Дар Демона. Том 1 и Том 2 (СИ) - Веден - Страница 43

— У Темных нет выбора, — продолжил Кирумо, — или Многоликий, или Серая Госпожа. Или сами по себе, только в итоге — Серая Госпожа. Владыка берет к себе только самых верных.

Кирумо замолчал, повел головой, принюхиваясь. Вскочил, изменившись в лице.

— Вот ведь… вот ведь, додумались… Или не они?

— Что случилось? — Альмар тоже втянул носом воздух, но не учуял ничего необычного. Лес пах лесом.

— Пожар, причем в нашу сторону!

…Альмар не представлял прежде, как страшно бежать, когда огонь мчит следом, пышет жаром, обжигает кожу до волдырей, а сил почти не осталось.

— Никогда такого не видел! — прокричал на ходу Кирумо. — Это не обычный низовой пожар! Ветер гонит его по верху деревьев!

Рядом неслись звери, обезумевшие от страха. Пара волков оказалась очень близко, и Альмар почувствовал щетку серого хвоста, скользнувшего по руке.

Впереди блеснула вода, но… лишь узкий ручей глубиной по колено.

Кирумо перескочил поток, обернулся:

— Скорее!

Альмар прыгнул следом. Подошва сапога скользнула по мокрому камню, его повело, перед глазами внезапно оказалась земля. Боль в левой ноге заставила задохнуться. Острая грань камня глубоко пропорола голень, окрасив воду алым. И, что куда хуже, сама стопа теперь выглядела странно: сгибалась совсем не туда, куда следует.

— Вывих, — мрачно сказал Кирумо, — или перелом.

— Нет, — Альмар мотнул головой, — ерунда.

Он попытался встать, но боль усилилась, стала невыносимой. Бежать не получится. Даже идти невозможно. Альмар повернулся к стене пожара: еще пара минут, и огонь будет здесь.

Сгореть заживо…

Поднял голову — Кирумо стоял рядом, хмурился, словно принимая мучительное решение.

— Вот и все. — Собственный голос показался Альмару чужим.

— Мне тебя далеко не унести, — сказал подросток. Альмар сглотнул, услышав в этих словах приговор. Зажмурился, потом торопливо открыл глаза, боясь, что уже остался один. Нет, Кирумо все еще был рядом.

— Убей меня, — сказал Альмар.

— Это зачем? — Кирумо перестал хмуриться, брови поползли вверх.

— Не хочу сгореть заживо. — Голос сорвался.

Умирать не хотелось. Но лучше погибнуть от клинка, чем в огне.

Кирумо покачал головой, потом глубоко вдохнул, будто готовясь нырнуть с обрыва, и резко встряхнулся. По телу, как по отражению на поверхности озера, пошла рябь. Черты лица расплылись, тело потеряло плотность, став серым туманом. Альмар протер глаза, а когда убрал руки, на траве стоял крупный волк.

Альмар моргнул. Ничего не изменилось, только зверь забавно наклонил голову. Взгляд у волка оказался очень умный и очень человеческий.

— Кирумо, — неуверенно спросил Альмар. — Кирумо, это ты?

— Р-рья! — Звериная глотка, не предназначенная для человеческой речи, сильно искажала звуки. Волк подошел ближе и присел на задние лапы. — Забир-р-райся, дер-р-ржись кр-р-репче. Пр-р-рипасы вор-р-рзьми.

Альмар торопливо подобрал мешок Кирумо, с запозданием вспомнив, что свой бросил в лесу, и забрался на зверя.

Потом был бесконечный бег по бесконечному лесу, боль в ноге от резких движений. Мысли только о том, как удержаться и не упасть…

И, неожиданно, все закончилось. Альмар оказался на земле, а Кирумо — снова человек — сидел рядом и осторожно ощупывал его больную ногу. Потом резко дернул, вернув ступню на место.

— Надо бы лекарю показать.

Альмар торопливо вытер брызнувшие от боли слезы.

— Пожар? — спросил прерывающимся голосом.

— Остался позади. В зверином облике я бегаю быстро. Еще нам повезло, ветер сменил направление. — Кирумо отодвинулся, но глаз не отвел.

Альмар сглотнул и опустил голову, ощущая стыд.

— Я опять оказался обузой.

Несколько секунд молчания, потом Кирумо коротко хохотнул.

— Ты только это хочешь сказать?

Альмар поднял голову:

— Ты спас мне жизнь… Спасибо.

