Гений Медицины (СИ) - Алмазов Игорь - Страница 53

— Перестань меня так называть, — огрызнулся Соколов. — Просто задумался.

— Когда ты уже заведующим-то станешь в своей клинике? — уколол его ещё один друг, Даниил. — А то всё рассказывал нам, как станешь руководить целым отделением в лучшей клинике города.

— Всё пытаешься показать, что ты чего-то можешь добиться и без отцовских денег? — поддакнул Савелий. — Брось ты эту затею, это в нашем мире невозможно.

Друзья рассмеялись, хотя Роман не увидел даже намёка на шутку, и они громко чокнулись стаканами. Магический коктейль обладал свойствами усиливать и укреплять магию. но пили они его за веселящий эффект, который у него являлся побочным.

— Скоро стану, — буркнул Соколов. — Сначала место в клинике получу, а потом и нынешнего заведующего уберу оттуда. Буду зарабатывать столько, сколько вы и за год пропить бы не смогли!

— Я бы точно смог, — усмехнулся Даниил. — Тебе просто с магией не повезло. Родился бы ты с финансовой магией, как я — вообще проблем бы не знал. А то лекарь, тоже мне.

— Всё равно же деньгами отца воспользовался, чтобы в клинику эту попасть, — добавил Савелий. — В чём логика?

Как же они раздражали. Сами ничего в жизни не добились, так ещё и его, Романа, стебут.

— Логика в том, что я использую эти деньги с умом, — важно ответил Соколов. — Вот увидите, пара месяцев, и я останусь единственным кандидатом на должность! И займу место терапевта в клинике.

— А это идея, — зажёгся Савелий. — Тогда давай пари? Выделим тебе два месяца и посмотрим, исполнишь ли ты своё обещание. Если нет — то на твои деньги дружно поедем отдыхать. А если да — то я на месяц откажусь от денег отца!

— Сева, ты и дня не продержишься, — рассмеялся Даниил. — Ты в день тратишь больше, чем половина города зарабатывают в месяц!

— Я и не проиграю, — усмехнулся Савелий. — У нашей Ромашки слишком уж неосуществимые планы. Я наводил справки, Зубов, их заведующий, взяток не берёт.

— Зато главврач берёт, раз даже Ромашку в клинику принял, — усмехнулся Даня.

— Главврач берёт, но он за интернов не отвечает, их Зубов курирует, — важно ответил Савелий. — Так что придётся Ромашке своими силами пробиваться.

Решили взять его на «слабо». Соколов нервно усмехнулся.

— Увеличим ставки, — проговорил он. — Если проиграю — то не только свожу вас на отдых, но ещё и исполню любое желание каждого. Сможете дать волю своей фантазии.

— О-хо-хо, берегись, Ромашка, — засмеялся Даня. — Я ТАКОЕ тебе придумаю.

— А если проиграем? — прищурился Савелий.

— Если проиграете — то откажетесь от денег отцов оба на три месяца, — ответил Роман. — И устроитесь на это время на максимально плебейскую работу. Например, официантами в это самое кафе.

Друзья резко перестали смеяться и призадумались. Работать официантами будучи людьми их круга — это позор. Однако желание выиграть этот спор явно было сильнее.

— Идёт, — первый согласился Савелий. — Два месяца тебе.

— И мы будем следить, чтобы всё было честно, — добавил Даниил. — Я тоже согласен.

Друзья пожали руки и ещё раз чокнулись стаканами.

Ну погодите. Соколов ещё покажет им, что он из себя представляет. Они потом на коленях извиняться будут, прощения просить.

Выкинуть Боткина, а дальше дело легче пойдёт. Настало время для самого грязного из всевозможных трюков.

Утром Клочок разбудил меня за полчаса до будильника.

— Хозяин, ты не передумал, берёшь меня на работу? — взволнованно пропищал он. — А шину мне снимешь?

— Сниму, сниму, — сонно ответил я. — Дай хоть проснуться!

Я умылся, снял с Клочка повязки и проверил его раны.

— Хвост до конца не зажил, будь аккуратнее, — предупредил я его.

— Хорошо, хорошо, — торопливо кивнул тот. — Ну, идём на работу?

— Придём раньше всех, — вздохнул я. — Ну давай. Как обычно, сегодня на тебе сбор сведений. Пора уже нам завладеть доказательной базой против Соколова.

В ординаторской досыпал Болотов, а возле него с кружкой чая сидел Никита.

