Коготь тигра (ЛП) - Браун Дейл - Страница 96

После того, как Сан услышал, как закрылась входная дверь кабинета, он расслабился, подошел к столу Зу, сел в его кресло и положил ноги на стол.

«Вы дряхлый, безнадежный, шатающийся старик, президент Чжоу», - сказал генерал Сунь. «Вас нужно выбросить в канаву вместе с Политбюро, Центральным комитетом и всеми вами, другими политическими бывшими. Если вы не можете идти в ногу с современным миром, вас следует исключить». Он нашел одну из сигарет Зу и зажигалку и закурил. «И я как раз тот человек, который может это осуществить».

Почетный караул закончил складывать флаг, которым был задрапирован церемониальный гроб, и капитан почетного караула зажал флаг между двумя ладонями. Они стояли перед колумбарием семьи Макланахан на историческом кладбище в центре Сакраменто, на кладбище, где почти двести лет покоились останки Макланаханов.

Но вместо того, чтобы капитан вручил флаг члену семьи, он вручил его президенту Кеннету Фениксу, которого сопровождала вице-президент Энн Пейдж. Президент взял его и прижал к груди, а Энн дотронулась до него и подержала. Они вместе повернулись и подошли к первому ряду членов семьи, сидевших ближе всех к пустому гробу. Он встал перед Брэдли, согнувшись в талии, протянул сложенный американский флаг и сказал мягким голосом: «Брэдли, Нэнси, Маргарет, от имени благодарной нации…»

И тогда он остановился. Подавив рыдание, Феникс снова прижал сложенный флаг к груди… затем внезапно упал на колени на ковер из искусственной травы, окружавший гроб. Агенты секретной службы, сопровождавшие президента, бросились вперед, опасаясь, что он может быть болен или просто охвачен горем, но Энн Пейдж предупредила их молчаливым, сердитым взглядом.

«Брэдли, я прошу тебя еще раз», - тихо взмолился президент Феникс, склонив голову. «Позвольте мне отвезти останки вашего отца в Вашингтон. Он заслуживает того, чтобы присоединиться к величайшим героям нашей страны в смерти. Он заслуживает того, чтобы его чтили все верные американские солдаты, моряки, летчики и морские пехотинцы на Арлингтонском национальном кладбище. Это не будет длиться вечно. Пусть наша страна чтит его до твоей кончины в специальном национальном мемориальном колумбарии, а затем его можно будет вернуть сюда для последнего упокоения с тобой и твоей матерью. Это меньшее, что мы можем сделать для величайшего героя авиации Америки».

Брэдли несколько долгих мгновений рыдал, утешаемый своими тетушками, затем покачал головой. «Нет, господин президент», - сказал он. «Папа не хотел бы, чтобы все было именно так. Я мало что знаю о своем отце, но я знаю одно: он не думал о себе как о герое. Он был членом команды, простым и непринужденным. Я не знаю, что это такое, но это то, кем он был. Это все, что я знаю о нем. Он увидел цель, спланировал миссию и выполнил план. Он не ожидал похвалы, выговоров или медалей — все, чего он хотел, это результатов, а затем, чтобы ему позволили вернуться домой».

«Господи, Брэдли», - сказала Энн Пейдж. «Ваш отец был одной из самых вдохновляющих фигур двадцатого и двадцать первого веков. Вы не можете просто… просто похоронить его. Подумайте о нашей стране. Нам нужны герои, Брэд. Твой отец — идеальный пример того, кем должен стремиться стать каждый американец».

«Может быть, мисс вице-президент, — сказал Брэдли, — но мой отец ни за что бы на это не купился, и вы это знаете». Энн опустила голову в молчаливом согласии. «Папа делал что-то, потому что это было необходимо, потому что шла борьба, и он должен был вмешаться. Когда драка закончилась, он прервал ее и направился домой. Это все, что я знаю о Патрике Шейне Макланахане, но я думаю, что это все, что мне нужно знать. Я думаю, это все, что миру тоже нужно знать о нем».

Брэдли встал перед президентом Соединенных Штатов и протянул руку, и президент Феникс взял ее, поднялся на ноги и встал рядом с ним. Вместе они подошли к открытой камере колумбария. Брэдли поместил урну в склеп. Феникс взял крышку колумбария у изумленного работника кладбища, и вместе Брэдли и президент Соединенных Штатов закрепили крышку колумбария на месте.

«Упокой, Господи, душу генерал-лейтенанта Патрика Шейна Макланахана», - громко произнес президент Соединенных Штатов. «Упокой, Господи, все наши души».