Путешествие в Древний Китай (СИ) - Лей Лора - Страница 87

Не интересовался хозяин закулисьем своего двора, а зря, поскольку кипели там нешуточные страсти, вылившиеся в грандиозный скандал накануне родов второй госпожи Фан. Причина, как всегда, банальна, но закономерна – ревность одной и амбиции другой женщины второго господина Фан.

***

Малышка Мэйронг, раздосадованная женитьбой супруга и скорым рождением возможного наследника, решила побороться за «место под солнцем»: она начала планомерную атаку на законную жену, интригуя против неё перед матриархом и по мелочи «драконя» избалованную и глупую Фан-фурэн (госпожу), аккуратно подталкивая к совершению ошибок в кругу семьи. Беременная молодая женщина, плохо переносящая свое положение, поддавалась на провокации, скандалила, роняя имидж терпеливой и воспитанной жены и подрывая нервными срывами своё и без того неважное здоровье.

Лекари предупреждали семью, что риск проблемных родов нарастает день ото дня, но хитрая наложница умудрялась избегать обвинений в свой адрес, уиело выставляя законную жену безответственной матерью, ревнивой невесткой, не заботящейся о процветании рода, грубой землеройкой, не уважающей старейшин дома и правила семьи Фан.

Последним аккордом разыгранной как по нотам пьесы стала драка жены и наложницы во время прогулки по саду, что привело к преждевременным стремительным родам и трагедии: спасали ребенка – роженицу вытащить не удалось. Так Фан Юйшенг стал вдовцом, отцом слабого потомка и обновленным призом на брачном рынке Шаосина.

Разозленный неприглядными обстоятельствами появления на свет наследника, мужчина решил разобраться в ситуации, и выяснил много интересного для себя: его водили за нос, использовали, да еще и навредили его наследнику! Мэйронг была отправлена в дальнее поместье без надежды на возвращение, все слуги во дворе, замешанные в попустительстве злыдне, наказаны или проданы, к младенцу приставлены кормилица и ответственная нянька, найденная Фаном-шаое лично. Старшей госпоже Фан, допустившей безобразие, в общении с ними было однозначно отказано (невзирая на почтение к сединам), а сам Юйшенг решил более наложниц не принимать – во избежание, так сказать.

***

К моменту, когда Ниу с ребятами оказалась в Венеции, у господина Фана скопились довольно четкие сведения об их маршруте и приключениях, еще более возвысившие девушку в его глазах и сердце. Привозимые торговцами слухи о необычных бойцах и умелом лекаре падали в руки очарованного мужчины мелкими жемчужинами, даря восхищение бесстрашием, предприимчивостью и силой духа избранницы и усиливая многократно желание увидеть ее целой и невредимой хоть когда-нибудь. Фан-гунцзы взял за правило периодически молиться в храмах за благополучие Ниу и спутников, чего не делал даже ради родителей, хоть и укорял себя (иногда) за такое несыновье поведение.

***

Время шло, возвращение возлюбленной откладывалось, наследник рос, и матриарх семьи, примирившаяся со своеволием сына, но не с его вдовством, начала компанию по его повторной женитьбе.

-Сынок, прошло три года, срок траура по несчастной Сюли завершен. Ты не можешь носить статус вдовца до конца жизни, еще и наложниц брать не хочешь! Ты нарушаешь главное правило семьи Фан, отказываясь выпускать ветви и раскидывать листья (рожать наследников), старейшины недовольны. Давай я подберу тебе невесту из девушек постарше, может, в этот раз ты будешь доволен, а?

Фан Юйшенг вынужден был согласиться с инициативой матери, но активно противодействовал процессу, находя множество причин, чтобы отвергнуть предлагаемые кандидатуры. И основной в их череде был предлог известного статуса мачехи по отношению к его несчастному сыну.

К слову, Фан-гунцзы сам от себя не ожидал, что ребенок станет для него основным предпочтением в отсутствие барышни Бай. Мужчина привязался к сыну, проводил с ним много времени и занимался его воспитанием наравне с приставленной нянькой. Мальчик был слабеньким, но сообразительным, что грело душу отца.

Когда сын стал проявлять ранние способности к чтению, любопытство ученого и стремление подражать родителю, Юйшенг отвел его в школу Гао Ронга, пользующуюся растущей популярностью среди продвинутых горожан Шаосина.

