Маг красного знамени (СИ) - Руднев Клим - Страница 36

Вдруг из глубины реки ударил столб воды. Взрыв оказался такой силы, что волна докатилась до противоположного берега.

— Он взорвался? — удивилась Майя.

— Последнее заклинание, — слабо произнес Иван. — Видимо, предпочел взорваться, чем сдаться.

К ним подбежали Карцев, Ольга Андреевна и другие союзники.

— Что случилось? Мы слышали взрыв! — задыхаясь спросил полковник.

— Дзержинский, — коротко ответила Майя, опускаясь на колени рядом с Иваном. — Он напал на нас сзади.

Ольга Андреевна сразу увидела рану и побледнела.

— Клинок душ, — прошептала она. — Боже мой…

— Можете что-то сделать? — умоляюще спросила Майя.

— Я… я не знаю, — честно призналась Ольга Андреевна. — Такие раны… В нашем мире нет магии, способной их исцелить. Тебе, Майя, помогла песня домовых, это древняя сила нашего мира, а Иван ведь не отсюда — ему она не поможет…

— Должен же быть способ! — воскликнула Майя.

— Есть один, — медленно сказала Ольга Андреевна. — Но…

— Какой?

— Если вернуть его в родной мир. Там, где нет магии, проклятие клинка не будет действовать. Рана исцелится сама.

Майя посмотрела на Ивана. Тот слабо мотнул головой.

— Нет, — прошептал он. — Я не оставлю вас. Не оставлю тебя.

— Но ты умрешь!

— Лучше умереть здесь, с друзьями, чем жить там, в одиночестве.

— Это глупость! — Майя взяла его за руки. — Ты должен жить! Ты нужен своему миру!

— Мой мир здесь, — слабо улыбнулся Иван. — Рядом с тобой.

— Иван, пожалуйста! — в голосе Майи слышались слезы. — Если ты меня любишь, открой портал!

Иван посмотрел в ее глаза и увидел там такую боль, что сердце сжалось.

— Хорошо, — тихо сказал он. — Но только если ты пообещаешь, что будешь счастлива.

— Обещаю, — соврала Майя.

Иван собрал последние силы и начал концентрироваться. В воздухе перед ним замерцало знакомое радужное сияние. Портал медленно открывался.

— Вижу свой мир, — прошептал Иван. — Вижу тот самый сквер, где упал памятник.

— Иди, — подтолкнула его Майя. — Быстрее, пока портал не закрылся.

Иван с трудом поднялся на ноги. Черный дым из раны становился все гуще.

— Прощайте, — сказал он союзникам. — Постройте тот мир, о котором мы мечтали.

— Построим, — пообещал Карцев. — Обязательно построим.

Иван сделал шаг к порталу, потом обернулся к Майе:

— Я буду помнить тебя всегда.

— И я тебя, — ответила она.

Иван шагнул в сияющий проход… и в последний момент Майя рванулась за ним.

— Майя, что ты делаешь? — крикнул Карцев.

— Иду за любимым! — ответила она, исчезая в портале.

Радужное сияние погасло. Портал закрылся.

На набережной остались стоять растерянные союзники.

— Она же не сможет вернуться, — тихо сказала Ольга Андреевна. — В том мире нет магии для открытия портала.

— Знает, — кивнул Карцев. — И все равно пошла за ним.

— Любовь, — философски заметил водяной. — Сильнее любой магии.

Громов посмотрел на место, где исчез портал.

— А что теперь с нами? — спросил он. — Кто нами руководить будет?

— Мы сами, — ответил Карцев. — Так, как учил нас Иван. Вместе, сообща, без диктаторов и тиранов.

— Справимся? — неуверенно спросил кто-то из толпы.

— Обязательно справимся, — твердо сказала Ольга Андреевна. — У нас есть его пример. Есть его идеи. Есть память о том, что свобода возможна.

Солнце поднималось над Ленинградом, освещая город, где закончилась одна история и началась другая. История народа, который научился быть свободным.

Эпилог

Полгода спустя

Иван проснулся от звука будильника и первым делом посмотрел на Майю. Девушка лежала рядом, но сон у нее был беспокойным — она ворочалась, что-то бормотала во сне. Наверняка снова снился тот мир, который они покинули.

