жалобный стон простоявшей здесь не одно столетие колокольни. Ведь теперь она падала!

Несмотря на шок от увиденного я продолжал готовиться к собственной части представления. Выбор пал на новую технику, которую я практиковал в Триеме, а отдельные её элементы тренировал по пути в Фельс. Не всё выходило гладко, но почему-то именно сейчас мне показалось, что всё должно получиться. Как там говорил Блурвель? Когда придёт время, то я это почувствую? Наверное, время пришло.

Стараясь не отвлекаться на происходящее вокруг (а это очень трудно, когда мимо тебя с оглушительным грохотом на толпу живых людей валиться 25-типятиметровая каменная башня), я выполнял одно заученное действие за другим. Собрать энергию, пропустить через узлы, создать подпитываемый контур, похожий на большой многослойный круг с симметричным узором внутри. Затем закинуть его повыше над головой и развернуть в сторону многочисленных врагов. Другой поток направить в точки преломлений круга и наполнить их до отказа. За основным диском-печатью расположить второй изоляционный, а за ним третий — с отрицательным зарядом, выполняющий функцию разгонного блока. Оставалось лишь отдать последнюю команду.

Все манипуляции заняли не больше пяти секунд, после чего я смог вынырнуть из внутреннего представления в реальное пространство, чтобы осмотреться вокруг. Последствия устроенного Кромвелем обрушения в основном затронули мостовую, завалив её крупными фрагментами и множественными осколками, почти полностью перекрывшими проход по улице. Частично задело и два дома на противоположном краю улицы, добавив и без того внушительной картине красок. И тут и там валялись сотни покорёженных и изломанных тел, частично погребённых под камнями и деревянными балками. И наверняка были те, кого и вовсе размазало или с головой присыпало обломками зданий. Ещё больше бойцов получили серьёзные ранения. Их посекло камнями, контузило или переломало конечности. Все они теперь недееспособны, а значит, не подходят на роль целей для моего заклинания. Однако на смену им уже накатывали новые, так что искать других долго не пришлось.

Над моей головой в нетерпении подрагивал созданный мной тройной слой из разного рода печатей. Движущийся до этого узор наконец встал на место и застыл. Я немного скорректировал направление и с надеждой на лучшее распустил вспомогательную печать «звездопада». Двенадцать зарядов с искрящимися хвостами понеслись в направлении всё прибывающих захватчиков. Пролетев первую треть пути, каждый из них с шумом разделился на три части поменьше, а ещё через треть утроение произошло вновь.

Поток из порождённых магией стрел косым дождём пролился над обездушенной толпой. Попадая в людей, он прожигал их низкокачественную броню, добирался до плоти, а затем вгрызался в неё, заставляя кровь запекаться прямо в венах. Не все снаряды нашли цель, половина из них разбились о брусчатку, но не меньше чем для полусотни врагов поход на Фельс закончится уже сегодня.

От вложенных усилий и напряжения голова закружилась, а колени предательски подогнулись. Пытаясь удержаться, я переступил ногой и тут же ощутил, как она поехала по обледенелой поверхности. Свалившись на задницу, я вместе с коркой из снега и наста заскользил вниз по покатой крыше. А через секунду то место, где я только что стоял, разлетелось на куски вместе с декоративной башенкой, за которой я прятался. Кажется, Кромвель был прав, и среди всей этой орды мы наткнулись на рыбу покрупнее.

В полуметре от края крыши я успел прямо по ходу своего движения создать «ступень», которая уберегла меня от падения. Оттолкнувшись от неё, я дал дёру на противоположный угол дома, подальше от глаз того, кто смог достать меня даже здесь.

В отличие от главных улиц города остальные его проулки и подворотни особой шириной не отличались. Один-два прыжка по воплощённым прямо в воздухе подставкам, и я оказывался на следующей крыше. И главной задачей первое время было не свернуть себе шею. Однако поместье Кромвеля располагалось недалеко от внутреннего города. Богатый район жался поближе к резиденции наместника, и здесь уже хватало открытых пространств, заставивших меня вновь спуститься на землю. Но и там меня какое-то время никто не атаковал.

Я даже подумал, что переоценил противника и «удирал» от него слишком быстро. Но стоило мне пробежать по брусчатке до ближайшего поворота, как предчувствие опасности вновь обожгло меня. А нет, это был реальный жар, заставивший снег под ногами превратиться в воду, а меня отпрянуть назад, лишь чудом не угодив в западню.

Воздух передо мной дрожал и рябил искажениями, но длилось это не больше секунды, после чего ловушка развеялась, так и не поймав неосторожную жертву. Я начал хаотично менять своё местоположение, периодически скрываясь за естественными преградами. Но и покидать окрестности поместья не торопился. Кромвель хоть и не сказал прямо, но и без того было ясно, что в этой охоте мне уготована роль приманки.

Очередная атака пришла сверху. Техника, очень похожая на «молот», выбила осколки из булыжников опустевшей мостовой в полуметре от меня, а второй заряд и вовсе задел край выставленной мной полусферы «щита», лишив её целостности. Силён, паскуда. Да к тому же хорошо прячется. Так хорошо, что я даже ни разу его и не видел.