Поначалу дела со спортивной школой для детей и подростков, открытой Гао, шли неважно, в основном из-за предубеждения старшего поколения, не видящего необходимости в массовом обучении отпрысков невиданным упражнениям и боевым искусствам, традиционно поддерживая индивидуальные домашние занятия с наставниками.

Однако, через некоторое время решившиеся на эксперимент родители обнаружили, что чада, посещающие школу «Бушидао», стали крепче физически, намного дисциплинированнее, вежливее и явно преуспевали в освоении обычных предметов, дополнительно обзаводясь и межличностными связями. Разговоры о необычной школе усилились, и число учеников у Гао Ронга возросло.

Бай Ниу успела записать упражнения, полезные для женского организма, примеры соревнований среди подростков, игры на природе(летний лагерь), и эти советы помогали супругам Гао управлять школой все лучше и лучше. К моменту, когда сын Фана достиг четырех лет, прием в школу осуществлялся по записи на год вперед.

На наследника второй ветви семьи Фан вид сверстников, одетых в форму, лазающих по веревочным лестницам, бегающих, прыгающих, звонко выкрикивающих резкие «ха!», медленно ездящих на осликах и предающихся другим подвижным занятиям, произвел столь сильное впечатление, что вернувшись в пустой и тихий особняк, малец твердо заявил отцу, что желает посещать спортивную школу прямо с завтрашнего дня.

-Ты уверен? – спросил серьезного сына господин Фан, втайне радуясь его боевому настрою. – Ты маленький, слабый, тебе будет трудно.

-Отец, прошу, разрешите мне ходить туда! Я буду стараться, а без труда нигде невозможно достичь успеха, Вы сами так говорили. У меня должно получиться!

Фан Юйшенг уговорил Гао Ронга принять мальчика, несмотря на возраст и хрупкость, подкрепив просьбу внушительным взносом на развитие лагеря в купленном мастером поместье, да еще и привлек к этой затее своих партнеров по бизнесу.

Часть третья, Глава 4

Господин Фан вообще стал инициатором нескольких посторонних для основного бизнеса вложений в предприятия Чжао Ливея (тот готовился к открытию филиала «Ханьфу-Мэна» в Сучжоу), типографию и книжный магазин Пан Шена и немного, инкогнито – в мастерскую Бай Юна, где тот занимался выпуском повозок для рикш и стремился создать по эскизам Ниу велосипед и скейт (пока получались недолговечные, но интересные модели самокатов). Гао Ронг не смог отказать щедрому инвестору, и маленький, но способный Ксибо (маленький борец) начал обучение в школе «Бушидао».

Занятия у Гао положительно отразились не только на здоровье мальчика (он заметно подрос, поправился, реже болел и еще больше сблизился с отцом), но и на настроении Юйшенга по отношению к будущему браку: мужчина категорически не желал заключать его, если невестой не будет отсутствующая барышня Бай. Фан-фурен же, не посвященная в планы сына, не оставляла надежд устроить судьбу молодого вдовца и выбрала ему очередную невесту по своему вкусу – естесственно, из благих побуждений.

Помолвка состоялась без участия «счастливца», однако саму церемонию отложили на год, поскольку жених попросил родителей дать возможность пройти послушание у монахов монастыря Линъиньсы (Храма Прибежища Души) в столице, чтобы очиститься от негатива первого брака и обрести благочестие для второго.

На самом деле, Фан Юйшенг оттягивал момент свадьбы как мог, тем более, что его поиски Бай Ниу вылились в пристрастие к сбору информации обо всех и обо всем: Фан открыл в себе дедуктивные способности. Помимо практической стороны этого увлечения (для бизнеса, например: всегда неплохо знать о конкурентах и партнерах больше, чем они хотели бы, чтобы о них знали), но и для литературных собраний коллектива писателей, сформировавшегося на базе клуба Чжао Ливея и успешно действующего и творящего вот уже несколько лет. Забава превратилась в весьма прибыльное предприятие: члены клуба сочиняли истории и издавали их у Пан Шена, традиционно отдавая гонорар хозяину «Ханьфу-мэна» на развитие, но получая ежегодные бонусы и преференции. Юйшенг стал основным сюжетным вдохновителем и поставщиком деталей, а Дай Лианг – оранжировщиком текстов.