— Доброе утро, — кивнул он мне. — Не разбуди ночного бедолагу. Смотрю, не один я люблю на работу пораньше приходить?

— Так получилось сегодня, — улыбнулся я. — Зубов ещё не приходил?

— Не, наставник наш как часы, приходит ровно в восемь утра, — ответил Никита. — Иногда мне кажется, что он до этого времени просто внизу где-то стоит, но не поднимается. Чтобы ровно ко времени подойти.

Я налил себе кофе и присел с ним за стол.

— Даже не будешь спрашивать, как именно я получил место в клинике? — прищурился Никита. — А то ваш Соколов вчера полдня доставал!

— Мне было бы интересно, но допытывать я не собираюсь, — пожал я плечами. — Захочешь — сам расскажешь.

— Это мне нравится, — улыбнулся он. — Но вообще, мне правда нечего рассказывать. Работал хорошо. Вот Зубов меня и оставил. Так что никаких советов из разряда «а как к нему подлизаться» я тебе не дам.

— Я и не рассчитывал, — усмехнулся я. — Подлизываться — это не про меня.

Никита, чуть прищурившись, внимательно на меня посмотрел. На пару секунд в ординаторской наступила тишина, и было слышно только мерное посапывание Болотова.

— Слушай, — наконец произнёс он. — Я не сторонник всяких интриг и всего прочего. Но мне кажется, ваш ещё один интерн, Соколов — не самый приятный человек. Просто решил предупредить, что от него можно ожидать всякого. Знаю я таких людей, они с гнильцой.

И это Никита ещё даже не представляет, сколько на самом деле в Соколове этой гнили.

— Спасибо за предупреждение, — кивнул я. — Но это было и так понятно с самого начала.

— Доброе утро, я не опоздал! — громко оповестил о своём прибытии Шуклин.

Болотов резко встрепенулся и принялся искать на столе свои очки.

— Ты даже рано, ещё пятнадцать минут есть, — отозвался я. — С выздоровлением.

— А это кто? — Шуклин подозрительно уставился на Никиту. — Уже замену мне нашли?

— Ну да, я новый интерн, — серьёзно кивнул он. — Меня взяли на работу вместо какого-то идиота, который перекись умудрился выпить. А вы кто?

Шуклин резко побледнел и сжал кулаки.

— Как это вместо меня⁈ — воскликнул он. — Это моё место, Зубов не имел права!

— У-успокойся, это п-просто терапевт, — зевнув, проговорил Болотов. — Он б-был в отпуске.

— Никита Яковлевич, прошу любить и жаловать, — кивнул Никита.

— Фух, отлично, — Шуклин бухнулся на диван и прикрыл глаза. — Я Паша. И перекись я выпил случайно.

— Шикарное знакомство, ни добавить, ни прибавить, — улыбнулся Никита. — Хоть в резюме так и пиши.

В ординаторской появились Соколов и Тарасова, а следом за ними и Зубов.

— С возвращением, куриная жопка, — бодро проговорил он. — Итак, господа птенцы, время разлетаться по пациентам. С сегодняшнего дня я решил повысить вам уровень сложности!

— Вот стоило мне с больничного выйти, так сразу уровень сложности повысился, — вздохнул Шуклин.

— Не переживайте, вы остаётесь на прежнем уровне, — усмехнулся Зубов. — А остальные получат по целой палате пациентов, у которых уже выставлены диагнозы. И будут вести всех их до выписки.

Для меня это не было повышением сложности, так как со мной этот трюк Зубов уже проделывал. И мне нравилось это гораздо больше, чем просто видеть пациента, ставить диагноз — и передавать другому. Я всё равно старался навещать всех своих, но теперь это будет более официально.

— Никита, а ты чего расселся? — добавил Зубов. — На тебе все новенькие пациенты, порхай, орёл.

— Лечу-лечу, — кивнул тот. — Если помощь будет нужна — обращайтесь.

— Так, Болотов, возьмёшь всю семнадцатую палату. И только попробуй мне ещё раз запугать Постникову! Я после вчерашнего даже валерьянку на ночь пил, — пригрозил Зубов. — И это не отменяет твоего дежурства и сегодня ночью. Давай, мухой!

— О, значит, я сегодня не дежурю? — радостно спросил Шуклин.

— Убийственная логика, назвал бы её женской, да боюсь, Тарасова обидится! — ответил Зубов. — Вам ещё надо заслужить отсутствие дежурства, любитель перекиси вы наш! Давайте-ка, восемнадцатая палата, Григорьев. Диагноз, лечение, всё как обычно.