За окном серого утра виднелись знакомые многоэтажки родного города. Его мир, где он родился и вырос. Мир без магии, летающих автомобилей, домовых и русалок. Обычный, серый, привычный мир.

— Опять кошмары? — тихо спросил он, когда Майя открыла глаза.

— Не кошмары, — грустно улыбнулась она. — Хорошие сны. Снилось, что мы дома, в библиотеке у Ольги Андреевны. Пили чай, обсуждали планы…

Иван обнял ее крепче. Рана от проклятого кинжала зажила сразу же, как только они оказались в мире без магии. Но другие раны — душевные — оставались болезненными.

— Хочешь позавтракать? — предложил он. — Могу приготовить те блинчики, которые ты любишь.

— Хочу зажечь огонь на ладони, — тихо ответила Майя. — Хочу увидеть хотя бы искорку. Полгода уже пытаюсь, но ничего не получается.

Иван ничего не ответил. Что он мог сказать? Что и сам иногда по ночам пытался создать магический свет? Что тоже скучал по тому ощущению силы, которое было в том мире?

Они молча встали с постели и направились на кухню. Квартира была небольшой — однокомнатная, на окраине города. Ивану удалось устроиться на завод токарем, Майя работала в библиотеке. Простая, тихая жизнь обычных людей.

— Смотри, — Майя указала на телевизор. — Опять новости про беспорядки.

На экране показывали кадры из разных стран. Протесты, митинги, столкновения с полицией. Мир менялся, но не так, как они надеялись в том, другом мире.

— Иногда думаю, — задумчиво сказала Майя, наливая чай, — может, нам стоило остаться? Помочь им справиться с трудностями?

— Интересно, как они там без нас? — Иван задумчиво прикоснулся к медальону на шее.

В это же время, в мире, который они покинули, Ольга Андреевна стояла у окна библиотеки и смотрела на дымящийся город. По улицам бегали люди с мешками награбленного добра. Где-то вдали полыхал пожар — видимо, снова подожгли правительственное здание.

— Как дела с продовольствием? — спросила она, обращаясь к Карцеву.

Полковник мрачно покачал головой:

— Плохо. Крестьяне отказываются везти зерно в город. Говорят, что за деньги им нечего покупать, а на продукты обменивать не хотят.

— А заводы?

— Половина остановилась. Рабочие требуют немедленного повышения зарплат, а директора говорят, что денег в казне нет.

Ольга Андреевна вздохнула. Полгода назад, когда пал режим Дзержинского, всем казалось, что наступит золотой век. Люди ликовали, магические существа вернулись в города, началось строительство нового, справедливого общества.

Но оказалось, что разрушить старое намного проще, чем построить новое.

— А как дела в других городах? — спросила она.

— В Москве — анархия. Петр Кулешов попытался объявить себя новым генсеком, но его свергли через неделю. Теперь там правит совет из семи человек, которые не могут ни о чем договориться.

— В Киеве объявили независимость от Союза, — добавил подошедший Громов. — Говорят, создают собственное государство.

— А Сибирь вообще от всех отказалась, — мрачно заметил водяной. — Там теперь правят местные кланы.

Ольга Андреевна прикрыла глаза. Когда рядом был Иван, все казалось возможным. Он умел объединять людей, вдохновлять на подвиги, находить компромиссы. А теперь…

— Может, попробуем связаться с ним? — робко предложил кто-то. — Домовые говорят, что можно попытаться открыть портал…

— Нет, — твердо сказала Ольга Андреевна. — Там он жив и здоров. А здесь его может убить первая же попытка применить магию. Мы не имеем права его звать.

В дверь постучали. Вошел гонец — молодой парень с перебинтованной рукой.

— Из лесов плохие новости, — запыхавшись, доложил он. — Волки объединились в стаи. Нападают на деревни. Говорят, их ведет какой-то волшебник.

— Еще один самозванец, — устало сказал Карцев. — Третий за месяц.

— А из-за океана телеграмма, — продолжил гонец. — Америка официально закрывает границы. Их поддерживает Канада и Мексика.

— Ну и пусть, сейчас проблем и без них хватит, — констатировала Ольга Андреевна. — После будем разбираться. Может, оно и к лучшему.