Опять пауза; Кирумо продолжал вглядываться в его лицо, выискивая что-то.

— Я оборотень. Или ты не понял?

Альмар моргнул.

— Понял. Ты же в волка превратился. — Но Кирумо продолжал ждать, и он смущенно добавил: — Прости, пожалуйста, что я тогда про оборотней гадостей наговорил. Я не хотел тебя обидеть.

— Не боишься меня?

Альмар нахмурился.

— Нет. Я Темный, тебя же это не пугает.

Кирумо выдохнул.

— Верно. Мы друг друга стоим, — и усмехнулся.

Том 2

Глава 11

До Радоги они добрались три дня спустя. После тишины леса многолюдность города оглушала, а группы служителей Гиты, то и дело попадавшиеся навстречу, заставляли Альмара невольно ежиться.

Жители Радоги, в отличие от жителей других городов, не оказывали особого предпочтения какому-то одному богу из Великой Триады, предпочитая испрашивать милости сразу у всех. Три огромных храма стояли с трех сторон центральной площади города.

Альмар привычно нашел взглядом храм бога Солнца и тут же отвел глаза. Туда ему путь был заказан.

Храм Многоликого выглядел иначе — строже, суровей. Никаких позолоченных куполов, никаких цветных витражей. Серый камень стен, серые колонны, серые ступени высокой лестницы… Владыка, в отличие от бога Солнца, не привечал попрошаек, поэтому никто здесь не хватал прихожан за полы одежды, выпрашивая подаяние. Вообще людей у входа оказалось немного.

Подходя, Альмар увидел только двух наемников, как раз поднимавшихся по ступеням, да спускающуюся вниз красивую, роскошно одетую женщину. Наемники посторонились, пропуская даму, и почтительно поклонились. Та в ответ благосклонно кивнула. Альмар проводил взглядом вооруженных мужчин — в столице он не замечал, чтобы эта братия к кому-либо проявляла уважение. Кирумо заметил его удивление и ткнул локтем в бок, указывая на незнакомку.

— Темная магичка. Видишь на ее плече брошь в виде руны? Знак Ковена. У господина Тонгила есть такой же, но он не носит, его и так все знают.

В храме Многоликого Альмар не был ни разу в жизни. Впрочем, не бывал он и ни в каких других храмах, кроме посвященных Солнечному, и, подойдя к высокой лестнице, замер. Кирумо сделал несколько шагов по ступеням, потом обернулся.

— Что мнешься?

— Но я…

— Ты — маг, этого достаточно, — обратился к нему жрец, вышедший из полумрака храма вместе с магичкой, но оставшийся стоять на площадке перед входом. — Наш бог покровительствует всем, обладающим Даром.

Альмар кивнул, виновато улыбнулся и начал осторожно подниматься по ступеням. Боль в ноге почти прошла, но он все же старался не делать резких движений.

Жрец, дожидаясь, стоял наверху, его седые волосы серебрились на солнце, подчеркивая странную молодость лица.

Внутреннее убранство здесь тоже отличалось от того, что Альмар видел в храмах Солнечного: темные стены из шлифованного камня, покрытые рунами защиты и молитвы, стрельчатые окна, узкие и высокие, забранные прозрачным стеклом, и колонны. По кругу каждой — барельеф.

Альмар засмотрелся на ближайший: вот человек, в его руке, отведенной для удара, горит пламя, у ног замер, готовясь прыгнуть, волк. А врагов, на которых направлена и магия, и атака зверя, на второй части барельефа нет. Место для них оставлено, но не обозначено ни единой фигуры.

— Почему здесь пусто? — Альмар показал на вторую часть изображения. — С кем они сражаются?

— Пока не решено, — дружелюбно ответил жрец.

Они прошли через весь храм, сейчас почти пустой, во внутренний двор. Жрец указал на скамью и сел рядом, готовый выслушать. И стоило Альмару начать говорить, как слова полились сами. Внимательный взгляд жреца внушал доверие. Казалось, его искренне интересовала история молодого Темного.

Когда Альмар упомянул о ранении, жрец велел ему вытянуть вперед пострадавшую ногу.

— Обычный человек метался бы сейчас в лихорадке, вызванной воспалением, — проговорил он мягко, осторожно осматривая больное место. — У тебя был не только вывих. Еще и кость треснула в нескольких местах, а в глубокий порез попала грязь. Так?